Клэрити
Шрифт:
Через несколько метров серый пикап Билли перегородил нам дорогу. Почти тропический ливень, безусловно, не мог пойти на пользу следствию, и мои способности могли оказаться вдвойне нужными. Сделав глубокий вдох, я взяла зонт и вышла из машины.
Габриэль предупредительно взял меня под локоть и повел через лужи и грязь.
— Дождь размыл все следы, — сказал он. — Мы даже не знаем, была ли здесь другая машина. Орудия убийства нет. Следов борьбы нет. После вскрытия эксперты сравнят пулю с пулей в теле первой жертвы. Это все…
— Ладно,
Билли сидел на водительском месте. Причину смерти можно было назвать сразу — выстрел в лоб.
Меня поразило, что мертвый Билли был похож на жертву из детективного сериала. Как будто это актер, исполняющий не самую приятную роль. Но я знала, что это не кино, а реальность. Билли не был актером — он был парнем, с которым я пересекалась едва ли не каждый день. Парнем, которого я ненавидела. Что тут скрывать, были моменты, когда я желала, чтобы мой мучитель умер. Но сейчас, глядя на мертвого Билли, я не чувствовала облегчения. Прежде всего, мне было грустно. И жалко его родителей. Даже Фрэнки было жалко.
Я обернулась и передала зонтик Габриэлю, который стоял позади меня. Затем обошла пикап и залезла внутрь. Сосредоточиться было трудно: приходилось отгонять от себя мысль, что рядом сидит мертвец. Закрыв глаза, я поводила руками по тем местам, за которые мог браться пассажир: ремень безопасности, потрескавшаяся кожаная обивка сиденья, торпеда… Ничего.
— Мне кажется, с ним никого не было, — сказала я, вышла, снова обошла пикап и открыла дверь со стороны Билли, стараясь не замечать его.
Ничего не приходило до тех пор, пока я не взялась руками за руль. Если представить руль в виде циферблата, руки мои легли на цифрах десять и два. И тут… свист.
— Вижу… Билли ведет машину, — зашептала я через плечо.
— По этой дороге? — спросил Габриэль.
— Вот этого сказать не могу. Не видно. Но его мысли читаются ясно.
— Какие мысли?
Я плотнее закрыла глаза, стараясь удержать видение:
— Предвкушение и страх. Он думает, что получит что-то стоящее, но опасается, что его планы провалятся… — Я замолчала, пытаясь сосредоточиться.
— А что еще? — не выдержал Габриэль. — О чем он еще думал?
— О родителях. Что он подвел их и что он ни на что не способен.
Видение исчезло. Я отступила назад. Сердце колотилось уже не с такой силой.
— Как ты думаешь, что все это значит?
Габриэль потер подбородок:
— Скорее всего, он собирался шантажировать убийцу. А тот взял инициативу в свои руки и прикончил его.
Дождь почти прекратился, но на деревья опустился туман, и лес стал выглядеть жутковато. В жемчужина-сером пространстве мог скрываться кто угодно. Едва я подумала об этом, позади нас хрустнула ветка. Габриэль резко развернулся, но, никого не увидев, пожал плечами.
— Наше время кончилось, — сказал он. — Пора ехать.
Еще раз хрустнула ветка, на этот раз не так громко, и
— Там кто-то есть, — произнес Габриэль и ринулся в чащу.
Я побежала за ним, вытянув вперед руки, чтобы не врезаться в дерево. Из-за проклятого тумана вскоре я совсем потеряла Габриэля из виду. Углубляться в лес без него я побоялась и решила вернуться обратно на грунтовку. Дождь застучал с новой силой. Чтобы не споткнуться, я старалась глядеть под ноги. Грунтовка была близко. Вдруг у ствола огромного бука я увидела отпечаток ботинка, пока еще не размытый дождем. Кто-то был здесь всего несколько минут назад… Прятался за деревом… Высматривал…
Я приложила ладонь к стволу. Намокшая кора скользила под пальцами. Через мгновение пришло видение. Оно было нечетким, будто я смотрю через слой воды. Я напряглась и… вздрогнула, увидев себя.
Вот я наклоняюсь над сиденьем и протягиваю руки к рулю.
Невольно я открыла глаза, и видение исчезло.
Кто-то наблюдал за мной. И кто бы это ни был, это означало одно — теперь я в опасности.
Услышав позади себя частое дыхание, я в ужасе развернулась. Но это был Габриэль.
— Обежал все вокруг — никого нет. Может, отец решил вернуться и понаблюдать за нами?
— Твой отец не стал бы от нас бегать.
Я хотела рассказать ему о своем новом видении, но потом подумала, что лучше воздержаться. Если Габриэль не поверит мне да еще и съязвит по этому поводу, мы опять поссоримся. А если поверит, то может отстранить меня от помощи следствию. Но я не хотела этого, ведь от меня зависела жизнь моего брата.
— Знаешь, что, — сказал он, — наверное, это какой-то зверь. Олень, например.
Или охотник, подумала я.
Ежегодный банкет, устраиваемый Торговой палатой, был отличным поводом для местных бизнесменов от души похлопать друг друга по спине, а для их дражайших половин — продемонстрировать наряды и посплетничать. Наш с мамой приезд был совсем не шикарным — мы опоздали. На мне было простое черное коктейльное платьице. Мама надела расшитое белое платье, которое выглядело не так уж плохо. Она сразу смешалась с толпой, вероятно надеясь, вылить немного грязи на имя конкурентки — мадам Масловой. Я же предпочла спрятаться за большим стаканом воды с ломтиком лимона.
— Рядом присесть можно?
От неожиданности я вздрогнула, но это был Нейт. В полосатой рубашке и брюках, он казался совсем взрослым.
— Садись, конечно.
Он поставил на стол свой бокал (в нем была газировка) и положил рядом маленькую записную книжку.
— А, тебе выпала честь освещать это восхитительное мероприятие?
Нейт усмехнулся:
— Настоящие журналисты получают большие задания, а стажеров отправляют на банкет местной Торговой палаты. Ты почему от Старлы отстаешь?