Казаки-разбойники
Шрифт:
– Все на реи! Убрать паруса! Оружие к бою! Пушки зарядить картечью!
Вскоре и все остальные увидели контуры судна. Оно шло медленно, осторожно, и звук судового колокола постоянно носился в тумане.
– Канониры, наводи! Готово? Пали!
Прогрохотал залп. Дым густой пеленой заволок палубу, смешавшись с туманом. Вопли и ругань тут же пронеслись над тихими водами моря.
– Приготовиться к абордажу! – гремел голос капитана. – Сближаемся! Приготовить крючья! Багры и сети!
Суда были уже на расстоянии не более десяти саженей.
Кто-то из матросов, держа в зубах тесак, уцепившись за канат, пролетел между бортами и свалился на палубу вражеского судна, затеяв отчаянную рубку. Однако сопротивление почти не оказывалось. Англичане едва пытались отражать наскоки того смельчака, что перелетел к ним на борт.
А когда борта оказались стянутыми, волна матросов перескочила на вражеское судно, рубя всех не разбирая. Сопротивление было в момент подавлено. Палуба покрылась трупами, кровь ручьями стекала к бортам.
Последние защитники с поднятыми руками кричали о пощаде. Им рубили головы, всаживали в животы клинки. Азарт добытчиков захлестнул матросов.
Лука с чувством некоторого ужаса выглядывал с марса, где он устроился с арбалетом, пуская стрелу за стрелой. Картина бессмысленной резни была ужасна. Она холодила кровь, шевелила волосы на голове. И он пожалел, что оказался свидетелем столь жуткого зрелища. В свалке это сглаживалось общей и близкой опасностью и общим порывом.
Он слез по вантам. Крики, гвалт, вопли и беготня на захваченном судне захватила наконец и Луку. Он отбросил арбалет и бросился помогать матросам осматривать судно.
– Ферон! – донесся голос капитана. – Бери с десяток матросов и следуй за нами! Мы уходим!
Ферон, один из лейтенантов судна, быстро отобрал команду из десяти матросов. В нее попали только французы. Видимо, казакам еще не полностью доверяли.
Захваченное судно было небольшим, вооружено всего четырьмя малыми пушками. Да и те не были использованы при отражении нападения.
«Хитрый Лис» развернулся, сделав большой круг. Матросы обезьянами лазали по реям и вантам, распуская полотнища парусов. Суда сблизились, соединились буксирными канатами и двинулись на юг.
– Неужели идем домой? – спрашивал Яким Штаны.
– Думаю, что да, – ответил Лука. – Приз добыт, его надо доставить в порт, груз распродать, судно продать, а добычу разделить. Капитан ведь должен средства свои оставить дома. Стоит ли ему рисковать ими в море.
– А если встретим военный корабль?
– Это заботы капитана. Он должен думать.
Два с лишним дня суда медленно продвигались в тумане, рискуя столкнуться с встречным кораблем или сесть на мель. Капитан почти не покидал полуюта и постоянно смотрел в подзорную трубу и спрашивал впередсмотрящих об увиденном.
Но вот туман разошелся, солнце засияло в небе. Капитан стал готовить инструменты для определения местонахождения
Лука с интересом и любопытством следил за манипуляциями капитана. Очень хотелось подойти поближе и заглянуть на эти приборы. Но подходить к капитану было настрого запрещено.
Глава 6
Месяц спустя пришли в порт Шербур. Надвигался шторм, а этот порт был самым близким.
Теперь они шли без буксирного троса. За время плавания призовое судно, пострадавшее от обстрела, немного отремонтировали.
Небольшой городок на полуострове Котантен имел довольно открытую бухту с небольшим молом и дамбой, отделявшей порт от моря.
– Знаешь, что я подслушал вчера, – шепнул Луке один из казаков по имени Максим, хорошо осваивавший язык, но предпочитавший притворяться непонимающим, чем сильно раздражал боцмана Стевенара.
– Разве ты так хорошо знаешь их разговор, Максимко?
– Ш-ш! Тише! Я не хочу этого показывать, но тебя я в этом переплюну, Лука. Так вот. Слышал я, как капитан говорит этому самому Реше, что ли, что будто бы намерен уйти к берегам Америки. Ты знаешь, что это такое? И далеко ли это?
Лука пожал плечами, помолчал, давая понять, что ничего не может ответить.
– Может, спросить у кого? Есть много матросов, что давно ходят в море. Они должны знать это.
– Только поостерегись лишних разговоров, – Максим посмотрел по сторонам.
– Ты уж лучше сам поостерегись, а то поглядываешь по сторонам так, будто заговор какой готовишь. Чего тут остерегаться? Но я послушаю тебя.
– Узнаешь, мне поведай, договорились?
Лука согласно кивнул и немного задумался. Потом подошел к матросам. Его принимали охотно. Он был незлобив, мало ругался и вид его был вполне миролюбивым. Он посидел на бухте каната, послушал разговоры. И тут ему повезло.
Он услышал, как один матрос упомянул Америку. Лука тут же спросил с интересом, подсаживаясь ближе:
– Берар, ты говоришь об Америке? Я кое-что о ней слышал, но ничего не знаю толком. И что это за земля такая – Америка?
– Ну и темнота ты, казак! Все об этом знают!
– Ты же знаешь, откуда мы прибыли сюда. Там ничего об этом не говорят.
– Ладно, дикий ты человек! Так и быть, поведаю тебе. Америка – это большой материк далеко на западе. Надо переплыть океан.
– И долго плыть через него? – не унимался Лука.
– По-разному, Лука. Иногда и двух месяцев не хватит. Как ветры да течения будут располагаться.
– И что там интересного?
– Там все интересно, Лука-дикарь! Тепло, если будешь на юге. А в Канаде будет похолоднее, чем у нас. Снегу по грудь выпадает каждую зиму. И индейцы бродят по лесам, охотятся за скальпами белых людей.
– Кто это индейцы? И почему ты называешь каких-то людей белыми?
– Дурья голова! Индейцы – это тамошние дикари, а мы все для них будем белыми людьми. В отличие от них – краснокожих. У них цвет кожи немного красноватый.