Кладбище
Шрифт:
Саманта нарисовала мне следующий сценарий развития событий: завидев Джерри, убийца выхватывает автомат. Паника, крики, смятение. Я прыгаю на Кит, сбиваю ее с ног и прижимаю к полу. Автомат дает осечку, агенты ФБР задерживают киллера, а я встаю с девушки и приношу извинения. Кит, натурально, чувствует себя польщенной, что кто-то, рискуя собой, попытался спасти ей жизнь. Она спрашивает, как меня зовут, а я говорю, что я, мол, Шон Маккена, ирландский иммигрант из Белфаста. Кит обещает, что запомнит это имя, и когда неделю спустя она «случайно» столкнется со мной в баре «На краю штата» в Солсбери, Массачусетс, то рассмеется от радости и скажет отцу, что я — тот самый отважный герой, который спас ей жизнь. После
Вот и все.
Дальнейшее, я думаю, понятно. Это будет мой шанс проникнуть в боевую ячейку. Сначала Маккаган, вероятно, возьмет меня на работу в свою строительную компанию, но когда ему станет известно о моих радикальных взглядах, ему, возможно, придет в голову мысль сделать меня одним из «Сыновей Кухулина».
Вот почему сегодня вечером я сижу в этом баре. Покушение давало мне возможность завоевать доверие Джерри. Как еще можно проникнуть в такую маленькую и тесную группу, какой была СК? В обычных условиях для этого потребовались бы годы упорного труда без права на ошибку. Малейший промах мог свести на нет все усилия. Но Саманта была уверена, что ее план сработает, и я сумею одним махом добиться того, чего за много-много месяцев не смогли бы добиться другие агенты. Мое дело должно было занять всего несколько минут — не самых легких, понятно, — но мне нравилось, что не придется выпрыгивать из штанов, втираясь в доверие к этим людям, не нужно будет форсировать события, изображать энтузиазм и вообще торопиться. Все будет зависеть не от меня — от них. На сегодня моя задача — произвести выгодное впечатление. И если все пройдет как надо, тогда через семь дней начнется основной этап нашей операции.
Ну а если говорить откровенно, то разработанное до тонкостей внедрение в ячейку было бы мне не по силам: ведь у меня не было никакой специальной подготовки, необходимой квалифицированному агенту. Роль, которая отводилась мне в плане Саманты, требовала осторожности, осторожности и еще раз осторожности, и я надеялся, что за ту неделю, которая будет в моем распоряжении, ее коллеги успеют хоть немного подготовить и проинструктировать меня относительно предстоящей работы.
Но для того, что должно было произойти сегодня, моей квалификации вполне хватало. Я, во всяком случае, надеялся, что все пройдет по плану: четко, аккуратно и быстро.
Увы, в плане Саманты имелся один изъян, о котором не подозревали ни я, ни она, ни ФБР, ни даже Пэки Куинлан. Изъян этот заключался в том, что киллеров было двое.
Эффективность боевых операций ИРА объясняется, в частности, тем, что при их планировании значительное внимание уделяется разработке страховочных вариантов. Военный совет ИРА придавал большое значение успешной ликвидации Джерри, поэтому и исполнителей должно было быть как минимум двое, причем каждый действовал совершенно самостоятельно, независимо от другого. Киллеры летели в Штаты разными рейсами и встречались с разными доверенными лицами, в задачу которых входило передать им оружие и инструкции. Думаю, убийцы знали о существовании друг друга, но никогда друг друга не видели. Впервые они должны были встретиться только здесь, в баре.
Да, убийц было двое, и один был вооружен неработающим автоматом, зато у другого оружие было, к сожалению, в полном порядке. И никто из нас: ни я, ни Саманта, ни федералы — не подозревали, что арест пройдет не так гладко, как задумывалось.
Кто-то тронул меня за плечо.
Я обернулся.
— Я слышал, ты приехал из Ирландии?
— Все правильно, — ответил я низкорослому лысому мужику с сумкой курьера-велосипедиста на плече и «пивным» брюшком, едва умещавшимся в майке с логотипом сериала «Звездный путь».
— Взгляни-ка на эту штуку, — сказал мужик и достал
— Милая штучка, — сказал я, не зная, как я должен реагировать.
— Ты не собираешься в ближайшее время вернуться в Страну Отцов? — проговорил мужик с густым бостонским акцентом.
— Не знаю, все может быть, — сказал я.
— Как бы ты посмотрел на то, чтобы купить небольшую партию таких вот изделий? Всего пять баксов штука. Там, у себя, ты смог бы продать их по двадцать ирландских фунтов, — предложил он.
— Не знаю... — Я пожал плечами. — Вряд ли.
— А как насчет Иисуса?
И он достал из сумки гипсового Христа. Проблема с обеими статуэтками заключалась в том, что и у Приснодевы, и у ее Божественного Сына кожа была чересчур смуглой, а значит, данное коммерческое предприятие было изначально обречено на неудачу. Не скажу, что я хорошо знаком с особенностями религиозных воззрений бостонских католиков или местной ирландской общины, зато мне было достоверно известно, что в Ирландии каноническими считаются только статуи классического арийского типа. К примеру, на западе страны были очень распространены Плачущие Девы Марии с бледными фарфоровыми щечками и вздернутыми носиками, на которых блестят крупные чистые слезы. Иными словами, тот, кто вообразил, будто в Ирландии будут пользоваться спросом Богородицы с типично семитскими чертами лица, должно быть, выжил из ума.
Мне, впрочем, не особенно хотелось разочаровывать торговца культовыми статуями.
— Извини, приятель, — сказал я, — но ничего не выйдет.
— Ты уверен?
— Я такими вещами не занимаюсь, — объяснил я.
— Как хочешь...
И мужик с мешком перешел к стоявшему рядом со мной парню, который и был киллером ИРА. Тот, впрочем, слушал его не долее трех секунд, после чего сказал коротко и решительно:
— Отвали.
Очевидно, тон, каким было произнесено это слово, несколько напугал торговца «святым товаром», так как он почел за благо ретироваться. К счастью для себя, мужик покинул бар за пять минут до того, как началась стрельба. По пути к выходу он успел переговорить еще с одним посетителем — невысоким белобрысым пареньком, который сидел в углу над нетронутой кружкой «Басса».
Белобрысый, как видно, тоже не соблазнился золотыми горами, которые сулил бизнес по продаже гипсовых изображений Святого Семейства в Ирландии.
Когда толстяк вышел за дверь, я рассмеялся,
А зря. Кроме меня, торговец поговорил с обоими убийцами, дав им знать, что Маккаган вот-вот войдет в бар и что они должны быть наготове.
В этот момент Кит подошла к бару, чтобы взять заказанные напитки. Она была похожа на панка, вот только пахло от нее... душистым горошком, что ли? Разглядывая девушку, я пытался представить, как именно я должен броситься на нее, когда киллер попытается начать свою работу.
Должен ли я следовать за ней, чтобы быть поблизости в тот момент, когда ее отец войдет в бар? А что, если убийца решит не торопиться? И не покажется ли кому-нибудь подозрительным, что я столько времени таскаюсь за Кит?
На этот счет Саманта не дала мне никаких указаний.
И все же я знал, что должен что-то предпринять. В задумчивости я отхлебнул глоток «Сэма Адамса». Нет, весь вечер ходить за Кит как приклеенному нельзя. Значит, придется внимательнее следить за входной дверью, и, как только Джерри появится, я сразу двинусь к тому месту, где в этот момент окажется Кит. Но до этого — никаких действий, ничего, что могло бы привлечь ко мне внимание. Если у меня что-то не получится, что ж... Саманте я скажу, что сделал все, что было в моих силах, а ей придется мне поверить. Тут я снова поглядел на Кит. И этого хватило, чтобы я вовсе забыл о нашем идиотском плане. Я смотрел на нее всего пару минут, но этого хватило, чтобы внутри у меня все перевернулось.