Кирин
Шрифт:
— Давай, — согласился он и пригнулся, чтобы мне было удобнее.
Смущенно чмокнула в подставленную щеку и отстранилась. Почему-то было смешно. И судя по задорному блеску в глазах принца — нет, брата! — ему тоже было забавно.
— Одевайся давай, я выйду и подожду в вашей гостиной.
— А как ты вошел? Там же только наши имена?
— Смешная. У куратора допуск расширенный. К подопечному везде войдет.
— И ванную?
— Если вдруг сознание потеряешь, — серьезно ответил Хель. — Все, не отвлекай меня. Завтрак вот-вот
На завтрак мы не опоздали, хоть и пришлось повозиться. В конечном итоге, Хель не выдержал, быстро выложил из шкафа форму и даже помог заплестись. Не знаю, была ли у него раньше практика с укладкой волос, но справился он по высшему разряду. Судя по одобрительным взглядам Дэйна и Тордака, они тоже признали парикмахерский талант принца.
Идти под руку с Хелем было странно. Приятно с одной стороны, но непривычно: нам уступали дорогу, а вслед смотрели так пристально, что я начала сомневаться все ли в порядке с моей спиной и не торчит ли в ней что-то неучтенное.
— Хорошо держишься, — похвалил Хель, когда мы уселись между Манирой и Димитрием.
Девушка дружески хлопнула меня по плечу, а вот Димитрий сцапал ладошку и поцеловал, наслаждаясь произведенным эффектом. Нет, не на меня, хотя, признаться, он меня смутил, но на наших наблюдателей, которые на минуту замолчали, а после зал наполнился голосами.
— Она — моя сестра, — предупредил Хель друга.
— Все же сестра, — лениво проговорил Димитрий и подмигнул мне. — Не переживай, семья друзей это святое. Только по согласию. — И уже мне: — Но я за тобой поухаживаю, имей ввиду.
— Хорошо, — только и смогла ответить. Димитрий заставлял теряться, отводить глаза и смущенно улыбаться. И он об этом прекрасно знал, как, впрочем, и вся его команда.
— Отстань от ребенка! — недовольно проворчала Манира. — На нее и так много обрушилось. Ты ведь не знала, правильно я понимаю?
— Не знала, — подтвердила я, глядя в пол.
— Не переживай, так даже интереснее. Сравнишь, как меняется мир, когда ты обличен пусть мифической, но властью.
— Плохо меняется, — признала я. — Раньше был спокойнее.
Ответить никто не успел. К нашему столу подошел Теренс, а за ним спешила кукла, подобная моей неживой служанке.
— Налетай! — провозгласил он и, развернув стул спинкой вперед, уселся, внимательно осматривая компанию.
Помимо меня и команды Хеля за столом присутствовали еще две девушки и трое юношей. Одна из девушек ревниво следила за Димитрием, вторая — за первой. Я предпочла отвернуться, чтобы не встречаться глаза лишний раз с темноволосой смуглой красавицей. Димитрий заметил мой маневр и строго глянул на девушку. Та виновато потупилась и больше глаз не поднимала.
— А еда всегда в компании куратора?
— Нет, первый раз, чтобы расстановку сил показать. Глянь по сторонам, увидишь как все друг друга оценивают.
— А мы? Мы тоже оцениваем?
— Нет, глупенькая. — Димитрий покровительственно
— А бывают смены состава?
— Очень редко, — с грустью признала Манира. — В прошлом году от нас ушла Моника. Сейчас она с Саймоном Клейтоном. Но это закономерно, их семьи устроили им помолвку. Так что, вероятно, Саймон поднимется в нашем негласном рейтинге.
— Или упадет на дно, — с угрозой сказал Димитрий. Судя по всему, он собирался поспособствовать краху более удачливого на любовном фронте конкурента. А там… глядишь, и Моника вернется.
— Дим, успокойся. Если тебе так важна Моника, ты можешь обратиться к ее семье с официальным предложением.
— Отец не позволит, — хмыкнул юноша. — Да и не настолько она хороша, чтобы ради нее…
— Вот! — наставительно подняла палец Манира, глядя на меня. — Ты только их послушай, недостаточно хороша. А сами-то в любви клянутся, фиалки за уши суют. С ними ухо востро держать надо.
— Я запомню, — пообещала и вернулась к еде.
Теренс раздобыл, казалось, все, что было на кухне — столько вкусностей выставила кукла. Половину из этого богатства я видела впервые и ориентировалась на вкус Хеля, повторяя его выбор. Он заметил, улыбнулся и, взяв мою тарелку, заполнил ее, как он считал, самый вкусным. Во многом наши вкусы сошлись, и после трапезы на краю тарелки осталась отложена всего шестая часть.
— Дим, что у нас первым? — Манира отставила тарелку и, используя панельку как зеркало, принялась приводить в порядок прическу. Быстро оглядевшись по сторонам, я заметила, что не только она озабоченна своим внешним видом: прическу поправляла большая половина девушек.
— У тебя актерское, у Теренса — декорирование, Хель, свое знаешь?
— Музыка, — улыбнулся юноша. — А у самого?
— Пейзажка, — пренебрежительно бросил Димитрий. — Вот уж счастье в лесу сидеть и травинки зарисовывать.
— И не говори, — усмехнулся принц, знавший, что от так называемой «пейзажки» друг получает истинное удовольствие. Вот только не вязался этот трудоемкий процесс с репутацией балагура. — Кирин, тебя ожидает твоя команда.
Хельдеран кивнул в сторону застывших у выхода Дэйна, Тордака и рыжей, похожей на лису, Тины.
— Я пойду?
— Конечно, — кивнул Хель и предупредил: — Я зайду к тебе перед ужином.
Я кивнула и, улыбаясь, бросилась к команде. Тина только головой покачала, оценивая мою пробежку. Ну и пусть.
— С возвращением, — поприветствовала девушку я. Она изменилась. Рыжая, с веснушками, острым носиком Тинабыла неуловимо похожа на себя прежнюю, но и так отличалась от нее, что я чувствовала, будто стою рядом с незнакомым человеком. — Ты — интересно выглядишь.
— Скажи уж прямо — не очень, — усмехнулась девушка, беря меня под локоток. — А вот ты изменилась в лучшую сторону.