Кибершторм

Мэзер Мэтью

Когда мы добрались до дома, дверь уже замело. Если захотим выходить, нужно будет регулярно убирать снег. Тони сидел на своем посту в другом конце холла и помахал нам рукой.

С Девятой авеню донесся успокаивающий рык большого снегоочистителя – почти единственное доказательство того, что городские власти еще как-то действуют.

Утром многие радиостанции перестали работать. Те, которые остались в эфире, передавали дикие слухи – однако о происходящем они знали не больше нашего.

Все сходились

в одном – второе отключение энергии произошло не только в Новой Англии, но и на остальной территории США, и что без электричества осталось сто миллионов человек. Радиоведущие могли информировать лишь о местных условиях. Мы понятия не имели о том, что происходит в мире – и существует ли он вообще.

Казалось, что Нью-Йорк отделился от остальной планеты и теперь беззвучно парит в сером снежном облаке.

20.45

Яркий зеленый свет заставлял лица сиять и будто разливался по коридору, отражаясь от дверей.

– Круто, да?

– Очень, – ответил я, снимая очки ночного видения. – Включи свет, пожалуйста.

Щелчок – и лампы в коридоре, подключенные к генератору Чака, снова зажглись.

– Удивительно! – Я оглядел горы военного снаряжения. – У тебя тут приборов ночного видения и инфракрасных фонарей на десять тысяч долларов, а коротковолнового радиоприемника нет.

– Есть – в моем убежище в Виргинии.

О том, что он и сам планировал свалить, Чак говорить не стал.

– Еще раз спасибо, что не уехал, – произнес я.

– Да, спасибо, что остался, – сказал Райан, один из наших соседей, и поднял кружку с горячим ромовым коктейлем.

Его бойфренд Рекс тоже поднял бокал.

– Выпьем за нашего предусмотрительного друга Чака!

– Ура, ура! – вяло отозвались почти двадцать человек, сидящие в коридоре на стульях и диванах.

Мы выпили.

Сьюзи решила устроить по случаю Рождества вечеринку с горячими ромовыми «тодди», и теперь все наши соседи столпились в коридоре, держа в руках дымящиеся кружки с алкоголем.

Дом еще держал тепло, хотя быстро остывал.

Мы включили электрические обогреватели в квартире Чака. Керосиновый был более мощным, однако выделял угарный газ, а Сьюзи боялась за детей. Но ради вечеринки мы поставили керосиновый обогреватель в центре коридора, и люди жались к нему, словно к костру.

Коридор превратился в нашу общую гостиную, где можно собраться и поболтать. Мы подключили радио, и оно негромко передавало новости – ведущие называли адреса убежищ для бездомных и убеждали нас в том, что подачу электроэнергии скоро восстановят и надо оставаться на месте. В любом случае, большинство дорог стали непроходимыми.

Все сидели практически в том же порядке, в каком располагались квартиры. Китайцы, жившие рядом с Ричардом, наконец, вышли и теперь устроились на диване со своими родителями, которые приехали навестить их незадолго до того, как все это началось. Не лучшее

время для первой поездки в Америку, да и по-английски никто из них толком не говорил.

Рядом с ними сидела японская пара (мужа звали Хиро), а напротив – Рекс и Райан. Справа от меня расположились Бородины; Александр с кружкой горячего коктейля в руках на этот раз бодрствовал, но уже был готов уснуть. Рядом с ним сидела Ирина. Чак, Сьюзи, Пэм и Рори сидели слева, а малышка Эллароза устроилась на коленях у Тони.

Не хватало только Лорен. Она осталась в комнате Сьюзен – может, заснула.

Люку происходящее казалось большой игрой, вечеринкой, и он бегал повсюду в своем новом комбинезоне, здоровался со всеми и хвастался красной пожарной машиной, подаренной ему на Рождество. Она сверкала лампочками и издавала разные звуки – и сейчас это почему-то не раздражало, а успокаивало. Насколько хватит батареек, я не знал.

Ричард пересек коридор и присел на ручку кожаного кресла, которое я вынес из своей квартиры.

– Ну что, можно нам его забрать?

Он целый день подъезжал к нам насчет керосинового обогревателя.

– Готов обменять на продукты.

Ричард раздобыл где-то целую кучу консервов и другой еды – вероятно, отдал за них целое состояние.

– Если холод усилится, мы все замерзнем у себя в квартирах. Я возьму к себе семью китайцев, геев и Хиро с женой. Мы с Сарой устроим убежище в нашем конце коридора, а вы – в своем. Нужен только обогреватель и еще кое-что.

Меня поразило его предложение устроить в своей квартире убежище для других людей. Возможно, я в нем ошибся.

– Поговори с Чаком, – ответил я.

Ричард взглянул на Чака, который наверняка слышал наш разговор. Чак был твердо настроен ничего не давать, но Сьюзи так же решительно требовала от него поделиться.

– Чарльз Мамфорд – шепнула она Чаку, – эта штука нам не нужна. Ну же!

– Ладно. – Чак вздохнул. – Я принесу вам еще кое-что. Дельная мысль – устроить убежище для соседей.

– А кабель для электричества дашь?

Чак вздохнул еще тяжелее. Мы протянули удлинитель в квартиру Пэм и Рори, чтобы они смогли включить маленький обогреватель и освещение. Квартира у них крошечная, даже меньше нашей, так что все вышло нормально, – однако этим мы открыли ящик Пандоры.

– У генератора только шесть тысяч ватт, а мы уже включили три обогревателя.

Сьюзи пнула его ногой.

– Конечно. Только для освещения? По вечерам? И все будут ходить за бензином?

– Разумеется, – согласился Ричард. – Ты молодец.

Вставая, он повернулся ко мне.

– У Лорен все в порядке?

– Да, все нормально, – ответил я без энтузиазма.

Ричард нахмурился, затем пожал плечами и вернулся к своей жене Саре, которая пыталась общаться с китайцами. Люк добрался и до них и теперь показывал свою пожарную машину дедушке-китайцу. Я улыбнулся им, и дедушка улыбнулся в ответ.