Кирин
Шрифт:
— В лучшую?
— Да уж, притягательности добавилось на двести пунктов.
— Это не зависело от меня. — Стало грустно и как-то горько. Тяжело осознавать, что теперь во мне видят только ступеньку к трону, к императорской семье, к тем, кого я даже не знаю.
— Знаем, — примирительно обнял за плечи Дэйн.
— Точно, — гулко согласился Тордак.
Мы вышли к лестницам и хотели было спуститься, когда увидели, как поступают старшие ученики. Вместо того чтобы обходить пол-этажа, чтобы оказаться с другой стороны, они быстро пробегали
Признаться, мне было страшно идти по нему, но Дэйн и Тордак, сказали, что уже пользовались этими переходами и все будет в порядке. Первой шла Тина, которую страховал Тордак, Дэйн замыкал и шел прямо за мной. Это успокаивало, и я немного приободрилась, начала идти быстрее, даже почувствовала себя птицей, когда ветер ударил в лицо. Тина рассмеялась, и мы вместе с ней. Обычный переход становился забавным и очень важным делом. Девушка-лисичка начала весело подпрыгивать, нарушая технику безопасности, да и законы здравого смысла. Неудачно приземлилась и едва не сорвалась — Тордак успел подхватить, крутанувшись и ухватившись за ее рукава.
А ветер бил в лицо, и земля стремительно приближалась. Страшно не было, только в самом начале, когда нога соскользнула. А полет… он захватывал. Наверное, так даже лучше. Еще мгновение и конец, и больше не придется думать, бояться или что-то решать. Глаза закрылись сами. Мгновение и все. Мгновение…
— Леди, возможно, вы не заметили, но вы не дома и помогать вам наслаждаться солнышком не входит в мои обязанности. — Насмешливый и слишком живой для посмертия голос, разорвал мои раздумья.
А после я почувствовала, как съезжаю, словно по горке, кто-то держит меня за талию, опускает и ноги касаются земли. Обычной, еще холодной с утра, земли. Я делаю шаг назад, открывая глаза, но меня не отпускают.
Мужчина все так же придерживает за талию, внимательно смотрит в мои глаза, словно пытается прочесть в них нечто важное. Минута и он отпускает меня. Но я не отхожу, смотрю вверх, где в двух метрах над нами клубится воздух, образуя мягкую подушку. Он меня поймал.
Вновь смотрю на своего спасителя и улыбаюсь. У него такие красивые серые глаза, как у принца в сказке, как… неважно, мне слишком хорошо, и я смеюсь. Без причины, просто от нарастающего счастья, от той легкости, что появляется в организме.
Он молчит, хмуро разглядывая мое счастливое лицо. А мне кажется, как будто я его уже видела. Пытаюсь вспомнить, но мысли ускользают. Путаются, заплетаются, исчезают. А он стоит и смотрит. С грустью, с сожалением и непонятной мне обреченностью.
— Магистр, что-то случилось?
Он отвлекается на подбежавшего мужчину. А мне все равно, я смеюсь, без остановки. Пришедший странно на меня смотрит. Это даже смешно!
— Чуть не разбилась, — поясняет сероглазый.
— Ясно, — понятливо
— Отведу, — без капли радости говорит маг, а второй быстро уходит, как будто не хочет составлять нам компанию. Лазарет? Зачем он мне? Мне хорошо! Смотрю на мага с непониманием. А он только тяжело вздыхает и поднимает меня в воздух. И мне снова хорошо. Вот бы до лазарета была долгая-долгая дорога.
Глава 5
На отбор я все же успела: хорошо иметь в штате школы магов-целителей. Четверть часа и все в норме, если, конечно, не считать излишне приподнятого настроения, но кому оно мешало перед прослушиванием?
Дэйн, который бросил остальных и побежал в лазарет, шел со мной рядом. Уверенно держал меня за руку, не отпуская ни на секунду. Я не протестовала: было в этом что-то — вот так идти держась за руки на глазах у всех. Почти все уже убежали на отбор, но редкие зрители нам все же попадались.
Прослушивание проходило в репетиционном зале, как было указанно на карте академии. Свободных мест не было, но Тина с Тордаком заняли нам два кресла, и мы сели все вместе. Рыжая сидела, понурившись, и избегала моего взгляда.
— Прости, — выдавила она с трудом — не привыкла извиняться. — Я… это из-за меня получилось.
— Все нормально, — быстро заверила я, переводя взгляд на сцену. Там собирались петь. — Нам тоже придется петь? Но я не умею.
— Я тоже, — подтвердил Дэйн, опасливо косясь на залитый светом кружок. Так вот что может напугать этого смелого парня!
— И не надо. Это уже определившиеся. Их сейчас по группам в зависимости от диапазона голоса раскидают и займутся нами. Художников уже поделили: они портфолио принесли. Актеров по внешним данным разбросали.
— А мы?
— А вы по всем кругам ада. Вокал, танцы, рисование и прочие прелести.
— А сама-то? — не выдержала я.
— Тина — актриса, — примирительно пояснил Тордак. — Ей уже пришло распределение. Можешь свой проверить, вдруг прислали.
Не очень и рассчитывая на такой подарок, послушно открыла собственную школьную карту. Аудитория 607. Недоуменно показала ребятам.
— Вот. Тебя уже тоже куда-то внесли, — Тина дождалась конца выступления светло-русой девочки и поднялась. — Идем, у меня 605. А вы оставайтесь, неудачники.
Несмотря на обзывание, парни почему-то только рассмеялись и погрозили подруге. Да, мне еще долго придется идти к понимаю их поступков.
К неудовольствию остальных зрителей, которым приходилось подниматься, чтобы нас пропустить, мы все же выбрались из зрительного зала. Идти по мостикам мы больше не рискнули, опасаясь свалиться во двор. Быстро добрались до лестницы и принялись подниматься.
— Почему здесь не поставят переместители?! — риторически вопросила Тина. — Неужели так сложно?