Клоун
Шрифт:
Подняв левую руку, Клейн увидел, что на запястье всё так же намотан кулон из желтого кварца.
— Полагаю, это сойдет за погребальный дар? — с самоиронией усмехнулся он. Сняв маятник, юноша огляделся по сторонам. Его лицо постепенно помрачнело и стало предельно серьезным. — Капитан… капитан ведь тоже должен быть похоронен на этом кладбище…
Сменив пару направлений и воспользовавшись маятником, Клейн вскоре вычислил точное местоположение могилы Данна Смита.
Двигаясь в свете багровой луны, спустя десять минут он наконец увидел знакомую черно-белую фотографию.
Под фотографией покоилось имя Данна, даты его рождения и смерти, а также короткая эпитафия:
«Истинный Хранитель.»
«Самый надежный товарищ.»
«Наш вечный капитан.»
Клейн застыл, не отрывая взгляда от камня. Его зрение неведомо почему вновь затуманилось. В памяти вспыхнул тот самый день, когда капитан повернул к нему голову, игриво подмигнул левым глазом и своим неизменно бархатистым, расслабленным голосом произнес:
— Мы спасли Тинген.
«Капитан…» — беззвучно, с надрывом окликнул его Клейн.
Простояв перед могилой словно каменное изваяние несколько долгих минут, юноша внезапно выдавил из себя слабую улыбку и заговорил:
— Капитан, ваше ментальное состояние в тот день определенно оставляло желать лучшего. Вы даже ляпнули, что если бы старый Нил не потерял контроль, вы бы смогли «затянуть» его в свои сны. Но ведь он был «Тайнозрителем», а вы — «Кошмаром». Вы физически не могли поглотить его Потустороннюю характеристику. И… вы так и не поинтересовались, какие именно козыри я припрятал в рукаве. То ли вы безоговорочно мне доверяли, то ли попросту запамятовали об этом… Впрочем, вы наверняка и сами о многом догадались. Я спустился за врата и взял лишь один Запечатанный артефакт, заявив, что передам его Леонарду. Любой идиот бы сообразил: раз я так уверен в себе, значит, у меня припрятано мощное, дополнительное оружие.
Прервав этот сбивчивый, бормочущий монолог, Клейн покачал головой и тяжело вздохнул:
— Я даже не знаю, кто я теперь такой. Быть может, я просто мстительный злой дух, выкарабкавшийся из самых глубин преисподней ради мести…
На этих словах его голос дрогнул и оборвался. Слезы одна за другой покатились по его щекам. Не в силах больше сдерживаться, юноша всхлипнул и полушепотом выкрикнул:
— Капитан… Мы тоже совершенно не хотели расставаться с вами!
Почувствовав, как лицо обжигает ледяной, пронизывающий ветер, Клейн поднял руку, стер слезы и шмыгнул носом.
Вернув себе былое, мрачное безмолвие, он подыскал укромное местечко поблизости. Сделав четыре шага против часовой стрелки, юноша перенесся над серым туманом.
Он был твердо намерен пустить в ход гадание, чтобы вычислить ублюдка, прикончившего его в тот день. Он желал вытащить на свет истинного кукловода, дергающего за ниточки и запустившего всю эту цепочку катастроф!
«Раз уж этот подонок имел наглость показаться мне на глаза, я совершенно точно смогу выудить о нем информацию…» — плотно сжав губы, Клейн окинул взглядом
Усевшись в кресло с высокой спинкой, принадлежащее Шуту, он материализовал перед собой желто-коричневый пергамент и пузатую перьевую ручку.
Поскольку его физическое тело в реальном мире оставалось практически без защиты, Клейн не стал терять времени. Немного поразмыслив, он вывел на бумаге первое утверждение:
«Человек, убивший меня».
Прошептав фразу семь раз, он откинулся на спинку кресла и с помощью медитации скользнул в сновидение.
В серо-мутном мире закружились, сливаясь воедино, мириады светящихся искр. Вскоре они образовали кристально четкую картину:
Пара начищенных до блеска кожаных ботинок. Слегка бледная ладонь. И зажатая в этой руке квадратная урна с прахом Святой Селены.
Взгляд медленно, дюйм за дюймом, скользнул выше. И Клейн увидел мужчину средних лет с темно-золотистыми короткими волосами.
Незнакомец был облачен в строгий черный двубортный сюртук. Один его глаз скрывала повязка, а другой, глубокий и пугающий, отливал темно-синим, почти черным цветом. Резкие, жесткие черты его лица казались высеченными из камня и не имели ни единой морщины.
Видение разлетелось вдребезги. Вынырнув из сновидения, Клейн нахмурился. Лицо его убийцы показалось ему до боли знакомым.
Будучи Провидцем, он мгновенно сообразил, в чем причина. Он уже видел это лицо на полицейских ориентировках и читал словесный портрет!
Этот ублюдок — Инс Зангвилл! Тот самый бывший архиепископ Церкви Богини Вечной Ночи, дезертировавший с Запечатанным артефактом «0–08» после провала продвижения на «Привратника»!
«Так это был он!» — в голове Клейна вихрем пронеслись десятки фрагментов мозаики, пока не застыли на той самой сцене, где Зангвилл подбирает урну со святым прахом.
Тук, тук, тук. Постукивая пальцами по краю длинного бронзового стола, юноша почувствовал, как кусочки пазла встают на свои места:
«Капитан рассказывал, что Потусторонние, умершие естественной смертью, тоже оставляют после себя Потусторонние характеристики. Сплетаясь воедино, они превращаются в готовое зелье, лишенное лишь вспомогательных ингредиентов».
«Иными словами, если раздобыть нужные вспомогательные материалы, с помощью этих „останков“ вполне можно совершить продвижение. Разумеется, перепрыгивать через ступени нельзя, иначе гарантированно сойдешь с ума или потеряешь контроль».
«Хм… Переход на высокие Последовательности требует проведения особых ритуалов. Об этом прямо говорилось в неполной формуле „Неомраченного“… Вполне вероятно, что и для дальнейших шагов ритуалы тоже жизненно необходимы…»
«Инс Зангвилл — „Привратник“ 5-й Последовательности пути Смерти. Он отчаянно жаждал стать экспертом высокой Последовательности, полубогом. Учитывая правило взаимозаменяемости смежных путей, у него было лишь три варианта: либо 4-я ступень его родного пути Смерти, либо 4-я ступень пути Ночи, либо 4-я ступень пути Бога Войны — „Охотник на Демонов“».