Кейдж
Шрифт:
— Конечно, малыш. — Я обнимаю его, и когда его маленькие ручки обвиваются вокруг моей шеи, я протягиваю руку и смахиваю слезу со своей щеки. Как раз в тот момент, когда я собираюсь отступить, я поднимаю глаза и встречаюсь с Грегом, который стоит в дверном проеме и наблюдает за нами с легкой улыбкой. Я начинаю возвращать улыбку, когда следующий вопрос Коэна останавливает меня.
— Так значит ли это, что Грег будет моим папой? — Глаза Грега слегка расширяются, а его рот приоткрывается маленькой буквой «О». Я, с другой стороны, ошеломленно молчала. — Мелви, может Грег теперь быть моим папой, а ты мамой? Я действительно хочу иметь
— О, малыш, — шепчу я и снова притягиваю его к себе. Я не осознаю, как крепко я его обнимала, пока он не смеется и не слезает с моих колен.
— У тебя забавное выражение лица, Мелви. — Он смеется, и когда он оборачивается и видит стоящего там Грега, все его маленькое тело загорается, и он бросается бежать. — ГРЕГ! Ты слышал? Ты будешь моим папочкой, потому что я хочу, чтобы у меня был самый лучший папа в мире.
— Да, К-Мэн, я слышал. Думаю, это лучший подарок, который кто-либо когда-либо дарил мне. — Он наклоняется вперед и целует его в голову, прежде чем взъерошить его волосы. — Беги в ванную и очень быстро вымой руки. Убедись, что избавился от всех этих мерзких микробов ниндзя.
— Ладно… папочка, — шепчет он последнее слово и уходит в ванную у входа в гараж.
Мои глаза ни разу не отрывались от Грега, и когда я вижу, что его глаза начинают тяжелеть от непролитых слез, я теряю самообладание. Я уверена, что выгляжу ужасно, и Коэну доставило бы огромное удовольствие напомнить мне, как забавно сейчас выглядит мое лицо.
— Красавица, иди сюда. — Его мягкий рокот наполняет мои уши, и я бросаюсь в его объятия.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, когда успокаиваюсь.
— Лучше, чем в порядке. Величайшим моментом в моей жизни, после встречи с тобой, было услышать, как этот маленький мальчик назвал меня своим отцом. Я люблю его так же сильно, как тебя, Мелисса, и этот момент стоит отпраздновать. Останови слезы. Хорошо, детка?
— Ты счастлив? — Когда я поднимаю взгляд и вижу его ясные глаза и ослепительную улыбку, я знаю, что прямо здесь, на нашей кухне, где в воздухе витает запах блинчиков с шоколадной крошкой, мы просто стали семьей.
— Самый счастливый человек в мире.
— Я люблю тебя, — шепчу я.
— И я тебя люблю. А теперь иди и приготовь своим парням немного еды.
Я начинаю смеяться и слегка подпрыгиваю, когда он шлепает меня по попке, но когда мы слышим смех Коэна, мы оба смотрим на него.
— Я же говорил, что ты опоздала! Тебе не следует смотреть на сосиски, Мелви!
***
Мы втроем проводим день в аквариуме Джорджии. Это вполне нормально для воскресенья, когда мы знаем, что Коэн собирается погостить у моей мамы неделю. У Грега много дел в офисе, и он не сможет взять Коэна к себе на несколько дней. Теперь, когда мы начали приглашать Коэна все чаще и чаще, становится все труднее оставлять его с моей мамой. Я знаю, она тоже это видит, но мы справляемся.
Сегодня вечером мы отправляемся на «семейный» ужин с командой Корпуса в Хэви. Мы запустили эту традицию раз в месяц. Кажется, что эти мужчины становятся задумчивыми, когда слишком долго не общаются за пивом. Это идеально для девочек в группе. Давайте посмотрим правде в глаза, на самом деле не так уж много времени вы можете потратить на телефонные разговоры с одними и теми же девушками по групповым звонкам, перекрикивающими друг друга.
Мы прибываем последними и втискиваемся за стол. Наши
— Иззи, на что ты хочешь поспорить, что эти двое уже делают заметки о будущих способах придать нам седых волос? — Я смеюсь, когда их головы сближаются, и Коэн начинает что-то лепетать улыбающемуся Нейту.
— В этом я не сомневаюсь, подружка. Ты сегодня выглядишь счастливой. — Она кивает головой Грегу и подмигивает мне.
— О да, я расскажу завтра, хорошо? — Она улыбается и смотрит через мое плечо в другой конец комнаты.
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, что привлекает ее внимание, и в шоке наблюдаю, как Бек наклоняется, чтобы поцеловать привлекательную женщину за стойкой. Что ж, это объясняет выражение лица Ди.
Оборачиваясь, я ловлю взгляд Иззи с широко раскрытыми глазами. Я слышала от нее и Эмми, что его способ заставить Ди признать, что у нее действительно есть к нему чувства, — это заставить ее ревновать. Иззи слегка качает мне головой и сразу же меняет тему на планы каждого на Хэллоуин.
Я смотрю на Ди, пока остальные за столом обсуждают возможность устроить что-то вроде вечеринки; нет, спасибо… Я ненавижу Хэллоуин. Ее глаза не отрываются от Бека, даже когда он возвращается к столу и протискивается между Грегом и Эмми. Она просто продолжает посылать ему свои смертельные взгляды. Через несколько минут она делает глубокий вдох и присоединяется к разговору вокруг нее.
Кризис, по-видимому, предотвращен.
— Папа! — Мне требуется секунда, чтобы понять, что это доносилось с нашего столика. Когда я осознаю, что все вокруг нас замолчали, а Грег крепко сжал свою руку, лежащую на моей ноге, я понимаю, что да, этот голос действительно исходил от нашего столика.
— Да, приятель? — Он спрашивает Коэна.
Я получаю секунду, чтобы взглянуть на лица вокруг стола. Ди выглядит сбитой с толку, что вполне объяснимо, поскольку я уверена, что ее разум все еще обдумывает последнюю попытку Бека уличить ее в блефе. По щекам Иззи уже катятся слезы. У Акселя, Эмми и Купа одинаковые потрясенные, но счастливые лица. Бек все еще пристально смотрит на Ди, так что можно с уверенностью сказать, что он это пропустил. Я заканчиваю смотреть на ребят и смотрю сбоку на Мэддокса. Впервые с тех пор, как я встретила его, на его лице появляется ослепительная улыбка, та самая, которая полностью превращает его лицо из неприступного в греховно красивое.
Вау.
— Когда я стану таким же большим, как ты, моя писечка тоже будет большой? — Боже. Действительно, отличный способ закончить этот момент, малыш.
Грег, несмотря на все свои попытки, не может сдержать смех над вопросом Коэна. Вскоре весь стол смеется. Я вижу, как Мэддокс наклоняется, подталкивает Коэна вперед, а затем я наблюдаю, как он что-то шепчет ему на ухо. Коэн улыбается и несколько раз быстро качает головой. Его маленькая ручка взлетает вверх и встречается с большой лапой Мэддокса в пятерке, прежде чем он возвращается к своему разговору с Нейтом.