Кейт

Джеймс Тейт

— Ты намеренно убиваешь меня ожиданием? — пробормотала я, нахмурившись. — Или это просто бонус?

Он коротко кашлянул, поставив пустую бутылку обратно на стойку.

— Просто искал свои яйца, принцесса. Я подумал, может быть, я оставил их на дне той бутылки с сидром.

Несмотря на разговор, я хмыкнула.

— Просто скажи это, Арч. Мы уже установили факт, что мы... ну, знаешь... не ненавидим друг друга. Скажи мне, что, черт возьми, произошло в прошлом, чтобы мы могли двигаться дальше.

Ухмылка коснулась его губ.

— Да, хорошо. Мы не ненавидим друг друга, — он язвительно

закатил глаза. Ублюдок. — Когда мы познакомились, когда ты пришла в штаб Жнецов с Деб... Я знаю, что Стил рассказал тебе немного, но не все.

Я кивнула.

— Да, но у меня сложилось впечатление, что ты не очень-то любил меня в подростковом возрасте?

Он тихонько засмеялся.

— Да, практически наоборот. Я был слишком большим поклонником, но и он тоже, так что он не может судить. В любом случае, в последнюю ночь, когда ты осталась с нами, произошло кое-какое дерьмо. Дерьмо Жнецов, которое должно было остаться дерьмом Жнецов, но ты подкралась и увидела что-то, что тебя напугало. Мы со Стилом пытались тебя успокоить, но как только я отвернулся, ты вызвала копов, — его губы скривились в ностальгической улыбке, но я была шокирована.

— Похоже, это довольно глупый поступок, — прокомментировала я с легким смешком. — О чем, блядь, я думала?

Арчер провел кончиком пальца по моему лицу, а затем наклонил мой подбородок, чтобы встретиться с его глазами.

— Ты думала, что только что видела, как застрелили парня, и испугалась. С нашей стороны было глупо думать, что с тобой все в порядке, ведь ты не выросла в окружении такого насилия.

— И что случилось дальше? — ничего из этого не прояснило мою память, но я не сомневалась в правдивости его рассказа. Когда-нибудь я бы потрудилась над восстановлением этих недостающих воспоминаний.

Он поморщился.

— Конечно, приехали копы, но SGPD лучше знает, что на территории Жнецов нельзя совать свой нос куда не следует. Когда они ушли, Дэмиен жаждал крови. Он был в убийственной ярости, желая узнать, кто настучал в полицию.

Впервые с тех пор, как он начал говорить, меня осенило узнавание. Я резко вдохнула.

— Ты взял вину на себя, — прошептала я, ужасаясь своему прошлому.

Арчер кивнул.

— Он убил бы тебя без раздумий, — мягко сказал он. — Мы знали это. Стил попытался выступить первым, но я поставил ему подножку и взял вину на себя.

Я тяжело сглотнула.

— Что он сделал с тобой? — мой голос был хриплым, в нем звучали вина и сожаление.

— Ничего такого, чего бы он не делал раньше, — ответил он, пожав плечами. — Я был, наверное, единственным, кого он отпустил бы еще дышащим. Вот почему это должен был быть я, а не Стил.

— Он выбил из тебя все дерьмо, не так ли? — пробормотала я, рваные кусочки воспоминаний промелькнули в моей голове. Все это было так разбито, просто беспорядочная мешанина из страха, тревоги и боли.

Арчер беззлобно улыбнулся, запустив руку в волосы на моем затылке, словно ему нужно было постоянно прикасаться ко мне. Я была такой же со всеми тремя, так что я поняла.

— Да, это еще мягко сказано. В общем, после этого его парни притащили меня домой и бросили на крыльце. Тебе, Стилу и Рейчел пришлось занести меня внутрь и вызвать медиков Жнецов.

Я задохнулась.

— Я знала Рейчел?

— Ты познакомилась с ней только той ночью, — ответил он. — Она

не была в Жнецах, она просто приходила проводить время со Стилом во время школьных каникул.

— О, — я прикусила губу и почувствовала следы крови на том месте, где Арчер так грубо поцеловал меня совсем недавно. — Так мы вызвали для тебя медика Жнецов?

Арчер кивнул.

— Дэмиен велел ему оказывать помощь только для того, чтобы я не умер, и не более того. Часть моего наказания. Это означало, что никаких обезболивающих. Это была тяжелая ночь, та первая ночь, но ты оставалась со мной все время. Ты сидела на полу рядом с диваном, гладила мои волосы и разговаривала со мной, чтобы отвлечь, когда боль была слишком сильной, чтобы уснуть.

— Это... — я почти не хотела спрашивать. — Это то, что заставило тебя ненавидеть меня? Потому что из-за моей глупости тебя так сильно избили?

Его улыбка была мягкой, а губы, когда он поднес их к моим, наполнились извинениями. Он нежно поцеловал меня, а затем издал небольшой вздох, когда поцелуй закончился.

— Нет, малышка. Я влюбился в тебя тогда, хотя я был слишком молод и глуп, чтобы понять, что именно это заставляло мое сердце так сильно болеть, когда тебя не было. Мы все знали, что на следующий день ты уезжаешь домой. Твой отец возвращался из своей поездки, и Деб должна была снова играть свою роль верной жены. Мне было горько и обидно, что мы больше никогда тебя не увидим, но ты снова и снова клялась мне, что вернешься, что не забудешь своих первых настоящих друзей. Вот кем мы были для тебя. Друзьями.

Я слегка рассмеялась.

— Да, но я не знала ничего лучше.

— Я знаю. Это было очаровательно. Но на следующий день мама затащила тебя домой, и все, — он попытался улыбнуться, но я видела тени обиды в его глазах.

Покачав головой, я нахмурилась.

— Подожди, что? Мы больше никогда не виделись?

До Ночи Бунта, конечно.

Арчер сморщил нос.

— Я пришел на похороны Деб — мы со Стилом оба, так как Зейн был в изоляторе и не мог присутствовать. Мы держались сзади, не хотели, чтобы Сэмюэль нас видел, но когда все уходили, ты направилась прямо к нам. Я подумал, что ты увидела нас и хотела... Я не знаю. Ты прошла мимо, как будто мы были совершенно незнакомы.

Мое сердце упало.

— Мне так жаль, я никогда...

— Теперь я это знаю. Мы предполагали, что у тебя потеря памяти на почве травмы, но просто не понимали, насколько сильно, до Хэллоуина, когда ты взорвалась из-за Зейна, — его пальцы массировали мой затылок, а его тело было теплым между моих коленей. Он утешал меня, когда я должна была извиняться...

— Арч, если бы я знала...

Он покачал головой.

— Ты не знала. Ни тогда, ни на вечеринке, когда тебе было шестнадцать, и я отдубасил какого-то панка-богача, который хвастался перед своими приятелями, что трахал тебя, — я вздохнула, а он ухмыльнулся. — Ты была очень пьяна, поэтому неудивительно, что ты меня тогда не узнала. Но только после Ночи Бунта я полностью осознал тот факт, что ты понятия не имела, кто мы такие. Тогда мне было просто горько и обидно, поэтому когда я увидел письмо о твоем договоре купли-продажи через час после того, как мы оставили тебя на обочине дороги... — он пожал плечами.