Кэтти
Шрифт:
Майкл хотел сказать, что и для него это является новостью. Но он хорошо разбирался в людях, чтобы понять: одно неосторожное слово положит конец разговорчивости господина Болтовера.
— Да, — продолжал господин Болтовер, — она высказала мнение, что он мог бы наверняка выкупить наш цементный завод. Я поразился! Как вы сами можете понять, я был уверен, что у нее нет денег. Ведь она выступала в хоре. Надеюсь, что я этим не совершил бестактность? А вы знали, что она работала в театре?
— Я знал, господин Болтовер, — успокоил его Майкл, улыбаясь. —
— Что я хотел сказать?.. Да, о ее дедушке! Может быть, я и в самом деле мог продать ему этот завод, о котором идет речь, хотя, сознаюсь, не очень-то охотно продаю свои предприятия.
— Но, может быть, это дело не очень-то прибыльное?
— В том-то и вся суть, — ответил молодой человек, — оно даже очень малоприбыльное и, несмотря на это, мне не хочется его продавать. Я, конечно, очень часто рассказываю много глупостей по этому поводу, как, например, то, что многие уже желали выкупить у нас этот завод, и затем пустил слух о сумасшествии…
Рэгги громко рассмеялся.
Смех Майкл уже не слышал. Что у Кэтти на уме? То, что она завязала знакомство с этим молодым Болтовером ради выгодной партии, — было совершенно исключено. Это не было похоже на Кэтти. Ей не нужны деньги. При первых встречах с Кэтти он очень мало ею интересовался, поскольку просто недооценил. Но после происшествия на пароходе «Мураник», откуда были похищены двадцать пять пакетов с бриллиантами (результатом его поисков по этому делу стал арест полковника Вестхангера), он имел возможность хорошо присмотреться к этой девушке.
…Квартира Майкла занимала целый этаж, и для полицейского инспектора была несколько роскошной. Небольшое наследство от бабушки, его нерасточительность давали возможность жить с соответствующим комфортом. Он пришел домой около восьми вечера и был удивлен, когда увидел в коридоре своего слугу в пальто и шляпе.
— Что это, Бестон, куда вы уходите? — спросил он изумленно.
— Иду в театр, милостивый государь! — ответил слуга, почтительно кланяясь. — Очень благодарен за билеты. Кухарка уже ушла десять минут назад… Я сказал, что последую за ней, как только все приготовлю для милостивого господина.
— Вот как? Кухарка значит ушла десять минут назад? Это меня очень радует, — сказал Майкл. — Ну, а когда вы получили билеты?
— Приблизительно час назад. Их принес какой-то рассыльный мальчик. Со стороны милостивого господина было очень любезно предупредить нас об этом телеграммой.
Майкл тихо засмеялся.
— Но, Бестон, ведь я всегда предусмотрителен, неправда ли? На почте правильно написали ваше имя?
— Полагаю, что да, — ответил слуга, вынимая из кармана телеграмму, гласившую: «Посылаю два билета на сегодняшнее представление в театр. Возможно, что до завтрашнего утра дома не буду. Претерстон» .
Бестон вдруг что-то заподозрил.
— Может быть, произошло недоразумение, милостивый господин? — спросил он озабоченно.
— Нет, нет, отнюдь. Все в порядке, — добродушно
Он поднялся по лестнице, отворил дверь своей комнаты и старательно запер ее за собой. Затем прошел в библиотеку, затянул занавески на окнах, зажег свет и взял телефонную трубку.
— Дежурный Парс? — спросил он. — Не прибыла ли мне телеграмма?
— Да, — раздался ответ дежурного.
— Не будете ли вы добры раскрыть и прочесть мне ее?
Через несколько секунд дежурный прочел: «Господину полицейскому инспектору Претерстону, Скотленд-Ярд. Приезжайте следующим поездом. Нахожусь гостинице „Адельфи“. Смит» .
— Она отправлена из Манчестера?
— Да, господин инспектор, в 3 часа 15 минут.
— Разве шеф в Манчестере?
— Совершенно верно, он уехал туда сегодня утром, первым поездом.
— Великолепно, — ответил Майкл. — Благодарю вас, Парс.
Это опять было дело рук Кэтти — настолько старательно обработаны все детали, да и чувствуется основательная осведомленность о малейших передвижениях шефа. Да, это она все придумала! И все-таки что-то подсказывало ему: не похоже на Кэтти полагаться на волю случая. Почему телеграмма была отправлена так поздно?
Он снова взял телефонную трубку и попросил дежурного.
— Когда прибыла депеша?..
— Да, я должен извиниться… Она пришла сегодня после обеда, когда вы еще были здесь. Но посыльный, который должен был ее вам передать, об этом забыл. Я сделал ему строгий выговор.
— Ну, в таком случае все в порядке, — ответил облегченно Майкл.
Отчего ему стало так легко, он точно не знал. Это было удовлетворение, которое испытывает борющийся с разъяренным быком матадор. Майкл хотел, чтобы Кэтти и ее сообщники оказались на должной высоте, чтобы он, как альпинист, мог эту высоту взять.
Он взглянул на часы: пять минут девятого. Майкл знал, что его визитер выждет добрый час, который надо использовать как можно лучше. Поэтому он быстро начал заполнять записную книжку, отрывая исписанные листы и складывая их рядом.
Через час он услышал звонок в дверь. Кто-то стоял у входа… Он выключил свет, пошел в прихожую, заблаговременно сняв ботинки, и прислушался. Снова позвонили. Посетитель, очевидно, подослал своего агента, чтобы тот узнал, есть ли кто-нибудь дома.
Майкл замер. Позвонили в третий и последний раз. Майкл осторожно вернулся в библиотеку, подошел к окну и проскользнул за тяжелый занавес. Дверь в прихожую он оставил открытой для того, чтобы слышать малейший шорох. Ему пришлось подождать еще десять минут, прежде чем до него донесся чуть слышный скрип отворяемой двери. По его предположению, «посетитель» придет в библиотеку в последнюю очередь. И не ошибся. Через три минуты зажегся карманный фонарь, луч которого направился на занавешенное окно, затем свет медленно заскользил по стенам комнаты. Спустя некоторое время щелкнул выключатель, и комната залилась ярким светом.