Кладбище
Шрифт:
Джеки сделал выпад ножом. Он действовал проворнее, чем я ожидал, и лезвие распороло мне рукав рубашки.
— Очко в мою пользу! — рассмеялся Джеки.
Я еще немного отступил к дальней стене. Да, у Джеки в руке нож, но все преимущества на моей стороне. Он пьян, я нет. Он разгорячился, я, напротив, был спокоен и собран. Он даже ножом владеть толком не умел, тогда как я уже целую неделю ежедневно фехтовал на мечах и владел приемами рукопашного боя, которым меня обучили в армии. Наконец, я с пятнадцати лет регулярно участвовал в уличных драках, в которых уложил немало пижонов вроде
Потом я вспомнил прием, который сегодня уже использовал.
Сделав небольшой шаг вперед, я сделал вид, будто поскользнулся на кафельном полу туалета. Пошатнулся и начал падать.
— Попался! — завопил Джеки, не скрывая злобного торжества. Наклонившись надо мной, он взмахнул ножом, собираясь вонзить его в мою левую руку, которую я, защищаясь, выставил перед собой. Прежде чем клинок успел опуститься, я резко опустил руку, ударил Джеки ребром ладони по бицепсу и потянул его на себя. Одновременно я сделал ему подсечку, а когда он стал заваливаться, перехватил его за запястье и нажал большим пальцем на нервный узел. Джеки выронил нож и, окончательно потеряв равновесие, неловко сел на пол. Я тотчас выпустил его и, отскочив, сорвал со стены грифельную доску. Держа ее обеими руками, я с размаху опустил доску на голову Джеки. Доска развалилась пополам, Джеки вскрикнул, и я еще раз ударил его половинкой доски, а потом пнул ногой, отчего Джеки растянулся на полу во весь рост.
Изо рта Джеки хлынула кровь, и он промычал что-то невразумительное.
Подобрав с пола нож, я повернулся и сделал несколько шагов к ближайшей мусорной корзине.
Это была моя единственная ошибка.
Мне казалось, Джеки вырубился. Кроме того, я совершенно забыл о его револьвере.
Между тем Джеки не потерял сознания. Больше того, он был в такой ярости, что всякое благоразумие окончательно покинуло его затуманенные пивом и моими ударами мозги. Перекатившись на бок, он сунул руку под куртку и попытался вытащить револьвер из наплечной кобуры. Когда он уже сжал в руке рукоять оружия, я взглянул на него через плечо и, видя, что дело принимает скверный оборот, развернулся и с разбегу прыгнул на него обеими ногами. На ногах у меня были тяжелые ботинки, поэтому, когда я приземлился ему на спину, то едва не вышиб из него дух.
Джеки слабо барахтался подо мной, но я уже встал ему на горло левым коленом, а правым нажал на запястье руки, сжимавшей револьвер. Наклонившись, я вырвал оружие из его начавших багроветь пальцев.
Потом я сильнее надавил коленом на его шею. Лицо Джеки сразу приобрело сливовый оттенок. Он вот-вот мог потерять сознание.
— Ну что, Джеки, убить тебя, что ли?
Всякие признаки злобы и желания сражаться исчезли из его взгляда. Малыш «бойфренд» был здорово напуган.
— Пожалуй, не стоит. Во всяком случае, не сегодня, — сказал я.
Поднявшись, я разрядил револьвер и выбросил оружие и патроны в унитаз. За ними последовал нож.
Полупридушенный Джеки слабо шевелился на полу. Он никак не мог прийти в себя.
— А-а-а... — промычал он. — А-атвали от нее...
Но в моей крови еще бушевал адреналин, поэтому я, возможно, немного перегнул палку. Помочившись на выброшенный в унитаз арсенал, я тщательно вымыл руки,
По некоторым признакам я сразу понял, что, пока меня не было, разговор шел обо мне.
— Почему ты так долго? — спросила Кит, когда я непринужденно уселся рядом с ней.
— В туалете, в одной из кабинок, я обнаружил волшебную дверь — таинственный портал, который ведет в Нарнию. Там я успел жениться, встретиться с Асланом, стать принцем и прижить пятнадцать детей. Для вас здесь прошло всего несколько минут, но благодаря эффекту растяжения времени для меня эти минуты обернулись...
Кит сжала мне колено, чтобы я замолчал.
— Папа хочет сказать тебе кое-что, — сказала она многозначительно и поглядела на Джерри.
Джерри откашлялся.
— Да-да... — подтвердил он и кивнул. — Кит рассказала мне, что ты не боишься работы и как раз сейчас подыскиваешь новое место...
Косясь на Кит, я изобразил легкое смущение.
— В общем-то все верно, — проговорил я, делая вид, что робею.
— Тебе никогда не приходилось работать на строительстве? — спросил Джерри.
— Как же не приходилось! — воскликнул я. — Я и кирпичи подавал, и раствор готовил, и даже стены класть научился.
— В этих краях дома предпочитают строить из дерева, так что для тебя здесь работы немного, — строго заметил Джерри.
— Ладно, Джерри, хватит мучить парня. Говори, что собирался! — вмешался Трахнутый, подмигивая мне.
— Ну что, Шон, хочешь устроиться на тепленькое местечко? — спросил Джерри, широко ухмыляясь.
— Кто же не хочет! — ответил я.
— В таком случае можешь считать себя принятым на работу, — важно сказал Джерри, протягивая мне через стол свою огромную лапу. Я почтительно пожал ее и сказал вежливо:
— Большое спасибо, мистер Маккаган.
— Зови меня Джерри, парень. Просто Джерри — и все. Мистером Маккаганом меня называет только чертов мировой судья.
— Спасибо, Джерри.
— Приходи ко мне завтра. Я тебе все объясню и распоряжусь насчет бесплатного жилья. Если тебе нужно, конечно, — добавил он.
— Это очень щедрое предложение, Джерри, — сказал я.
— Совсем наоборот. Ты будешь жить в одном из зданий, которое мы ремонтируем, а это значит, что каждый день я смогу поднимать тебя раньше и гонять до темноты. — И Джерри расхохотался так, что все его огромное тело заходило ходуном.
Мы еще немного поговорили о строительстве вообще, и Джерри начал рассказывать смешную историю о каком-то португальце, который свалился в бетономешалку. Трахнутый признался, что это он подтолкнул беднягу, желая над ним подшутить. В самой середине этого рассказа Соня принялась позевывать, прикрывая рот ладонью. Джерри понял намек и, оборвав себя на полуслове, поднялся на ноги. Остальные тоже встали, и я машинально последовал их примеру, невольно поддавшись излучаемой Джерри властной силе.
— Пора, пожалуй, перебираться на новые пастбища, — изрек Джерри с самым глубокомысленным видом. — А ты, Шон, приходи завтра в контору. Мой офис находится на Плам-Айленде. Ты знаешь, как туда добраться?