Клинки севера
Шрифт:
— Да, л" лэрд… — Дарьен сглотнул, пытаясь справиться с волнением. — Но она могла пребывать в спячке, пока дом пустовал, и её попросту не заметили. А, почуяв л" лэрда Винтерфелла, проснулась, и…
— Как вы думаете, меня в парке поджидает семейство оборотней?
— Л" лэрд, уверяю…
— Это скандал!
— Никакого скандала! — заявил Вилль. — Лично у вас, Шантэль, прошу прощения за шум и беспокойство.
Шантэль заломил брови, разочарованный непроходимой тупостью сородича.
— Сколько вам лет, Арвиэль? Двадцать?
— Двадцать пять! — привычно округлил Вилль.
— Лет через сто я охотно с вами подискутирую. Всем доброго дня, господа. Надеюсь, за это время ко мне в окно не залетел аспид.
И гордо вышел вон, дав понять, что представление закончилось. Следом потянулись и остальные, только Летти нерешительно топталась на месте, проигнорировав аж два многозначительных взгляда сана Дарьена.
— Л" лэрд Винтерфелл, все комнаты будут ещё раз осмотрены самым тщательным образом. И, конечно, беспорядок мы устраним незамедлительно!
— Благодарю вас, сан Дарьен, но мы с Эданэлем управимся сами, — он едва заметным кивком дал понять, что тот свободен.
— И я! — пискнула девушка и… в очередной раз покраснела.
— И Летти.
Дворецкий ушёл к плохо скрываемому облегчению аватара. Что ж, приструнили щенка, нечего сказать. Вилль был единственным из остроухих, кто взял в плавание слугу, остальные, даже манерный Шантэль, вполне обходились своими силами. Ещё в Равенне кто-то проболтался о возрасте юноши, и старший л" лэрд сделал вполне логичные выводы: глупый малолетний эльфёнок боится путешествовать в одиночку. Конечно, в таком возрасте миеллонские эльфы и носа из Леса не кажут. Но как повёл бы себя Шантэль, окажись лицом к лицу с демоном-убийцей? Или полусотней враждебных магов?
Вилль передёрнул плечами, по очереди почесал лопатки — полегчало. С умилением посмотрел на парочку добровольных уборщиков: собирают осколки зеркала нос к носу, задом кверху. Шедевральный дуэт!
— Хмм… Странно, что л" лэрд Шантэль так боится укуса оборотня! — сдержанно заметил Эданэль и громогласным шёпотом пояснил. — Зараза к заразе не липнет!
Летти прыснула, едва успев прикрыть рот, а следом — Вилль, также пряча ладонью клыки. И то верно! Непринуждённое веселье утихло не сразу, и служанка обратилась к аватару на порядок осмелевшим голосом.
— Л" лэрд Винтерфелл…
— Арвиэль.
— Л" лэрд Авриэль… — начала девушка. Тот промолчал — сойдёт — и она воодушевилась. — Простите меня. Вы ведь просили позвать господина Шумора, а господин Аттеа сам навстречу шёл.
— Ох, Летти! Было б за что прощать!
— Знаете, л" лэрд Арвиэль… а мне её тоже жалко.
ГЛАВА 5
Одеваться к завтраку л" лэрд пожелал сам, а потому — все вон! Его здорово повеселила традиция наряжаться и к завтраку, и к обеду, и к ужину. Дан поучал, дескать, утром следует одеваться в светлое, днём — в яркое, вечером, соответственно, в тёмное. Ерунда какая-то.
Рубашка на Вилле уже была бледно-жёлтая, правда, мятая немного, но сойдёт и за жатую нарочно, если особо не приглядываться. На мгновение возникла идея надеть красные шаровары, невесть как затесавшиеся в сумку, и подпоясаться
Желудок одобрительно заурчал.
Дверь Вилль предусмотрительно запер на ключ: не хватало ещё по возвращении обнаружить под кроватью кровопийцу эмпузу с ослиными ногами. По коридору шёл неспешно, разглядывая интерьер. И в Северинге, и в Равенне приходилось двигаться быстро, теперь же он тренировал прогулочный шаг. Ничего нового обнаружено не было: всё тот же крапчатый, как перепелиное яйцо, мраморный пол с узкой лентой тёмно-зелёного ковра посередине и такого же цвета плинтусами. Стены с прилепленными подсвечниками отливают при дневном свете зеленовато-розовым перламутром. Наконец, заметил его. Сучок. Необычной формы сучок, смахивающий на раздавленного клопа, украшал дверь л" лэрда Шантэля. Ну да, верно. Его дверь, через две — пустующую и занятую — комнаты от двери Вилля. А затем он услышал приглушённые голоса, и чуткое ухо против воли шевельнулось… Шантэль и Летти… Стоп!
Он закусил губу и переступил с ноги на ногу. Ох, Пресветлая! Как же это невоспитанно! Но, с другой стороны, разговор явно идёт на повышенных тонах, и девушке может понадобиться его помощь. Так что…
Аватар чуть подался к двери.
— Слушай меня внимательно, девочка. Если подобное произойдёт ещё раз, простым выговором ты не отделаешься, уверяю.
— Но я не виновата! И л" лэрд не сердится! — с неким вызовом отвечала служанка.
Многозначительный смешок, и после непродолжительного молчания:
— Не сердится? Его легко можно переубедить. И ты понимаешь это, верно?
Дверь распахнулась, едва не поздоровавшись со лбом Вилля тем самым приметным сучком. Благо, эльфийское проворство спасло.
Летти бежала, не разбирая дороги, точно за ней гнались беси. Однако почти у самой лестницы взяла себя в руки. Чуть постояла, упираясь ладонями о колени, выпрямилась и пошла гордо, будто по вычерченной линии. Выучка, однако! Аватар решил обождать, пока Летти исчезнет, а Шантэль запрёт дверь изнутри. Правда никуда от него не спрячется, да и расстроенную девушку сейчас расспрашивать не стоит. Чуть позже. Осторожно, ненавязчиво, деликатно. А то и сама каяться придёт, видать, приучена.
Он легко сбежал по мраморной лестнице, на которой вчера оскользнулся Мариус Аттеа. И кувыркался бы всем немалым весом по десятку ступеней, да вовремя успел создать воздушную подушку.
Обеденная зала занимала летнюю веранду, с трёх сторон окружённую колоннами, увенчанными прелюбопытными завитками. Как объяснили восхищённому аватару, называются они волютами. У самой входной арки он столкнулся с Летти, спешащей навстречу с пустым подносом в руках. Если девушка и плакала, то на её лице это никоим образом не отразилось. Леська бы до сих пор демонстрировала мокрый нос, напрашиваясь на дополнительные комплименты. При этом воспоминании Вилль не удержался от улыбки. Служанка улыбнулась в ответ.