Катраан

Виланов Александр Сергеевич

– Сдохни.

Сверкнуло лезвие клинка, и из шеи Артана брызнул фонтан крови. Корат знал, что с такой раной не справится даже магия генерала, поэтому не стал дожидаться, когда тот испустит дух, и вернулся на эшафот, по дороге бросив обломанное лезвие на землю.

Самый важный человек в его жизни, лучик света во тьме, хрупкая надежда на мирную жизнь - теперь от неё остался лишь обугленный скелет, неподвижно свесившийся на верёвках, не позволяющих груде костей свалиться на землю.

Как ни странно, глядя на останки, Корат не чувствовал

грусти или сожаления - только облегчение от того, что её мучения наконец подошли к концу. Никто больше не причинит ей боль, не разрушит её надежды... и она не увидит, как её возлюбленный только что предал её мечту, одним движением оборвав сразу несколько сотен жизней.

Но Кората это ни капли не беспокоило. Он уже осознал всю глупость её желаний, ведь именно эти желания стали причиной всех их бед.

– Кажется, мой путь закончится не сегодня...
– тихим голосом проговорил он, обращаясь к безмолвным останкам.
– Что мне теперь делать? Куда дальше идти?

В голове прозвучали слова Саора, сказанные им перед прощанием: "Война - единственная судьба для чёрных магов. Любой другой путь приведёт лишь к гибели." Каждое слово оказалось чистой правдой, и сейчас эти слова стали ответом на вопрос Кората. И ответ этот был до смешного простым.

Спрыгнув с эшафота, маг двинулся вдоль мостовой по той же дороге, которой их сюда привели. Дороге, ведущей к храму света. Раньше ему уже доводилось видеть легендарные сферы света, и сегодня он вновь увидит одну из них.

На входе в храм его встретили пятеро паладинов, сразу же узнавшие чёрного мага, который в данный момент должен был находиться на эшафоте, а никак не разгуливать по городу. Справившись с первоначальной растерянностью, паладины выхватили оружие и двинулись на мага, решив сначала обезвредить его, а уже потом выяснять, как он тут оказался.

Первого же бегущего к нему паладина Корат обдал струёй чёрного пламени. Доспехи воина света, как и его защитная магическая оболочка, не позволили пламени нанести существенного вреда, но Корат в этом и не нуждался. Щелчком пальцев он пустил волну диссонанса через выпущенное пламя, тут же отдёрнув руку, всё же получившую небольшой порез. Пройдя сквозь огонь, охвативший паладина, энергия разорвалась, и отрезанные от доспеха куски металла посыпались на землю вместе с перерубленными конечностями, а вслед за ними и сам паладин, раны которого были несовместимы с жизнью, свалился с ног.

Увидев смерть своего товарища, остальные сделали простой вывод, что от этого чёрного мага лучше держаться на расстоянии. Один из паладинов, собрав энергию в левой руке, выпустил в Кората световой луч, который должен был раздробить вражеские кости с безопасной дистанции. В отличие от генералов, рядовые паладины не обладали достаточным опытом, чтобы запускать автономные сгустки энергии, и для атак на расстоянии использовали лучи, которые растягивались через всё расстояние от рук паладина до цели.

Они не догадывались, что Корату

это было только на руку. Вместо того, чтобы уклоняться или блокировать атаку, маг встретил её пучком чёрной энергии, настроенной на диссонанс. Врезавшись в неё, луч остановился и по всей своей длине покрылся порчей. Двигаясь дальше, порча поразила всю светлую энергию, в том числе и ту, что насквозь пропитывала тело воина света. Громкий хлопок, и паладин, как проткнутый воздушный шарик, мгновенно разлетелся на куски.

Замешательство остальных паладинов позволило Корату подойти ближе и накрыть ещё двоих чёрным пламенем, тут же введя его в диссонанс, и ещё два окровавленных тела повалились на землю.

– Что за чертовщина...
– пробормотал последний из них, пятясь назад. Осознавая, что он ничего не сможет противопоставить этой неведомой силе, он развернулся и вбежал в храм света, чтобы предупредить остальных.

Внутри навстречу чёрному магу вышло уже не менее двух десятков воинов света. Собравшись из-за возникшего шума, они взяли оружие наизготовку и вопросительно смотрели на своего испуганного товарища, бегущего к ним со стороны ворот.

– Не атакуйте его лучами!
– крикнул он им.
– Он каким-то образом использует их против нас! И не попадайте под его пламя, оно тоже смертельно!

– Что ты несёшь, Ярвис?
– грубо ответил один из них, вероятно, решив, что у его товарища не все дома. Выставив вперёд щит, он стал осторожно приближаться к Корату. Когда его ошмётки украсили пол, больше ни у кого не возникло желания смеяться над предостережениями Ярвиса.

– Это диссонанс...
– медленно проговорил один из них. Его морщины выдавали солидный возраст. Вполне вероятно, что он лично застал восстание Атейна, и был в курсе его способностей.

– И что нам с ним делать?
– спросил другой.

– То, что сказал Ярвис. Не использовать свет, и не попадать под вражеское пламя.

– Как тогда...

– Окружайте его! Он не сможет атаковать сразу в нескольких направлениях!

Подчинившись команде, паладины выстроились кругом вокруг Кората и приготовились к наступлению. Тот ветеран, что командовал ими, похоже, знал не обо всех способностях Кората, либо Атейн просто не владел такими приёмами. Повторяя технику, применённую на площади, маг распылил вокруг себя чёрный дым и сразу разорвал его диссонансом, одним махом покончив сразу со всеми наступавшими.

Но этот гигантский взрыв был далеко не таким безопасным, как точечные атаки, и тело Кората украсила новая порция кровоточащих шрамов. Он понимал, что если будет продолжать использовать этот приём, то рано или поздно убьёт сам себя. А если не будет, то паладины просто возьмут его числом. Хотя, разве это имело значение? Он - чёрный маг, и просто будет сражаться до тех пор, пока какой-нибудь достаточно умелый или удачливый противник не оборвёт его жизнь. Такова была судьба каждого носителя чёрной энергии.