Киллер
Шрифт:
– Если бы вы заметили меня сразу, мне пришлось бы подумать о смене профессии.
Ребекка так и не поняла, в шутку это было сказано или всерьез. Виктор поднял голову, чтобы взглянуть на нее. Его лицо ничего не выражало. Как всегда. Он был так близок к неодушевленному предмету, как только мог быть, по ее представлению, человек.
– На обед он носил свой компьютер с собой, – сказала Ребекка.
– Значит, он носит его с собой повсюду.
– Мне представляется, что его кабинет не годится как место для налета, – сказала Ребекка.
– Поясните.
– Там
– Так действовать я бы не стал, но мой вариант тоже не будет простым. Телохранитель не может стоять на посту весь день. Монотонность притупляет внимание. Они должны меняться, возможно, каждые часа два. Если они умны, часы смены должны выглядеть нерегулярными и каждый день другими, чтобы их нельзя было спрогнозировать. А как вели себя телохранители в офисе?
– Настороженно, внимательно, несмотря на то, что у них перед глазами была весьма соблазнительная секретарша.
Виктор кивнул.
– Видимо, они хорошо усвоили урок об опасности благодушия в привычной обстановке. Если они не теряют бдительности в офисе, они не теряют ее нигде.
– Значит, они хороши.
Виктор пожал плечами:
– Они и хороши, и плохи. Большие размеры и устрашающий вид очень хороши для того, чтобы прокладывать дорогу через толпу, но такие люди неуклюжи и медлительны. Однако, хотя они и выглядят тупыми гориллами, они вооружены и очень наблюдательны. Сейф держит их не только для внешнего эффекта.
– Вы видели, что у них было? – спросила Ребекка.
Виктор кивнул, не выразив ни удивления, ни беспокойства. Ничего.
– Пистолеты?
– Да, – ответил Виктор. – А во что они одеты под плащами?
– В костюмы. Фасон вас интересует? – спросила Ребекка с улыбкой.
– Как сидят костюмы?
– Вас точно интересуют фасоны.
– Тесны, свободны?
– Так тесны, что потребуют ремонта, если человек резко наклонится.
Виктор кивнул.
– Это хорошо? – спросила Ребекка.
– Это может помочь.
– Послушайте, я вправду думаю, что это плохая идея. Одно дело, если бы Сейф был один, но присутствие двух телохранителей все меняет. Они – как ястребы, здоровенные люди-ястребы с пистолетами. Вы не сумеете приблизиться к нему так, чтобы они вас не заметили.
– Если Сейфа хотят убрать, чтобы обрубить концы, я должен воспользоваться любой возможностью, какая только подвернется. У Сейфа есть квартира в Лондоне и дом в Суррее, так?
– Да. Нам нужно разделиться, – сказала Ребекка. – Я разведаю квартиру, а вы – его дом. Если он объявится в квартире, я смогу позвонить вам. В любом случае вы сможете не попасться на глаза телохранителям. Обхитрить их.
– А как ваши возможности насчет взлома защиты и вхождения на сайты?
Ребекка вздохнула.
– Хороший вопрос. Но что нам делать сейчас?
Она сделала глоток своего эспрессо. Он был несопоставим с тем, которым ее угостила Мелани.
Виктор, которого она знала только как Тессеракта, сказал:
– Когда вы допьете свой кофе, подождите немного и закажите большой капуччино или еще что-нибудь, что можно было бы попивать достаточно долго, продолжая наблюдение. Как только увидите, что он выходит, дайте мне знак. Затем позвоните в офис и скажите, что хотите поговорить с ним. Там вам должны сказать, вернется он или нет. Если нет, постарайтесь за ним проследить, но имейте в виду, что лучше потерять его, чем попасться на глаза кому-либо из телохранителей.
– Хорошо, а вы куда?
– За пистолетом.
– А вы можете достать его в Лондоне?
Виктор посмотрел на нее.
– Телохранители Сейфа вооружены, поэтому оружие даст мне шанс, которым я должен воспользоваться.
– Но их все же двое против одного.
Выражение лица Виктора не изменилось.
– Недостаточное преимущество для них.
– Что именно вы намерены делать?
– Мы не знаем, куда он направится, на квартиру или в дом. Офис, как вы сказали, отпадает. Остается один вариант.
– Какой?
– Захватить его где-то между этими тремя местами.
Вторник
08:47 EST
Проктер спешил, а быстрая ходьба для человека его комплекции и возраста давалась нелегко. Он опаздывал на утреннее совещание, и самым важным для него сейчас было втиснуть свой толстый зад в тесное офисное кресло с опозданием на три минуты, а не на четыре. Он вошел в лифт и поднялся на верхний этаж. Проходя по коридорам, он кивал и что-то бурчал, приветствуя встречных сотрудников. Когда он открыл тяжелую звуконепроницаемую дверь совещательной комнаты, на него обратились три пары глаз.
– Прошу прощения за опоздание. Патрисия полночи провела, свесив голову над туалетом, и утром выглядела, как пугало, так что отвозить детей в школу пришлось мне.
Чеймберз улыбнулась и взглядом дала понять, что ничего страшного не произошло. Ей уже случалось сглаживать подобные небольшие шероховатости на таких совещаниях. Фергусон и Сайкс сидели с другой стороны стола, как бы отделившись, словно были членами собственного частного мужского клуба. Проктер выдвинул себе кресло между этими двумя лагерями.
До начала доклада Альвареса присутствующие коротко обменялись незначительными фразами.
Затем послышался голос Альвареса:
– Прошлой ночью в Париже агенты контртеррористического подразделения французской полиции попытались схватить мужчину, которого они считают убийцей Андриса Озолса и еще семерых человек не прошлой неделе. Операция не удалась, началась стрельба, несколько человек погибли, а несколько попали в больницу.
– Насколько можно быть уверенным, что это был убийца Озолса?