Казаки-разбойники
Шрифт:
Едва переправившись, казаки повалились на траву, держа лошадей за поводья. Потом лениво и нехотя принялись обтирать коней, поить их и готовить еду. Настроение было подавленное, разговоры слышались редко.
– Казаки, трубок-люлек не курить, костры не палить, – распорядился Боровский, – разговаривать тихо! Два казака сторожат на дереве. Два переправляются назад и ведут разведку.
Тревога и озабоченность сотника передалась и казакам. Они присмирели, но о люльках забыть не могли. Однако приказа ослушаться никто
Тем не менее ночь прошла спокойно. Лишь перед рассветом с противоположного берега донесся свист тревоги.
– Седлать коней, казаки! Снимаемся! – Боровский был непреклонен, и казаки в молчании бросились ловить коней.
Не прошло и десяти минут, как сторожа с того берега прискакали с вестью.
– Пан сотник, три сотни конников легкой рысью приближаются к речке, – доложил старший разведки.
– Хлопцы, быстрее выступаем! По коням! Двоим остаться вон на том холмике и проследить за движением отряда французов! Потом догоните.
Лука с Якимом вызвались это выполнить.
Когда казаки скрылись в редколесье, к берегу подошли передовые посты и в подзорную трубу оглядели местность. Юноши отлично видели, как те совещались, пока не появились остальные всадники.
После недолгого совещания они начали переправу.
– Пора и нам сматывать удочки, – бросил Лука и сбежал с холмика к коням. Они догнали свой отряд вблизи деревни, за которой на холме возвышался старый запущенный замок, скорее напоминавший усадьбу с одинокой сторожевой башней.
– Обойдем деревню стороной! – приказал сотник. – Сейчас ни к чему лишние глаза, хотя трудно поверить, что нас никто не заметит.
Скоро сотня скрылась в роще из больших развесистых дубов и акаций. Почти без подлеска, она хорошо просматривалась на полторы сотни шагов.
Лошади споро шли рысью, трясли головами и отмахивались хвостами от слепней и мух. Сзади, шагах в двухстах, трусили три казака арьергарда.
К полудню сотня еще раза четыре уклонялась от прохода через деревни. В прозрачной голубизне воздуха вдали иногда маячили шпили церквей и замков, но посещать их было преждевременно. Сзади догоняли французские драгуны.
На привале казаки не успели перекусить, как разведка прискакала и доложила о приближении французов.
– Гляди-ка, не отстают, лягушатники! – пробурчал Лука. – Я бы согласился устроить им небольшую ловушку или засаду. А то так и до беды недалеко.
– Сотнику виднее, Лука, – ответил равнодушно его сосед. – Садись на свою Нэньку, да и в путь, казаче. Пора.
После часа довольно быстрой скачки сотник Боровский остановил сотню.
– Казаки, так дальше не пойдет! Что-то надо нам делать. Кони уже притомились, а погоня не отстает.
– Пан сотник, впереди хороший лесок виднеется! Не устроить ли там им трепку? Надоело, словно зайцы, убегать, – сказал вдруг Лука.
– Все согласны с этим? – оглядел сотник
– Тогда вперед! Поспешим!
Перед леском протянулся неглубокий овраг.
– Десяток казаков в овраг! – распорядился сотник. – Ударите в бок. Разведайте путь отхода по оврагу! Выполняйте!
Михай отобрал десяток. В него попали и друзья Лука и Яким.
Лука и еще двое казаков вытащили луки и приготовили их. Лошадей отвели чуть ниже, послали одного на разведку оврага.
Ждать пришлось недолго. Не прошло и двадцати минут, как послышался топот приближающейся конницы.
– Эге, да у них кони куда хуже наших, – протянул Михай. – Долго они не протянут.
– Это точно, – согласился сосед. – Выносливости им не хватает.
Передовые всадники не решились проникнуть в рощу и поджидали подхода основных сил. Те появились минут через пять. Лошади, покрытые темными пятнами пота, роняя клочья белой пены, тяжело поводили боками и тянулись к траве.
Скоро отряд в сотню всадников углубился в рощу. Остальные ожидали перед рощей.
Михай покачал головой и пробормотал недовольно:
– Осторожен француз! Плохи наши дела. Надо тикать, пока нас не обнаружили. Разве что обстрелять их по-быстрому.
Тут из рощи донеслись дробные выстрелы. Они нарастали, долетел неясный гул голосов. Французы заволновались. Одна сотня рысью потрусила в рощу.
– Не будем тянуть, хлопцы, – подал голос Михай. – Цельтесь лучше!
Прогрохотал залп казачьих мушкетов, три стрелы умчались в цель. Потом загромыхали пистолеты, а Лука с остальными лучниками торопились со стрелами.
Французы тут же ответили несколькими выстрелами, но основная часть сотни рассыпалась по лугу, не решаясь приблизиться к оврагу.
– Хватит жечь порох зря! – крикнул Михай. – Заряжай мушкеты! Они, видно, не думают, что нас мало. Попугаем еще малость.
Лишь лучники еще пускали стрелы, но они, как правило, не достигали цели. В сотне французов царил беспорядок, и организовать отпор им не удавалось. И все же вскоре человек тридцать всадников рысью стали приближаться к оврагу. Их клинки грозно поблескивали на солнце.
– Делаем залп – и к лошадям! – распорядился Михай. – Подпустим поближе, шагов на пятьдесят. Приготовься, казаки!
Залп прогрохотал нестройным раскатом. Несколько всадников упало, а казаки бросились вниз по оврагу к лошадям. А французы еще с минуту топтались в нерешительности перед оврагом и дали возможность казакам начать отход.
– Выстрелы в роще глохнут, – заметил Яким.
– Наверное, наши тоже отходят, – ответил Лука. – Хорошо бы поглядеть, что у них там происходит.
Казаки торопливо гнали коней по редким кустам и вскоре вышли к низине, в дальнем конце которой поблескивала речка. Овраг кончился, и десяток казаков вышел на простор.