Клан волчицы
Шрифт:
— Очень интересный прием!
Аврелия тоже попробовала растроиться, но не угналась за Анаид и опять проиграла.
— Еще раз? — предложила Анаид.
Так они сражались много часов, пока окончательно не выбились из сил. В последнем бою Аврелия и Анаид растроились с одинаковой скоростью — и бой завершился вничью.
— Молодец! — сказала Анаид. — Наконец-то научилась.
— Научилась?! — запротестовала Аврелия. — Это я учила тебя. Это ты научилась!
— Вот как? — поднимаясь на ноги, сказала Анаид. — Еще
Аврелия расхохоталась.
— Признайся, ты видела меня в кошмарных снах! Тебе хотелось заткнуть мне глотку словами «еще раз!», посыпанными цианистым калием!
— Откуда ты знаешь? — Анаид улыбнулась.
— Мне хотелось сделать это с Юноной, которая учила меня. Она повторяла «еще раз!» целый год, пока я ее не победила.
— Целый год?! — ужаснулась Анаид, которой две кошмарные недели, проведенные в обществе Аврелии, показались вечностью. — Как же ты меня так быстро научила?
— Это не моя заслуга, — сказала Аврелия, вытирая со лба пот и протягивая Анаид стакан апельсинового сока. — Я с самого начала знала, что ты меня быстро победишь.
Анаид нахмурилась, опасаясь, что приобрела очередного недруга. И зачем она повела себя так глупо? Неужели трудно запомнить, что никому не нравится, когда его превосходят в мастерстве?!
— Это не совсем так, — пробормотала девочка. — Я еще очень многого не умею.
Аврелия поняла, о чем думает Анаид.
— По-твоему, я тебе завидую?
Девочка пришла в полное замешательство и пробормотала:
— Не знаю, что и думать…
— Ты не отдаешь себе отчета в том, насколько велики твои силы, — поднявшись на ноги, сказала Аврелия.
— Насколько велики мои силы? — неуверенно пробормотала побледневшая Анаид.
— Как по-твоему, сколько ныне живущих колдуний из Клана Дельфина умеют превращаться в клановое животное?
Анаид пожала плечами. Она полагала, что это умеют все колдуньи клана.
— Только Валерия. Даже ее дочери это вряд ли когда-нибудь будет под силу.
Анаид поперхнулась.
— Выходит, этого не умеет никто, кроме Валерии и меня?!
— Селена этому училась, но даже у нее ничего не вышло.
Услышав имя матери, Анаид вздрогнула.
— Значит, Валерия научила меня превращаться в дельфина по просьбе мамы?
— Ты что, не понимаешь? Валерия ничему тебя не учила, — потянувшись к полотенцу, сообщила Аврелия.
— Как это — не учила?
— Она превратилась в рыбу у тебя на глазах, но не объяснила, как это делается.
Анаид очень не хотелось чем-то выделяться. От этого у нее всегда были одни неприятности. Она хотела быть как все, а не какой-то особенной.
— Я тоже не учила тебя растраиваться. Ты научилась этому сама.
— Я просто развила то, чему ты меня учила, — возразила Анаид. — Я очень этого захотела и как следует сосредоточилась.
— При этом огромную роль сыграли твои уникальные способности!
— Не надо
— Но ты же дочь Избранницы! — настаивала Аврелия. — Ты унаследовала ее способности и должна научиться управлять ими.
— Кто же меня научит, если не она?! А ее нет…
— Мы все знаем, что теперь только ты можешь помочь Селене, — понимающе заметила Аврелия.
— Мне очень страшно, — призналась Анаид.
Аврелия села рядом с девочкой и погладила ее по голове.
— Разумеется, страшно. Ведь те, кто должен тебя защищать, гораздо слабее тебя самой. Со мной тоже такое случилось, когда я была совсем маленькой.
— Что именно?
— Это было ужасно…
— Расскажи!
— Мою сестру умертвила одиора.
Услышав эти слова, Анаид содрогнулась, вспомнив обезображенных и посиневших маленьких омниор на картинках.
— Мы были совсем маленькими и спали в одной комнате. Довольно долго я замечала, что моя сестра плохо и беспокойно спит. И однажды у ее кроватки я увидела одиору. Она высасывала последние капли крови из сердца моей сестренки.
— И что ты сделала? — съежившись от страха, спросила Анаид.
— Я набросилась на одиору. Меня еще не учили сражаться, но мы, колдуньи Клана Змеи, с давних пор владеем этим искусством, и у меня… как-то само собой получилось.
— Какая ты храбрая!
— Но я была маленькой и думала, что моя мама сильнее всех. Поэтому, в конце концов, я побежала к ней за помощью.
— Ну и…
— Мама погибла.
Анаид ничего не сказала, но эта история дала ей ответ на множество вопросов, которые она не успела задать.
— Еще раз… — пробормотала Анаид.
Вытерев ладонью крошечную слезинку, Аврелия сказала:
— Тогда я поклялась себе, что меня никто никогда не победит. Вскоре я узнала, что инстинктивно использовала боевые приемы своего клана. Мне они удавались легко, но не у каждого есть нужное для этого чутье. Например, у моей мамы его не было.
— А потом тебе приходилось сражаться с другими одиорами?
Оглядевшись по сторонам, Аврелия взяла Анаид за руку и отвела в душ. Открыв воду, она призналась ей под шум струй:
— Один раз.
— К чему такие предосторожности?
— Но ведь это же запрещено! — воскликнула Аврелия.
— Запрещено сражаться с одиорами?!
— Ты что, не знаешь историю Омны?! Она спрятала свою дочь Омнию, чтобы Ода не высосала ей кровь. Мы, омниоры, тоже прячемся. Много тысячелетий мы стараемся избегать кровавых стычек.
— Омна не сидела сложа руки! Она уничтожила посевы и наслала на землю зиму.
— Правильно. Поэтому мы тоже учимся повелевать силами природы.
— Но ведь меня ты учишь сражаться! — воскликнула уже ничего не понимавшая Анаид. — Омниоры поручили мне изучить боевые искусства и с их помощью спасти Селену!