Клуб 27
Шрифт:
Статуя в доме, должно быть, его матери. Не стоит спрашивать об этом.
Нейт сворачивает на Секонд-авеню, и я знаю, что мы находимся близко к галерее.
— И, по словам моего отца, это была любовь с первого взгляда. Спустя месяц после их встречи, он попросил ее выйти за него замуж, и вместо того, чтобы вернуться в колледж, она помогала ему управлять галереей. Но ей нужна была настоящая картинная галерея, а не магазин. Она каким-то образом убедила его перестать давать уроки, продавать материалы и сказала ему, что картины, выполненные в цвете, не являлись достаточно стильными
Мой взгляд блуждает по его лицу, наполненном большим количеством неясных эмоций.
— Что-то связано с путешествием.
Он включает поворотник и очень легко паркует свой «Ровер». Затем останавливает машину и поворачивается ко мне.
— Ты близка. Это определение означает, как сильное, врожденное желание бродить или путешествовать.
Кивая в ответ, я понимаю этот термин, но понятия не имею, к чему он клонит.
Он сглатывает и делает глубокий вдох.
— Она забеременела мной через год после встречи с отцом. Ей было двадцать два. А ему сорок, и он никогда не был женат ранее. Он жил живописью, а потом мать ворвалась в его жизнь и стала его миром. Отец делал всё ради неё. Мать налаживала контакты только с новыми и перспективными художниками. Она лепила, а мой отец руководил, она работала в сети Интернет, отец заботился обо мне. Для него это было сбывшейся мечтой, а для неё, как мне сказали, был худший кошмар. — Он качает головой. — Я даже изменил код сигнализации на название галереи, потому что это была единственная вещь, которую отец всегда помнил.
Я протягиваю ему свою руку, но он отстраняет ее от себя и выключает зажигание.
— Это она. — Он указывает через дорогу от нас на витрину магазина: на большом окне черным цветом по контуру написано название «Вандерласт», а снизу под ним красным цветом — «Художественная галерея».
Простенько, но в то же время бросается в глаза.
Галерея находится между кафе и закрытым антикварным магазином одежды.
Я смотрю на Нейта.
— Хочешь закончить этот разговор?
Он откидывает назад голову и нажимает на ручку дверцы.
— Пошли.
— Погоди минутку.
Нейт поворачивается ко мне.
— Нам необязательно идти туда.
Он вздыхает.
— Я не могу избегать этого вечно. Пойдем.
Он обходит машину и берет меня за руку, чтобы помочь мне выйти из автомобиля, и как только мои ступни касаются тротуара, он отпускает её.
Когда мы пересекаем улицу, я хватаюсь за его руку и держу её крепче.
Пешеходы бродят по тротуарам, но их не так много. Большинство магазинов закрыты, а рестораны, с открытым патио, кажутся заполненными.
Я пристально смотрю на красный цвет букв на витрине, и Нейт ловит мой взгляд.
— Это дополнение твоего брата. — Улыбается он.
Это также вызывает у меня улыбку. Мы оба грустно ухмыляемся, но, тем не менее, улыбаемся.
Нейт выглядит мрачным, пока открывает дверь.
— Эй, нам совсем необязательно открывать эту дверь. В этом нет необходимости.
Он прижимается своей головой
— Меня здесь не было со времен смерти Зи. Теперь настало время.
Перед тем, как дарю ему нежный поцелуй, я обнимаю его и прижимаюсь к нему своей щекой.
— Мы сделаем это вместе.
Он прислоняется ко мне всем телом, поворачивается и подставляет свою щеку для целомудренного поцелуя, и этот жест удивляет меня.
Проворачивая ключ в замке, Нейт нажимает на дверную ручку, и мы входим внутрь здания. Я и Нейт стоим плечом к плечу в комнате с черными стенами и черным полом, пока звенит колокольчик.
— Ненавижу всю эту хрень, — говорит он не совсем резким тоном, а скорее забавным.
Я поднимаю взгляд и вижу несколько связанных между собой тусклых колокольчиков на петле двери.
— Охранная сигнализация? — приподнимаю бровь.
— Полагаю, можно и так сказать. — Посмеивается он.
Я поджимаю губы.
— Что ты имеешь в виду?
Он глядит на панель сигнализации позади себя.
— Ты не захочешь знать.
— Нет, извини, я хочу. Очень хочу.
Он нажимает пару кнопок на клавиатуре.
— Обычная сигнализация не установлена, но эта отлично работает.
— Кто здесь находился в последний раз?
— Риелтор. Я выставил галерею на продажу несколько недель назад.
— Должно быть, это какая-то ошибка.
— Да, я позвоню ей, когда доберемся до машины.
Различные статуи, как та, что находится в доме Нейта, украшают помещение, но кажется, они не продаются. Они гладкие и отштукатуренные — некоторые в черном цвете, другие в белом. И все они представляют женщин с различным выражением лица, выполняющие различные задачи. Скульптура, находящаяся рядом со мной, изображает бегущую женщину, и ее лицо выглядит, словно она находится в беде. Статуя, кажется, показывает стремление и преимущества тяжелой работы, либо серьезные последствия напряженной физической активности — это можно интерпретировать по-разному.
Я нахожу это увлекательным.
Есть еще приблизительно дюжина таких скульптур, как эта, и они все настолько жизненные и великолепно вылеплены.
Нейт притягивает меня к себе, нарушая мою сосредоточенность.
— Спасибо за то, что приехала сюда со мной.
Я прикусываю его губу, и просто счастлива от того, что нахожусь здесь рядом с ним.
— Можешь поблагодарить меня, рассказав мне о колокольчиках.
Он опускает свой взгляд, и застенчивый мальчишка, которым я любовалась несколько раз, возвращается.
— Скажем так, когда я встретил твоего брата, он находился в очень компрометирующем положении.
Я поднимаю взгляд на колокольчики.
— Да ладно!
— Так и есть. — Кивает он.
— Он занимался здесь с кем-то сексом?
Нейт широко ухмыляется.
— Не совсем, но очень близко. Ты бы видела его лицо, когда я открыл дверь. Излишне рассказывать о том, что вскоре появились эти гребаные колокольчики.
Я смеюсь.
— Это похоже на Зака, — говорю, сквозь веселье. Не то чтобы все это было действительно смешно, но на тот момент это выглядело неким облегчением.