Кистепёрые
Шрифт:
Я покачал головой.
– Не факт. Ресурсы истощены, а разработку термоядерности инквизиция не позволит. Нет уж, только вперёд! Пока не выполним задачу.
– Какую? – спросил Лысенко въедливо.
– Выполним, – ответил я, – узнаем. Но выполним, хотя вокруг меня одни дикари лохматые, а ты вон и вовсе не интеллигент даже, только прикидываешься.
Лысенко спросил обиженно:
– Почему не интеллигент?.. Вон у меня какая бицуха!
– Интеллигент должон думать о нравственности, – напомнил я, – о высоком,
Он вскрикнул:
– Шеф, какая нравственность? Тут как бы с этими вселенскими запросами выжить мне, вам, да и человечеству заодно!.. Выживаемость с нравственностью биполярны и несовместимы. Нравственность могут позволить себе только сытые и благополучные!.. И то если на двести лет впереди тишь да гладь! А у нас?
– Увы, – сказал я. – Либо прогресс хайтека, либо нравственность. Даже домохозяйка может нарисовать график обратной зависимости прогресса и моральной чистюльности. Чем выше там, тем ниже тут.
Невдалый хмыкнул, развернулся к нам всем корпусом, агромадный и величественный, как Столыпин.
– Чем выше здесь, – поправил он, – тем ниже там. Вообще-то, хоть от прогресса польза, а от нравственности неудобства… но всё равно как-то стремновательно. Столько веков жили с идеей, что нравственность нужна.
– И что телеги нужны, – сказал я, – но где они теперь?
– А что вместо нравственности?
– Увидим, – пообещал я бодро, но в груди тревожно заныло. – Нравственность – это ж не душа, верно? Или душа?
– Уравнение нравственности мне пока не по зубам, – сообщил он, – но, думаю, с «Алкомой» выведем точную формулу. И высчитаем, сколько ангелов помещалось на острие иглы тогда и сколько сейчас!
Я отмахнулся.
– А нам не дефекально?.. Ты уже ввёл локацию Скалистых Гор?..
– И заселил, – подтвердил он. – Всё получилось даже быстрее, чем рассчитывал. «Алкома» работает, как атомные часы!
Я озадаченно умолк, локация Скалистых Гор считалась очень сложной. Не только я полагал, что придётся повозиться, там десяток данжей, на вершинах гор башни сгинувших цивилизаций, сами горы испещрены трещинами, расщелинами и проходами, часть ведёт в пропасти, а с заселением вообще непросто, легко переборщить или оставить пустоты.
– Прекрасно, – сказал я с чувством. – Это добавочные кубиты так ускоряют работу?
– Неважно, – ответил он уклончиво, – главное – результат!..
А ехидный Грандэ сказал от экрана:
– Да-да, цель оправдывает средства.
Я сказал с сомнением:
– Завтра посмотрю, что и как там нагромоздили. Лично!
Фитнес-браслет тревожно позванивает, артериальное давление у меня уже несколько дней двести двадцать на сто сорок, многие в таких случаях в панике вызывают «Скорую», но у меня и раньше бывало даже выше, так что всё с какой-то надеждой откладываю визит к врачам, тем более что чувствую
Я откинулся на спинку кресла, поспешно вытянул ноги, а то кровь застаивается под коленями, а это закупорка вен, тромбы, на горизонте инфаркт или инсульт, в моём возрасте они постоянно за спиной и ждут, когда дёрнешься, так что надо бдить и бдеть.
– Алиса, – велел я, – переключи на Скалистые Горы.
– Готово, – ответила она. – Ввести координаты вашего аватара?
– Да, – ответил я. – И проверь, есть ли в игре перс по имени Жанетта.
– Готово!
– Узнай, когда была в последний раз, сколько и где.
– Готово, – ответила она мгновенно, едва я успел договорить.
Пока докладывала, я поудобнее пристроил наушники, вздохнул и сделал шаг из моей хижины в наш прекрасный мир. На мини-карте медленно ползёт мигающая красная точка с севера на восток, топать туда не меньше чем полчаса, маунты пока только в эскизах, но у разрабов свои преимущества, я просто набрал команду и моментально переместился через пространство.
Жанетта испуганно оглянулась.
– Ой, как ты так подкрался?
– Я хитрый, – сообщил я.
Она всё ещё та красотка с обложки, но косметики поменьше, волосы всё ещё яркие, но без вызова, сиськи чуть мельче, хотя всё ещё ого-го, но не такие торчащие, что смотришь только на них, даже ноги то ли короче, то ли каблуки как каблуки, а не ходули.
– Хорошо выглядишь, – сказал я с одобрением. – Куда направилась?
– Куда поведёшь, – ответила с чисто женской находчивостью. – Мужчины всегда впереди!
– Да ну, – ответил я, – и лишить тебя удовольствия находить сокровища первой? Вперёд, Фатима!.. А то вдруг там мины.
Она улыбнулась и побежала легко и свободно, как молодой оленёнок.
Деревья величественно пошли в стороны, словно раздвинулся занавес. Захватило дух от красоты синего неба с облачками, а ещё там холмистая долина с рощами в празднично-осенней листве, кое-где ещё зелёной, но в большинстве золотого цвета, даже багряности разных оттенков.
Мои нижние конечности несут меня так же легко и красиво, любуюсь, как свободно и без усилий уходят в стороны и пропадают за спиной величественные раскоряченные деревья с выпирающими на поверхность толстыми коричневыми корнями.
В воздухе появились стрекозы, яркие и сверкающие на солнце слюдяными крылышками. Я успел заметить пару крупных и с десяток мелких, все носятся стремительно, но иногда застывают на месте, как вклеенные в воздух.
Камыш зашелестел по коленям, я перешёл вброд мелкую речушку, на той стороне крутой берег, а когда карабкался наверх, Жанетта прокричала в нетерпении с крутого пригорка:
– Чего копаешься?.. Вон там руины!
– Скоро весь мир будет в руинах, – ответил я, – но всё-всё, бегу.