Киллер
Шрифт:
– Верно, – согласился Проктер, кивнув. – Но у нас есть неоспоримое преимущество перед нашими предшественниками.
Он коснулся папки.
– Вот с этим он у нас в кармане.
Суббота три недели спустя
22:49 EST
Легкий и освежающий ветерок чуть шевелил занавески на окне. Уильям Фергусон лежал на кровати, голова его была
В доме было тихо. С Фергусоном уже давно никто не жил, и он предпочитал общество самого себя, хотя изредка все же бывал на людях, стараясь не слушать их. Его внимание привлек маленький зеленый огонек. Он означал, что все в порядке. Дом Фергусона был оснащен самой современной системой защиты, которую предоставила и установила Контора. Если бы кто-то или что-то нарушило периметр дома, мигал бы красный огонек. Но Фергусону еще ни разу не понадобилось нажимать кнопку тревоги.
Казалось, что растерянный Сайкс вернулся из Танзании уже очень давно. Простая операция обернулась большой неразберихой, Фергусон не мог не признать этого, но все это было уже в прошлом. Он уже не будет богатым. Но, как минимум, он не позволил стране получить в свои жирные недостойные руки ракеты «Оникс». Не слишком большое достижение, и все же некоторый реванш за то, что его недооценили и не оказали достойного уважения. До выхода в отставку еще оставалось время, и он намеревался провернуть еще одну, последнюю, операцию. Однако, прежде чем сделать следующий шаг, он подождет, когда все уляжется.
Сайкс, удачливый сукин сын, сумел избежать смерти от руки Рида, но, к счастью, не подозревает, что был мишенью. Рид исчез из сети, и единственным объяснением этого могло быть то, что он убит, как бы это ни было невероятно. А выяснять что-либо о событиях в Танзании было нельзя, чтобы не вызвать подозрений.
Однако Фергусон был уверен, что находится вне подозрений. Альварес больше не искал зацепок, а у Проктера и Чеймберз были более важные дела. Так что, если он не будет высовываться, ему ничего не грозит.
Однако от Сайкса необходимо было избавиться. Этот жалкий слюнтяй не годится для такой работы, и теперь он – не больше чем ходячая улика. Он был последним связующим звеном между проваленной операцией и Фергусоном, и теперь его просто нельзя оставить в живых. Теперь, когда Рид убит, для этого придется искать кого-то другого. Если не будет иного выхода, придется сделать это самому. И, возможно, это доставит ему удовольствие.
Он перевернул страницу газеты и отхлебнул виски,
Сначала Фергусон старался не обращать на это внимания, но, когда пришла пора переворачивать следующую страницу, не выдержал. Он сбросил одеяло и прошел через просторную спальню в соседнюю комнату. В раздражении захлопнул окно, пытаясь вспомнить, когда же он открыл его. Он молил Бога, в которого не верил, чтобы тот сохранил ему разум.
Вернувшись в кровать, он допил виски, сбросил газету на пол, принял положение, в котором любил спать, и выключил лампу. Поискал щекой гладкое место на подушке и успокоился.
Секундой позже в его висок уперся холодный металл.
У него перехватило дыхание.
Из темноты раздался голос:
– Рад был наконец с вами познакомиться.
Это был последний голос, который он слышал в своей жизни.
Я бы не смог написать эту книгу без помощи многих людей. Прежде всего, я хочу поблагодарить своего брата Майкла (Michael) за его неиссякаемый энтузиазм, постоянные превосходные советы и внимательнейшее редактирование. Без его вклада настоящая книга была бы гораздо беднее.
Я благодарю за удивительную работу своего редактора Дэниела Мэллори (Daniel Mallory) и весь коллектив издательства Little, Brown, а именно Ханну Кларк (Hannah Clark), Энди Коулза (Andy Coles), Фрэнсис Дойл (Frances Doyle), Шона Гаррехи (Sean Garrehy), Ханну Харгрейв (Hannah Hargrave), Лиз Хатерелл (Liz Hatherell), Талию Проктор (Thalia Proctor), Сару Толбот (Sara Talbot), Тома Уэбстера (Tom Webster) и Мела Уиндера (Mel Winder).
Я в долгу перед своими друзьями и своей семьей за их бесчисленные замечания и предложения, особенно перед очаровательной Эммэлин Ноулз (Emmalene Knowles) и неотразимой Мэг Ли (Mag Leahy) за проницательные наблюдения и неожиданные похвалы.
Крис Райт (Chris Wright), Адам Брэдли (Adam Bradley), Ричард Грэм (Richard Graham) и Дейв Томас (Dave Thomas) заслуживают признания за героические страдания по поводу моей первой неудачной попытки и за то, что были более добры, чем придирчивы. Приношу благодарности также Полу Мэтьюзу (Paul Mathews) за то, что он помог мне избежать грубых ошибок, Саймону Экриггу (Simon Akrigg) за помощь в преодолении трудной первой страницы и Кэролайн Калверт Хёрст (Caroline Calvert Hurst) за блестящий перевод диалогов с французского. Наконец, я хочу поблагодарить своего агента Филипа Паттерсона (Philip Patterson) за его веру в меня, советы и прозорливость.