Катарсис
Шрифт:
Оборачиваюсь. Корпус закрыт щитом, топор - в полузамахе. А - всё. Бойцы добивают скелетов, распинают их копьями, отрубая головы и конечности, Клирики "освещают" это дело.
– Быстро, - удивляюсь. А самого - адреналин жарит. Сердцу - холодно, руки-ноги - мандражирует, всего - потряхивает. Нервы - оголены.
– А было бы нас мало - уже порвали бы, - говорит Обух, собирая железяки скелетов, - держи, Андр, твоё.
– Да?
– удивился я, - так его - вы расчерыжили. А этого - Светляк.
– А кузнец - ты. Всё одно это - медяка ломанного не стоит. Ржа
– Возьми Боже, что нам негоже?
– Ну, вы же - кузнецы. Придумаете что. Хоть гвоздь - и то дело. Здравствуй, Клем!
– Погодь, Светлые! Оставьте одного! Привет, Обух! Вижу - в десятники выслужился.
– Да пора уж. Совсем хотел в наёмники податься, Гора убедил.
Клем приволок сверток с помповиком, суёт мне, забирает топор, смотрит на лезвие, качает головой - я его затупил.
– Андр, иди, Скверного ткни своим артефактом.
Понял! Молодец, кузнец. Бегу к распятому визгуну. Чем он визжит - без глотки и нижней челюсти? Ткнул его стволом в глазницу. Дёргается, как от боли, чуть не сорвался со своих шампуров - копьев, которыми он растянут, пригвождённый к земле, рвёт себя на куски, чтобы сбежать. С силой ткнул ещё раз. Замахнулся, всадил ствол, как штык. Рассыпался скелет на безобидные кости.
– Работает!
– кричу, - Клем, ты - гений!
Клирики подходят все трое. Как слепые шарят по помповику, по костям скелета.
– Андр, а добычу твой Поповик не очистит?
– кричит Клем от кучи ржавого барахла.
Идём вместе с Клириками. Нет, не "чистит".
Клирики идут помогать раненным бойцам. Смотрю с огромным любопытством. Всё также, привычно - очистить рану, свести сломанные кости, свести края раны. Но вместо повязок и фиксирующих шин - рисуют пальцами в воздухе что-то языком глухонемых, поют речитативы, проливающийся с их рук на раны свет интенсивно заживляет раны. Чудо!
Никак не привыкну, что тут есть магия. Стою с разинутым ртом. И своими глазами вижу, а всё одно - сознание не принимает. Может, старый я слишком, для всего этого? Тяжело отринуть полувековой опыт сурового материализма и воинствующего атеизма (крест ношу, как дань моде - в жизни православных - никак не участвовал). Не могу я принять магию как данность. Ну, не верю я! Мозг ищет любые, даже самые бредовые, даже псевдонаучные объяснения. Свет из рук - скрытые фонари, "очищение" от скверны, "сканирование" - фокусы. А открытый перелом руки, заживлённый за несколько минут? Как? Ну, ёпта, как?
Прискакал Крап. С других направление атак не было. Смотрят на кости. Говорит, что раз земли нет, то "бродят" давно. Клем объясняет украдкой, что если найти "лёжку" Бродяги, т.е. яму, откуда он выкопался, то можно раскопать добычу - в чём он был похоронен или убит. Многое теряется, пока Бродяга из земли лезет.
Он с двумя своими бойцами поскакал туда, откуда пришли Бродяги, на разведку.
Бойцы собирают "лут", черепа Бродяг. Иду с Клириками и Клемом. Прошу "понюхавших" Поповик, как его назвал Клем, Клириков, не быть "бяками" и дровести до нашего сведения - что же они "унюхали"? Говорят,
– Свет забивает остальное. Да и Свет так слаб... Говоришь, Бродягу упокоил?
Описываю, как скелет дёргался от боли. Маг удивлён:
– Бродяги не чувствуют боли. Нечем чувствовать. Как и вся Нежить. Надо твой Поповик на Скверных попробовать. И на Тварях.
Ответил ему, что тоже так думаю. Вернулся Крап со ржавым шлемом:
– Странные Бродяги. Шлем потеряли. Обычно наоборот, - говорит Клему и бросает шлем. Клем уворачивается, Крап ржёт.
На штыке копья отношу шлем в общую кучу, которую "замаливают" Клирики. Они - недовольны.
– Крап! Твой Смотритель совсем от своего скупердяйства рехнулся! На ржавый гвоздь Силу Создателя тратить!
– А по мне - так молодец!
– смеётся, гарцуя, Крап, - платит вам Гора, а гвозди - наши! Ха-ха-ха!
– Будут ещё Бродяги, а мы - ополовинены!
– У меня - ещё два Светляка, Огневик и Белая Башня!
– А я-то - чё?
– кричу я.
– Затрахаешь их - до упокоения!
И все ржут! Вот су... существа неблагодарные! Даже Клем ржёт. Даже Баба Яга! В этой деревне есть хоть какая-то возможность сохранить что-то в тайне?
Обиделся я. Хотя, на воре - шапка горит. Они видели, что меня увели две женщины, видели моё состояние утром, да ещё и я подтвердил, что - "обе".
Веду Лохматку под уздцы, Клем вжикает камнем по топору, правит, матерясь. Потому что сталь топора - дерьмо. "Купили", "обули" коллеги - Клема, опытного кузнеца. Как лоха. За лакировкой - не заметил, что топор - не закален. А значит - не калиться. Надо науглероживать. Вот и материться. Мой встроенный переводчик выдаёт такие построения, что даже не смешно. Лучше бы запикивал, как по телевизору.
Иду с ружьём через плечо. Вдел в петли верёвочные. Пусть не заряжено, как дубиной буду долбить. Против скелетов будет - лучше копья. А треснутый щит - лежит в телеге. Оказалось - одноразовое изделие. Просто доски сбиты щитом и окрашены. А всего-то - принял скелета на щит, отбил несколько ударов, да несколько ударов щитом нанёс - пипец щиту, как тому котёнку.
– Надо фанеру делать, - говорю. Вслух.
– Что?
– спрашивает Клем.
– Науглероживать надо топор, - отвечаю, тема с фанерой слишком обширна, - В закрытый тигель с древесным углём и запекать.
– Дешевле новый сковать, - отвечает Клем, - а этот - в работу, как мягкую вкладку. Чтоб их ночью Скверна пожрала! Купил я - крицу, по цене боевого топора! Ну, я им - так не оставлю! На всю Гильдию ославлю! Болтом самострела из Горы вылетят! Будут Тёмным служить!
– Клем, ты умеешь делать слоённую сталь?
– А что там уметь? Бери сталь разных сортов и сваривай! Не знал, что ты умеешь.
– Да я - только теоретически.
– Как-как?
– Знаю - как, слышал, видел, но - не делал.