Китайский попугай
Шрифт:
Иден замолчал. Чарли Чан смотрел на него.
— Теперь вам понятно, почему я беспокоюсь за Боба? — продолжал ювелир. — Мне не нравится...
Он не договорил. В дверь постучали. Виктор открыл дверь. На пороге стоял Боб. Как часто бывает в подобных случаях, беспокойство отца сменилось гневом.
— Какой ты, к черту, деловой человек! — закричал он.
— Но, папа, не надо сейчас комплиментов, — засмеялся Боб. — Я не гожусь для твоей работы.
— Не сомневаюсь. Чем ты занимался, вместо того чтобы встретить мистера Чана?
— Один момент, папа. — Боб начал снимать
— Как жаль, что мы не встретились в порту, — пробормотал Чан. — Я уверен, что это моя вина и...
— Ерунда! — воскликнул ювелир. — Это его вина, как обычно. Когда у тебя, наконец, появится чувство ответственности?
— Подожди, папа! Чувство ответственности — такая вещь, которая не всегда нужна.
— Боже мой, что ты говоришь? Почему ты не встретил мистера Чана?
— Ну, я не мог...
— Не мог! Ты не мог...
— Точно. Это длинная история. И я расскажу, если ты не будешь перебивать меня. Я сяду, если позволите. Я немного устал.
Он сел к столу и закурил.
— Когда я вышел из клуба, чтобы ехать в порт, не было ни одного такси, кроме какой-то старой развалины. Когда мы ехали по Эмбарка-стрит, я заметил, что на щеке у шофера шрам, а ухо — как цветная капуста. В общем, доверия он не внушал. На набережной я попросил его остановиться и подождать: «Президент Пирс» уже подходил к причалу. На пирсе около меня вертелся какой-то мужчина в пальто с поднятым воротником и в темных очках. Я специально пошел под навес. Он двинулся за мной. Я вышел на улицу, и он тоже. Ну, я и походил с ним по улицам... А что еще оставалось делать? Надо было принять быстрое решение. Ожерелья у меня не было, оно у мистера Чана. Зачем их наводить на него? Я стоял и смотрел на людей, спускавшихся с трапа. Потом я увидел человека, о котором подумал, что он мистер Чан, но подходить не стал. Я вернулся к машине и расплатился с шофером. «Вы ожидали кого-то с парохода?» — спросил он. «Да, — ответил я. — Я пришел встречать китайскую императрицу, но мне сказали, что она умерла». Он мрачно посмотрел на меня. В это время подошел тот тип в очках. Я сел в другую машину и доехал до клуба, так как мои приятели всю дорогу висели у меня на хвосте. В клубе пришлось удирать от них через кухню. Наверное, они до сих пор ждут меня у клуба, как любимого брата. — Боб помолчал. — Вот потому-то, папа, я не встретил мистера Чана.
Иден улыбнулся.
— Клянусь Юпитером, ты умнее, чем я думал. — Он повернулся к миссис Джордан. — Знаешь, Салли, все это мне не нравится... Послушайся моего совета, не отправляй ожерелье Маддену.
— Алек, нам нужны деньги, — сказала она. — Если мистер Мадден просит прислать ожерелье на ранчо, пусть будет, как он хочет. Это его дело.
Иден вздохнул.
— Ну хорошо. Пусть будет по-твоему. Боб отправится туда сегодня же. — Он посмотрел на Чана.
— Чарли, — обратилась к детективу миссис Джордан.
— Да, миссис Салли?
— Вы сказали, что гора свалилась у вас с плеч?
— Да, теперь я беззаботен и счастлив.
Миссис Джордан покачала головой.
— Простите, Чарли, — сказала она, — но
— Я готов, — без колебаний ответил Чан.
— Спасибо, Чарли, — глаза Салли наполнились слезами. — Все ваши издержки, конечно, будут оплачены... Вам лучше хранить жемчуг в поясе, как вы это делали. Но помните, никто не должен знать о вашей связи с этим делом.
— Я буду осторожен. — Чан взял со стола ожерелье. — Не беспокойтесь, миссис Салли. Мы с этим молодым человеком сделаем все, что нужно.
— Я верю в вас, — улыбнулась она.
— Значит, решено, — сказал Иден. — Мистер Чан, вы и мой сын отправитесь в одиннадцать часов на пароме в Ричмонд, оттуда доберетесь до Барстоу и пересядете на экспресс до Эльдорадо. На ранчо Маддена вы попадете завтра вечером. Если он там и если...
— Почему вы волнуетесь? — спросил Виктор. — Если он там, этого достаточно.
— Если Мадден на ранчо, — не обращая внимания на Виктора, продолжал Иден, — вы передадите ему ожерелье и возьмете расписку.
— Договорились. В половине одиннадцатого я буду ждать вас в холле, — Чарли кивнул им и вышел.
— Я тридцать пять лет занимаюсь ювелирным делом, — усмехнулся Иден, — но никогда еще у меня не было такого посыльного.
— Милый Чарли, он будет защищать ожерелье до конца, — сказала Салли.
— Надеюсь, до этого не дойдет, — засмеялся Боб и встал. — Я слишком люблю жизнь.
— Вы не останетесь обедать? — спросила миссис Джордан.
— Спасибо, в другой раз, — ответил Иден. — Мы с Бобом поедем домой. Ему надо собраться, а я не хочу оставлять его одного.
— Не будьте слишком щепетильными, когда попадете на ранчо, — обратился к Бобу Виктор. — Если Маддену грозит опасность, это не ваше дело. Передайте ему ожерелье, получите расписку, и все.
Иден покачал головой.
— Мне не нравится это, Салли. Мне это очень не нравится.
— Не беспокойся, — улыбнулась она. — Я доверяю Чарли.
Глава 3
ЧАН У КИ ЛИМА
Чарли Чан спустился в вестибюль отеля и вышел на Грири-стрит.
Он стоял на тротуаре и с удивлением рассматривал улицу, как будто попал на Марс. Дождь прекратился, и Грири-стрит понемногу заполнялась людьми. Громкий смех, гудки автомашин, яркие витрины магазинов...
Чарли зашел в кафе и заказал сэндвичи и три чашки чая.
Молодой человек, по виду клерк, уселся рядом с ним. После некоторых колебаний Чан решил обратиться к нему.
— Простите, пожалуйста, — сказал он, — но я впервые в вашем городе и за три свободных часа хочу осмотреть достопримечательности...
— Ну... я не знаю, — ответил молодой человек, — что интересного может быть в Сан-Франциско...
— Может быть, Барвари Коаст? — предложил Чан.
Молодой человек усмехнулся.
— Найдите что-нибудь поинтересней. Элко, Мидуэй — говорят, там теперь интересно. Да, сэр. Всякие старомодные дансинги, похожие на гаражи, дешевые магазины. Однако... — он засмеялся. — В Чайнтауне — китайской части города — канун Нового года... Да что вам говорить об этом...