Клетка

Шагаева Наталья

Это вообще нормально?

И вроде ничего себе не позволял и не собираюсь, я по-прежнему верен невесте, но ощущение ментальной измены не покидает. Не по себе.

Перекусываю в столовой для персонала, общаясь с сослуживцем, треплемся ни о чем.

— Ден, ты сейчас заменяешь Серого в сопровождении. Литвин с супругой едут ужинать, — сообщает мне Довлатов.

— А что с Серым?

— Хреново ему, скрутило, в больницу уехал.

— Ясно.

Поднимаюсь с места, выходим вместе с Довлатовым на улицу. Курим.

—

Ну как невеста? — интересуется он. — Не передумала еще выходить за тебя? — усмехается.

— Обижается, конечно. Но, надеюсь, не передумала, — ухмыляюсь невесело.

— Но ты не задерживайся на нашем поприще. Не повторяй мой путь, Ден, — качает головой.

— По-моему, отличный путь.

— Да, Денис, карьера головокружительная. А личной жизни нет. Полное дно. Мне тридцать пять, за плечами развод. И женат я теперь на работе, видимо, пожизненно. Завязался так, что выйти нельзя. А ты еще можешь соскочить. Подумай об этом, Ден. Денег на свадьбу заработаешь и вали в другую сферу. У тебя мозги есть, ты не пропадешь, — дает мне совет.

— Я подумаю. Спасибо за совет, Седой.

Седой – позывной Довлатова. Потому что на правом виске у него седой кусок. Такой вот изъян, не связанный со старением.

Он разрешает так себя называть единицам. Потому что времена прозвищ прошли. Все серьезные люди обрели имена-отчества. Но я вхожу в тесный круг Довлатова, потому что очень уважаю этого мужика и заслужил его доверие, что для меня ценно.

Тушу сигарету в пепельнице, поскольку из главного входа выходит Литвин с Нелли и направляется к подготовленной машине.

В сопровождении у Литвина всегда два человека. Водитель и охранник. Я сейчас заменяю водителя. Но даже водилы у Литвина профессионально подготовленные.

Иду к машине и одновременно зависаю на образе Нелли.

Это что-то нереальное.

Нельзя быть такой манящей, сексуальной и одновременно недосягаемой. Она разносит и размазывает меня одним своим видом. Это самая сложная работа в моей жизни. Приходится контролировать взгляд, эмоции, тело, дыхание и сердце, которое барабанит от каждого ее взгляда.

На Нелли серое платье в пол: широкая юбка касается земли, длинные рукава, высокий поднятый воротник. Она закрыта наглухо, но, мать ее... Красный широкий пояс подчеркивает стройную талию, акцентируя внимание на фигуре. Шикарные волосы собраны в тугой высокий хвост, отчего ее глаза становятся кошачьими. Она как пантера, красивая, грациозная, но хищная. Длинные серьги-нити покачиваются от каждого ее шага, касаясь грациозной шеи.

Это не просто сопровождение для меня. Это какое-то испытание на выдержку.

Литвин открывает для Нелли дверь, помогая расположиться, и садится рядом. Я – за руль, Миха – рядом на переднее сиденье. Выдвигаемся. Стараюсь вообще не смотреть в зеркало заднего вида, от греха подальше. Не дай бог Литвин заметит, как я западаю на его супругу. Я за себя теперь не отвечаю.

Глава 7

Денис

Всю

дорогу до ресторана супруги молчат. Нет, Литвин много говорит, но по телефону. Нелли отстранённая, как всегда, безучастно смотрит в окно, а я стараюсь не смотреть на неё. Хотя это невозможно. Я вдруг осознаю, что меня накрыл такой пи*дец, что в моём случае надо сразу увольняться и бежать очень далеко. Но, к сожалению, так нельзя.

В ресторан супруги заходят в сопровождении Михи, но через пять минут он возвращается ко мне. Молча курим, наблюдая за входной группой.

Миха садится в машину подремать, а я остаюсь на улице. Через полчаса мы поменяемся. Надеваю гарнитуру, набираю Анну, не сводя взгляда с фасада ресторана.

— Привет, — сонно отвечает моя невеста.

Невеста...

Раньше мне нравилась эта мысль. Есть что-то чистое, романтичное в этом слове. Нежнее, чем «супруга» или «жена». А сейчас я в полном раздрае.

— Малыш, ты спишь, что ли? — смягчаю голос, пытаюсь поймать то чувство, что испытывал к ней еще недавно. Уловить его, зацепиться и утвердиться, что вот она – моя женщина. А Нелли – чужая жена.

— Да, задремала. Нога болит, ходить сложно. Я с дивана не встаю. Растолстею к свадьбе, в платье не влезу. Буду некрасивая, с огромными щеками, — усмехается.

— Прекрати, мне всё равно. Ничего не имею против форм.

— Так! — повышает голос. — Не нужны мне дополнительные формы.

— Всё, тихо. Ты будешь самой прекрасной невестой.

— Ден… — вздыхает.

— Да, малыш.

— Я скучаю.

Надо сказать «я тоже». Но язык почему-то не поворачивается. Не могу выдать правильные и уместные слова. Еще пару дней назад мог. А сейчас не могу.

— Скоро у меня выходной... — отвечаю я. — Проведём его вместе.

— Быстрее бы. Я тут платье выбрала. Но не покажу. Плохая примета.

Плохая примета – не платье. А то, что я, говоря с невестой, смотрю на окна ресторана и пытаюсь увидеть там Нелли.

— Хорошо... — невпопад отвечаю. — Воспринимай это как отпуск. Готовься к свадьбе. Помнишь, ты жаловалась на нехватку времени?

— Да, времени теперь достаточно, — усмехается Аня.

Молчим. Надо что-то говорить. И обычно я говорю много всего, нам никогда не было скучно. А теперь молчим... И это мой барьер.

Я загоняюсь?

Определённо, да.

Ну, с кем не бывает. Засмотрелся на красивую женщину, пофантазировал. Ничего большего не будет. Скорее всего, это мой предсвадебный мандраж. На подсознательном уровне хочется доказать себе что-то...

— Ладно, Анюта, я работаю, — произношу, когда ко мне выходит Миха. Хотя я мог бы говорить еще в машине.