Клэй из Виргинии
Шрифт:
– Все пропало. Я должен бежать, полицейские уже прочесывают аэропорты, они могут появиться здесь с минуты на минуту.
– Подожди. – Санни взяла трубку и позвонила портье. – Говорит миссис Фитцджеральд из семьсот пятнадцатого номера. Я плохо себя чувствую и хочу, чтобы меня ни в коем случае не беспокоили. Вы поняли? Никаких телефонных звонков, никаких посетителей, вам ясно? Спасибо.
– Эх, мать, легавых это не остановит.
– Ну, может быть, хотя бы на несколько минут… – Санни снова начала крутить
– Мама, это бесполезно. Мне конец.
– Ш-ш-ш, не мешай мне разговаривать. Пригласите к аппарату хан Краизри, пожалуйста… Алло, Эд?
Эд, милый, помнишь меня? – Санни призывно хохотнула в трубку. – Послушай, я не могу долго говорить. Мой сын попал в беду. Его подставили, и я хочу, чтобы он уехал. Да, сейчас же. Отель «Эраван». Хорошо, Эд… Да, милый, я так тебе благодарна!
Санни дала отбой и тут же снова набрала номер:
– Одри? Молчи и слушай. Если спросят, где меня найти, отвечай, что я уехала на остров Чанг-Маи на экскурсию. Сиди и не высовывайся, пока я с тобой не свяжусь, понятно? Вот и умница.
Кое-как запихав в большую сумку одежду и косметичку, Санни быстро оделась.
Бью по-прежнему неподвижно лежал на кровати и по-щенячьи скулил.
– Все будет хорошо, милый, – сказала Санни. – О том, что случилось, ты расскажешь мне после. – Она села рядом с сыном.
Перевернувшись на спину, Бью положил голову на колени матери, обхватил ее руками за талию и крепко прижал к себе.
– Мама, сделай же что-нибудь, и пусть все это быстрее кончится. Прощу тебя, мама, прошу!
Санни поцеловала его волосы.
– Успокойся. Сейчас за нами пришлют частный вертолет, мы отправимся в Куала-Лумпур, а там сядем на самолет до Афин, и я подумаю, что делать дальше.
– Не забудь жемчуг, – шепнул Бью.
– Все ожерелья на мне, не беспокойся.
– Ох, мама, хорошо, хоть ты меня понимаешь. Кроме тебя, у меня никого нет и никогда не было.
– Знаю, милый, знаю, – проникновенно произнесла Санни. Погладив Бью по животу, она запустила ладонь за пояс его брюк. – Я сделаю все, чтобы ты опять был счастлив.
ЧАСТЬ 4
ШТАТ КЕНТУККИ, СЕМЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ
Глава 30
– Я вижу, вы уверены в себе. – Эми Спелдинг, корреспондент «Луисвилл курьер», перевернула кассету в своем крохотном диктофоне.
– А почему нет? У нас есть причины не сомневаться в успехе. – Эдди Ландри, тренер Жемчужины Востока, откупорил вторую банку пива. – У Жемчужины отличные шансы, иначе мы не выставили бы ее на дерби. Она выиграла скачки в Санта-Аните, и единственное, что помешало ей победить в голливудском дерби, – сильный шум, который испугал ее. Однако с тех пор Жемчужина хорошо отдохнула…
– У вас были какие-нибудь особые методы подготовки, когда приехали в Луисвилл? –
– Нет, мы тренировались точно так же, как перед любыми крупными соревнованиями, – Ландри почесал редкие волосы на макушке. – Жемчужина чувствует себя в Кентукки, как горошина в стручке, ведь оба ее прародителя выросли в здешних краях; по своим природным данным она не уступает ни одной лошади из тех, которых я когда-либо тренировал. Это настоящая леди, и я глубоко уважаю ее.
– А как насчет э-э-э… весенней горячки? – деликатно осведомилась Эми.
Стоявший неподалеку Джош Льюис ухмыльнулся.
– По прибытии в Кентукки Жемчужина доставила нам немало хлопот, но все же нам повезло – у нее настоящий бойцовский характер. Когда она выходит на дорожку ипподрома, у нее на уме одно – победа любой ценой.
– В Луисвилле распространились слухи, – Эмми заговорила, растягивая название города на южный манер, – что вы близко знакомы с мисс Клэй Фитцджеральд – дочерью Мака Фитцджеральда, бывшего хозяина конезавода Уиллоуз. Поскольку Жемчужине предстоит борьба с Кайеннским Перцем, воспитанником Уиллоуз, я бы хотела знать, не возникают ли между вами разногласия или ссоры на этой почве?
– К сожалению, мисс Фитцджеральд сейчас нет с нами, так что она не сможет ответить на ваш вопрос.
– Тогда ответьте вы. На кого она ставит – на вашу лошадь или на свою? Насколько мне известно, она совладелица Уиллоуз, верно?
– Да, но Жемчужина Востока в такой же мере моя, как и ее. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство?
– Только отчасти. – Эми рассмеялась и вновь переключилась на Ландри: – Какие инструкции вы дали своему жокею на нынешний день?
– Посоветовал ему отдохнуть, расслабиться и избегать неприятностей.
– Мистер Льюис, почему вы выставили Жемчужину на дерби, а не на оукс, где ей не было бы равных среди прочих кобыл?
Джош ответил, не раздумывая:
– Я по профессии режиссер и способен определить настоящий талант. – Вспомните Джиларетту, одну из десяти самых знаменитых кобыл; она участвовала в сорока девяти скачках и две трети из них выиграла у жеребцов. А Далила и Франция, которые принесли хозяевам самый высокий доход среди всех кобыл? Обе всю свою жизнь выступали против жеребцов…
– Так что не сомневайтесь. – Ландри поднялся, давая понять, что интервью окончено. – Наша Жемчужина станет звездой.
Эми Спелдинг закрыла блокнот и выключила диктофон. Мужчины проводили ее до машины и некоторое время смотрели, как автомобиль катит по обсаженной кизилом гаревой дорожке.
В луисвиллском особняке, принадлежащем Робин Рэндольф Лоренс, подруге детства Клэй, которая теперь была замужем за луисвиллским банкиром Брюсом Тинсдейлом Лоренсом, Джош жил вместе с Клэй всю неделю, пока продолжались скачки.