Кейт

Джеймс Тейт

— Детьми? — прокомментировал Стил, озвучив тот же вопрос, который эхом отдавался в моей голове.

Деми кивнула, затем протянула руку, чтобы показать нам следующую фотографию в своей папке. На ней был изображен красивый мальчик, возможно, шестнадцати или семнадцати лет. Его светлые волосы и голубые глаза были мне смутно знакомы, но я никогда не видела его раньше. Или я была уверена, что не видела.

— Деклан Виттенберг, — сказала нам Деми, — брат-близнец твоей мамы. Он был убит во время вторжения в дом через несколько лет после их приезда

в Америку. Я приложила записи по делу, но это все еще нераскрытое преступление.

Я провела пальцами по волосам, размышляя.

— Хорошо. И что дальше?

— Потом ничего особенного... пока человек, которого твоя бабушка назначила своим генеральным директором, не умер от сердечного приступа. Неделю спустя Екатерина летела обратно в Преторию, чтобы присутствовать на похоронах, и ее самолет разбился где-то над Ближним Востоком, — Деми поджала губы, выглядя мрачно. Я бы поставила деньги на то, что крушение самолета моей бабушки не было признано несчастным случаем.

— Кто-то хотел ее смерти, — пробормотал Коди, как будто он просто размышлял вслух. — Кто-то, кто выиграет от ее смерти.

— Но моя мама была бы единственной наследницей, верно? — спросила я, недоумевая. — Она была бы единственной, кто получил бы выгоду.

Деми кивнула.

— Это, вероятно, объясняет, почему два дня спустя Дебора наняла очень квалифицированного джентльмена, чтобы он начал стирать ее бумажные следы. Она скрылась ради собственной безопасности и ради твоей.

Пальцы Арчера сжались на моем животе, заставляя меня догадаться, что он о чем-то подумал. Я слегка повернулась, чтобы встретиться с его задумчивым взглядом.

— Из всего, что было, именно твои записи были наиболее тщательно вычищены. Держу пари, Деб вообще скрывала тот факт, что у нее есть дочь, — Арчер напряг брови, обдумывая эту мысль, — устраняя тебя как цель для убийц, которые в конечном итоге придут за ней.

Раздражение пробежало по мне.

— И что? Она просто спряталась здесь, в Тенистой Роще, заставила какого-то парня наполовину замести следы, а потом скрестила пальцы и понадеялась на лучшее?

— А что бы сделал ты? — спросила Деми, искренне любопытствуя. — На ее месте женщины, состоящей в браке без любви и заботящейся о восьмилетней дочери... как бы ты сделала по-другому?

Я уставилась на нее в недоумении.

— Серьезно? Что-нибудь еще. Она просто засунула голову в песок и надеялась, что тот, кто только что убил ее мать, сдастся и пойдет дальше? Да ни за что. Я бы выследила этого ублюдка и убедилась, что он больше не угрожает людям, которых я люблю. Я бы точно не стала довольствоваться жизнью в страхе.

Мое сердце колотилось, а ладони вспотели, но Деми просто посмотрела на меня долгим, задумчивым взглядом.

— Да, я могу поверить, что ты так поступила бы. Ты сильная женщина, МК. А Дебора? Я никогда не встречала ее, поэтому не могу сказать.

Ее вопрос заставил меня колебаться. Что я действительно

знала о своей маме? Она умерла, когда мне было всего одиннадцать лет, и все больше и больше я понимала, что огромные куски моих детских воспоминаний пропали. Была ли она сильной женщиной? Что-то подсказывало мне, что Екатерина была, но Деб?

— Нет, — признала я с долгим выдохом. — Нет, наверное, не была.

Каждая маленькая девочка хочет, чтобы ее мама была идеальной, и я раньше думала, что моя была такой. Но с ясностью ретроспективы я должна была признать, что она была глубоко неполноценной. Она была эгоистичной и импульсивной, быстро гневалась, а потом быстро забывала. Но она яростно любила, и я знала, что она любила меня. Иногда этого было достаточно.

Иногда — нет.

Возможно, она могла бы покинуть Тенистую Рощу, когда заподозрила, что кто-то нашел ее. Она могла бы сделать все, что угодно, чтобы оградить себя и меня от этой поганой жизни, полной смерти и насилия. Но она осталась... из-за Зейна. В этом я была уверена.

— Ладно, тогда, наверное, единственный вопрос, — сказала я, стиснув зубы от всплеска горечи по отношению к моей умершей матери, — кто наследует всё, если я умру? Арчер?

Его мышцы напряглись, а рука, обхватившая меня, стала твердой.

— Кейт, если ты спрашиваешь, убил ли я твою маму...

— Нет, — оборвала я его. — Я просто указываю на тот факт, что люди все еще пытаются убить меня сейчас, спустя восемнадцать месяцев после нашего законного брака. Хотя, ты сказал, что не получишь доступа к моему трасту, пока мне не исполнится двадцать один год, не так ли?

Арчер кивнул, его шершавая щека коснулась моего плеча.

— Именно так. Если ты умрешь до того, как получишь контроль над трастом, он перейдет к следующему кровному наследнику.

Я нахмурилась.

— Верно. Значит, происходит что-то более сложное, — затем мне в голову пришла другая мысль. — Деми, каким бизнесом занималась моя семья? Чем занималась компания Абеля? Я предполагаю, что это то, о чем здесь идет речь.

Брови Деми поднялись.

— Ты не знаешь так много? — ее взгляд переместился на Арчера позади меня. — Ты заплатил Сэмюэлю Дэнверсу пятьдесят два миллиона долларов, чтобы купить его дочь и ее трастовый фонд. Как это вообще можно было выложить на стол, не видя финансовых отчетов?

Я повернулась к нему лицом, чтобы увидеть его взгляд, устремленный на Деми.

— Дело не в деньгах, Деми. Ты, как никто другой, знаешь это.

Что ж, пусть мне будет любопытно. Деми натянуто улыбнулась в ответ и наклонила голову.

— Справедливо, — она прочистила горло и вернула свое внимание ко мне, когда руки Арчера сжались вокруг моей талии. Как будто он напоминал мне, что не отпустит меня...

— У Виттенберга есть несколько небольших предприятий под материнской компанией, но жемчужиной в короне, так сказать, является Brilliance, — Деми сделала паузу, давая этой информации осмыслиться.