Киллер
Шрифт:
Челюстные мышцы сибиряка напряглись.
– Норимов умер в прошлом году.
Виктор испустил глубокий вздох.
– Тогда примите мою благодарность за то, что вы пришли сюда лишь ради того, чтобы сказать мне об этом. Вы поистине очень добры.
Сибиряк молчал, полуоткрыв рот. Он не мог понять, серьезен Виктор или издевается.
– Что вам нужно от Норимова?
– Какая разница, если он мертв?
Сибиряк недоверчиво покачал головой, но в его глазах была угроза.
– Ты кто такой, мать
– Я друг Александра Норимова.
– Я сказал, что он умер, так что ты зря тратишь здесь время.
– Я допиваю свой виски, – сказал Виктор, сделав жест в сторону пустого стакана.
– Ты уже допил его, – сказал сибиряк.
– Боюсь, что мы расходимся во мнениях.
С неожиданным для такого крупного мужчины проворством сибиряк резко ударил стакан тыльной стороной ладони, и тот разбился о стену за стойкой. Все разговоры в баре прервались. Сибиряк самодовольно ухмылялся.
– Теперь допил.
– Так вы отведете меня к Норимову или нет?
Сибиряк засмеялся. Виктор вздохнул:
– Должен ли я понимать это как отказ?
– Как хочешь.
– Пожалуй, я пойду.
Он встал. Сибиряк стоял перед ним, другой парень позади. Сибиряк твердо смотрел на Виктора, а тот быстро опустил взгляд. Сибиряк громко вздохнул и ухмыльнулся, принимая это как знак покорности. Он сделал шаг в сторону, давая Виктору пройти. При этом он, подняв брови, смотрел на своего товарища. Тот кивнул в знак согласия.
В этот момент на Виктора ни один из них не смотрел.
Проходя мимо сибиряка, Виктор поднял левую руку и резким движением ее назад нанес локтем удар в лицо сибиряку. Он почувствовал, как нос того провалился. Сибиряк хрюкнул, из ноздрей брызнула кровь, глаза наполнились слезами. Он без чувств привалился к стойке.
Продолжая движение, Виктор обернулся и увидел, что второй парень достает из кармана пальто пистолет «Байкал». Ему лучше было бы схватить Виктора сзади, но он этого не сделал, предпочтя достать пистолет. Это было ошибкой.
Сделав шаг вперед, Виктор отбил пистолет в сторону, а правой рукой ударил парня в бок грудной клетки, где мало мышц, смягчающих удар. Ребра хрустнули, парень упал, задыхаясь, пистолет брякнулся о твердый пол. Виктор обернулся к сибиряку, который с трудом поднимался на ноги. Несмотря на разбитый нос, он поспешно выхватывал из кармана пальто складной нож.
Раскрыв его, сибиряк бросился на Виктора, но тот перехватил его запястье и локоть, вывернув тому руку. Сибиряк завопил, нож выпал из его руки. Виктор отпустил его руку и нанес удар в живот. Сибиряк только вздрогнул.
Руки схватили Виктора за куртку, оторвали его от земли и швырнули. Приземление было жестким, но Виктор перекатился, чтобы смягчить удар. Он вскочил на ноги, когда сибиряк уже набрасывался на него. Виктор уклонился от двух последовательных
Виктор пнул его сзади под колено, и сибиряк рухнул вперед. Пока он поднимался и оборачивался, Виктор подхватил с пола «Байкал».
Удар его рукояткой в челюсть свалил сибиряка к ногам Виктора. Второй удар в висок дал гарантию, что он не сразу поднимется.
Сунув руку под пальто сибиряка, Виктор извлек из его подмышечной кобуры второй пистолет, бросил его за стойку и огляделся.
Все остальные посетители бара были ошеломлены, безмолвны и не двигались. Говорить им, чтобы они не создавали проблем, не было нужды.
Виктор ткнул ствол пистолета в лицо сибиряку.
– Вставай.
Сибиряк выплюнул выбитые зубы и сумел подняться на ноги, держа одну руку под кровоточащим носом, а ладонь другой прижимая к виску.
– Повернись и мордой на стойку, – приказал Виктор.
Сибиряк колебался. Он поднял руки. Виктор схватил его за волосы и прижал его лицо к стойке, убедившись, что его разбитый нос стукнулся о нее. Сибиряк вскрикнул. Виктор прижал ствол к основанию его черепа.
– Где Норимов?
Никакого ответа.
Виктор еще ударил его лицом по стойке, так что тот снова заорал.
– Где он?
Опять никакого ответа. Виктор крикнул:
– Ты, за стойкой, дай мне бутылку водки.
Бармен, которому на вид было не больше двадцати лет, возможно, никогда раньше не видел пистолета. Он был так напуган, что не мог пошевелиться. Виктор направил пистолет на него:
– Давай, или я разукрашу стену твоими мозгами и сам возьму ее.
Других подбадриваний бармену не потребовалось. Виктор снова ткнул пистолетом в череп сибиряка.
– В твоем пистолете десять патронов, и если ты пошевелишься, я всажу их все в твою рожу. Понял?
Молчание Виктор воспринял как подтверждение. Он отступил на шаг и взглянул на крупного русского, который лежал на полу. Тот корчился, прижав руки к груди, каждый вздох был мучением. Он явно не был способен что-либо предпринять. Не спуская глаз с сибиряка, Виктор наклонился и подобрал складной нож. Повернув его острием лезвия вниз, он пронзил им ухо сибиряка, пригвоздив его к стойке.
Не обращая внимания на его крики, Виктор взял у бармена бутылку водки и прошел к другому концу стойки. Там он зубами открыл бутылку и пошел обратно, тонкой струйкой выливая водку на стойку. Дойдя до сибиряка, он вылил остаток водки ему на голову. Сибиряк задыхался, но не шевелился: при малейшем движении нож рвал его ухо дальше.
Виктор посмотрел на бармена:
– Дай зажигалку.
Сибиряк смог простонать: «Нет!».
Виктор схватил нож и крутнул его, заставив сибиряка завизжать.