Кавказец

Калбазов Константин Георгиевич

– Странно слышать это от вас.

– Отчего же. Намекаете на мои слова о плагиате? Полноте. Если пушкинская Полтава подвигла вас на Бородино, то вместо одной прекрасной поэмы мы имеем не менее прекрасное стихотворение. И так далее. Хм. Михаил Юрьевич, я хотел у вас поинтересоваться, как вы относитесь к Арине Ивановне? – вдруг переключился на совершенно другую тему Сергей.

– Что вы имеете в виду?

– Вы знаете что. Если вы питаете в отношении ее какие-то серьезные планы, то так тому и быть. Если же захотите с ней просто поиграть и выбросить, как сломанную игрушку…

– То что?

– Я убью вас. Не будет никакой дуэли,

обвинений и разбирательств. Если вы ее обидите, то я вас просто прикончу. Но если у вас серьезные намерения, я молча отойду в сторону.

– А если она любит вас?

– Я реалист. Против вас у меня нет никаких шансов. Здесь я могу быть только на вторых ролях.

– А мне будет позволено хотя бы разобраться в себе? – ухмыльнувшись, полюбопытствовал Лермонтов.

– Да разбирайтесь хоть до второго пришествия, я прошу только об одном, чтобы вы не нанесли ей обиду. Ну вот, а я о чем говорил, – поднимаясь на ноги и рассматривая приближающийся экипаж, произнес Шейранов.

– Что там?

– Экипаж Весниных, и Арина Ивановна собственной персоной спешит на помощь своему возлюбленному. И судя по всему, это не я.

Глава 6

К новому месту службы

– Батюшка! Господи, не может быть! – Арина, по обыкновению, прикрыла ладошками рот, рассматривая невероятную картину.

А удивляться было чему. Уже давно она не видела, чтобы отец свободно ходил, а последние полтора года его и вовсе носили слуги. А тут пусть и с тростью, но мужчина сам покинул экипаж и, чувствуя себя довольно бодро, даже изобразил пару танцевальных движений. Да что там, он едва не пошел вприсядку. Хм. Нет. Это, конечно же, перебор! Ни о чем подобном не могло быть и речи, но нечто похожее, полуприсев, он изобразил. А уж если вспомнить, в каком состоянии он сюда приехал, то картина была по-настоящему невероятной.

– Принимай, дочка, – с апломбом заявил он, становясь в горделивую позу.

Но только при этом он показывал на экипаж, из которого, качая головой, словно наблюдая за шалостью детей, появилась Виктория Сергеевна. А вот она обошлась без помощи подручных средств в виде трости и двигалась довольно свободно. Правда, все же не удержалась и изобразила книксен. Ну а что такого, нормальная любящая пара, как говорится: муж и жена – одна сатана.

– Здравствуйте, Сергей Григорьевич! – воскликнул Веснин. – Хочу вас поблагодарить. Это просто чудо какое-то. Места там преотвратные, но каков эффект от вод… Признаться, я не верил, когда ехал туда. Правда, боли сохранились, но они не идут ни в какое сравнение с тем, что было.

– Это нормально, Иван Петрович, – заверил Шейранов. – Месяц, много – два, и вы ощутите более серьезное облегчение, если боли не пройдут вовсе. Но, признаться, данное лечение нужно закреплять и еще хотя бы три года кряду приезжать сюда.

– Думаете?

– В вашем случае даже уверен.

Вечером этого дня был праздничный ужин, за которым отец семейства вдруг обнаружил, что между назначенным им опекуном и его подопечной, в смысле, Ариной, пробежала какая-то кошка. Причем явно упитанная и иссиня-черная.

Оказалось, что накануне возвращения четы Весниных в этом благословенном уголке, коим является Пятигорск, произошла дуэль, одним из участников которой был господин Темляков. Правда, ее выдавали за дружеское состязание во владении клинками, что привело к несчастному случаю. Но шила в мешке не утаишь.

Иван Петрович потребовал

подробностей и получил самый обстоятельный и совершенно предвзятый отчет из уст дочери. Девушка, ничуть не таясь, изливала скопившуюся желчь на голову несчастного Темлякова, который едва не выл от поселившейся в его душе тоски. Шейранов реагировал на это вполне спокойно, уговаривая своего подопечного не отчаиваться. В конце концов, еще не вечер.

– Нда. Дела-а. А знаете, я рад, что нашелся хоть кто-то, поучивший этого наглого задиру уму-разуму.

– Батюшка… – возмутилась девушка.

– Ариночка, тебе застят взор его популярность и талант. Но наличие последнего, а талант у него присутствует бесспорно, не делает поэта достойным молодым человеком. Уже одно то, что он сломал судьбу юной девушки, выставляет его в моих глазах бесчестным. Вспомни мои слова, дорогая, когда у тебя самой будет дочь.

В последующие несколько дней отношение Арины к Сергею Григорьевичу каким-то странным образом переменилось. Она перестала его избегать и начала с ним разговаривать, а не через силу перебрасываться парой фраз. Странность ее поведения открылась, когда Сергей навестил раненого поэта, чтобы выяснить, как дела с его здоровьем.

Он сам не обрабатывал раны, дав пару-тройку советов. Далее это дело докторов, которые вынуждены были признать, что первая помощь была оказана на должном уровне. Да что там первая! Подпоручик в полевых условиях умудрился обработать рану и наложить швы таким образом, что воспаление так и не началось. А этот его дренаж из шелкового шнура крупного плетения, благодаря которому заживление началось чуть не с первых дней. Нет, учиться у Темлякова никто не бросился, но похоже, что выводы здешние лекари сделали.

Во время этого посещения Лермонтов рассказал ему, что втайне от отца его навещала Арина Ивановна, и он с ней объяснился. Причем не просто объяснился, а похоже, излил душу и даже покаялся. Разумеется, всего разговора он не передавал, а о многом Сергей Федорович додумал потом, из разговоров с Ариной.

Как видно, Лермонтов предложил ей свою искреннюю дружбу, ну и отрекомендовал подпоручика Темлякова в самых радужных тонах. У него это получилось настолько виртуозно, что Сергей Григорьевич не только обрел расположение девушки, но и предстал перед ней в ином свете. Словом, рыцарь без страха и упрека, сумевший победить черную душу великого человека и разбудить его благородство. А на фоне явной благосклонности со стороны ее родителей картина вообще получалась умопомрачительная.

Вот только радость эта длилась недолго. Уже через неделю после дуэли поступил приказ о немедленном откомандировании подпоручика Темлякова на первую линию укреплений, в Хуруманскую крепость. Командование решило не выносить сор из избы и разобраться с незадачливыми молодыми людьми, ранящими друг дружку на состязаниях по фехтованию. И коль скоро один из них реально прикован к постели, второго не спасли бы никакие документы о необходимости продления курса лечения.

Впрочем, все это было ожидаемо. В смысле, конечно же, съемочной группой. Антону и Семену пришлось предпринять некоторые незначительные шаги, чтобы решение было именно таким, а крепость та, что нужно. Дело в том, что как раз на нее изначально и делалась ставка. Два десятка человек из состава гарнизона были заряжены надлежащим образом, так же, как несколько десятков человек из округи. Это укрепление выбрали одним из основных мест, где должно было развернуться реалити-шоу.