Кейджера Гора

Норман Джон

И тут Дразус Рэнциус посмотрел на меня так, что я, против своей воли и без единой команды с его стороны пошла туда, где он стоял, и опустилась перед ним на колени.

Он сердито и пораженно смотрел на меня сверху вниз.

– Что Вы делаете? – спросил он.

– Стою на коленях перед Вами, - покорно ответила я, - беспомощная, закованная, женщина перед мужчиной.

Его кулаки сжались.

– Если Вы хотите, - прошептала я, - то возьмите меня.

– Встаньте! – прорычал Дразус Рэнциус, и схватил меня за плечи и вздёрнул на ноги, держа моё тело перед собой почти на весу.

–

Попробуйте же рабыню во мне, - взмолилась я.

Он свирепо смотрел в мои глаза. Его пальцы, сомкнувшиеся на моих плечах, державшие меня, абсолютно беспомощную, по твёрдости и безжалостности были подобны стальным наручникам, закрытым на моих запястьях.

– О, если бы только, Вы были рабыней, - напряжённым шёпотом простонал он. – Если бы Ты была рабыней!

Внезапно, с яростью и криком гнева, он поднял меня на вытянутых руках с пола, как если бы я была всего лишь куклой, и отбросил от себя. Пролетев несколько ярдов, я приземлилась на кровати, и, извиваясь, мешали сковавшие мои руки за спиной наручники, вскарабкалась на колени, лицом к нему и спиной к стене.

И тут из-за окна, снаружи, с улицы донеслись громкие, но неразборчивые людские крики.

Дразус Рэнциус, насторожившись, осторожно подошёл и приоткрыл окно, выглянул наружу, прислушался.

– Корцирус, захватил шахты Аргентума, - сказал он, внимательно посмотрев на меня.
– Началось.

– Что началось? – спросила я, испуганно и не понимающе.

– Война, - жёстко сказал Дразус.

– Я отведу Вас во дворец, немедленно, - заявил он, и сделал мне, всё ещё испуганно смотрящей на него, знак, что я должна лечь на живот на кровать.

Я легла на живот, полуутонув в мягкой перине, и повернув голову в бок. Раздался щелчок, потом ещё и мои руки оказались свободны от наручников.

Выкарабкавшись из объятий перины на пол, я первым делом одёрнула подол своего короткого платьица. Дразус Рэнциус уже убрал рабские наручники в свой мешок.

– Мои одежды, пожалуйста, - строгим голосом повелела я, сделав это вполне осознанно, чтобы почувствовать, что он служит мне.

Получив назад все предметы моих гореанских одежд, я удалилась за ширму, чтобы появиться оттуда через несколько секунд уже одетой согласно принятых для свободной женщины приличий.

– Леди Шейле потребуется новой телохранитель, - заметил он.

– Нет, - сказала я.
– Не потребуется.

Он удивлённо уставился на меня.

– Ты не освобождён от своих обязанностей по моей защите, -подтвердила я.
– Ты – по-прежнему мой телохранитель, и таковым продолжишь служить мне.

– Леди Шейла отлично знает, как мучить мужчин, - горько заметил он.

– Да, - прищурилась я, глядя ему в глаза.
– Знаю.

Он, внезапно похолодевшим взглядом, посмотрел на меня.

– Проводи меня во дворец, - приказала я.

– Да, Татрикс, - ответил Дразус Рэнциус, склоняя голову.

9. Решение о сборе информации о Корцирусе.

Я стояла у зарешеченного окна в своих апартаментах, и смотрела наружу. Отсюда просматривалась часть внутреннего двора, секции внутренних стен и

первые из тех двух ворот, ведущих из дворца в город. В поле зрения попадал и участок площади раскинувшейся по ту сторону ворот перед дворцом. Я видела, мужчин и женщин, спешивших через этот видимый мне участок, по-видимому, чтобы присоединиться к огромной толпе, собравшейся перед дворцом. Однако самой топы отсюда рассмотреть было невозможно. И это уже была вторая такая толпа за последнюю неделю. А ещё я видела, что некоторые мужчины, пересекающие площадь, возможно видя фигуру в моём окне, останавливаются, и грозят кулаками. В такие моменты я отходила вглубь комнаты.

– Госпожа!
– вскрикнула Сьюзан, вошедшая с подносом и внезапно остановившись, уронила кубок и пролила вино.

Для рабыни, просто оказавшейся слегка неуклюжей, девушка смотрела на меня с чересчур неестественным ужасом

– Простите меня, Госпожа! – взмолилась она.
– Я немедленно всё очищу!

Я присматривалась к ней, наблюдая, как она поставила поднос, подняла с пола упавший кубок, и торопливо бросилась за водой и тряпкой. Через мгновение ока Сьюзан уже стоя на четвереньках, оттирала пол. Конечно, я как женщина богатая и влиятельная, даже Татрикс, была выше таких дел. Это может и должно быть выполнено женщинами из низших слоёв. Идеально, конечно, скинуть подобные задачи на тех женщин для того, они бы отлично подошли, на рабынь. Но она явно была чем-то напугана, и я подумала, что наказание за пролитое вино здесь было не причём.

– Сьюзан, - позвала я рабыню.

– Да, Госпожа, - отозвалась она, испуганно гладя на меня снизу, всё ещё стоя на четвереньках.

– Почему Ты пролила вино? – осторожно поинтересовалась я.

– Мне жаль, Госпожа!

– Почему Ты пролила это? – резко спросила я.

Она казалась мне удивленной и чем-то напуганной.

– Я просто вздрогнула от неожиданности, Госпожа, - объяснила она.
– Я не ожидала встретить Вас здесь. Мне показалось, что я видела Вас в приемной около большого зала, всего несколькими енами ранее.

– Наверное, Ты обозналась, - сказала я ей.

– Да, Госпожа.

– Этим вечером за воротами собралась новая толпа, - заметила я, скорее сама себе, чем обращаясь к Сьюзан.

– Да, Госпожа, - подтвердила та.

– Похоже, что люди там здорово разгневаны, не так ли? – спросила я уже у девушки.

– Я так боюсь, Госпожа, - призналась мне Сьюзан.

И снова я приблизилась к окну, и взглянула на площадь. Я могла слышать крики, доносившиеся из толпы, но разглядеть можно было лишь немногое, большинство людей собралось в мёртвом пространстве под стеной.

– Я думаю, что гвардейцы скоро выйдут, чтобы рассеять их, - заметила Сьюзан.

– Ты можешь сказать мне, что они кричат, чего они хотят? – небрежно спросила я.

– Нет, Госпожа, - ответила Сьюзан, опуская голову.

– Даже от этого окна, я вполне ясно могу разобрать их крики, -раздраженно бросила я.

– Простите меня, Госпожа, - испугалась Сьюзан.

– Говори, - нетерпеливо приказала я.

– Они требуют крови Татрикс Корцируса, - опасливо сжавшись, заговорила она, - они называют Вас тираном и оскорблением Корцируса.