Касьянов день
Шрифт:
— Ой, мля… — двусмысленно высказался он. Но тут в голове Артёма наконец забрезжила спасительная идея. Схватив конца за руку, он потащил его за собой к стоявшему неподалёку грязному жигулёнку, за лобовым стеклом которого красовалась картонка с криво написанным фломастером объявлением: «Куплю золото валюту.» Сквозь открытую дверь был виден сидящий на водительском месте неприметный молодой человек, как раз в этом момент пытающийся прикурить от дешёвой китайской зажигалки.
Не тратя зря драгоценного времени, Артём обошел автомобиль вокруг, залез в правую переднюю дверь и
— Жить хочешь? — прошипел Артём.
Парень побулькал и просипел:
— Уху!
Артём кивнул:
— Тогда открой заднюю дверь, — мужик несколько секунд вслепую шарил по задней двери, пока, наконец, не поддел шпенёк.
— Садись. — сказал Артём Мурцию. — А ты… если, конечно, не против… ведь, ты не против? — Парень сделал всё возможное чтобы подтвердить, что он не против. — Отвезёшь нас туда, куда нам надо. Ясно?
Повторять не пришлось. Когда они выезжали на Садовое Кольцо, в зеркальце заднего вида Артём заметил какую-то странную суету. Повернувшись, он с трудом разглядел две столкнувшиеся машины — зелёную «Волгу» людов и «Форд» полиции. Видимо, попытались одновременно выехать вслед за ним, но не сумели. Возле машин, судя по характерным жестам, уже вовсю шла разборка. Артём утратил интерес к событию, которое больше не могло им угрожать, и вернулся к везущему их водителю:
— В Новые Черёмушки, шеф. И не дрожи так, не обидим!
«Орденский Бестиарий приглашает всех желающих на экскурсии, на которых вы сможете полюбоваться редкими и экзотическими видами животных в условиях, приближенных к боевым…»
Для семи человек скромная двухкомнатная квартира Кортеса у метро «Новые Черёмушки» была явно тесновата. Даже если учесть, что четверо гостей были по габаритам заметно мельче среднего человека. Трое Красных Шапок — Копыто, Иголка и Контейнер — чинно сидели на диванчике и благоухали одеколоном. Пристроившийся рядом на табуретке Артём с мрачным видом пил кофе с коньяком, а развалившиеся в креслах напротив Яна и Кортес слушали монолог стоящего посреди комнаты Мурция.
— И вот представьте себе, как я жру этот лимон, чтобы только не рассмеяться! Смеяться нельзя, но я ещё никогда в жизни не был так близок к провалу! Но когда у меня над головой засвистели пули, я притворяться перестал. Тут я уже был близок к конфузу совершенно иного рода…
— Всего-то две пули, да и те с запасом выше головы, — отметил Кортес, — что тут такого страшного? Мы с Яной хорошо целились, тебе ровным счетом ничего не угрожало.
— Это тебе не страшно, у тебя привычка есть. А я — существо мирное и миролюбивое, меня так пугать нельзя. В меня уже полвека никто не стрелял!
— Ладно, это всё художественные детали. Ты про дело давай говори.
— А что дело? Артём всё грамотно сработал. Можно считать, спас мою драгоценную жизнь, хоть ей на самом деле ничего и
— Опять детали. Еще что-то добавить можешь? Нет? Свободен пока. Копыто!
— А чё Копыто, чё Копыто, мля? Ну, приехали. Ну, типа вломились в квартиру. Замки у него там — я в натуре обалдел. Хорошо еще цепочки нету, а то бы так и не взломали, мог бы дома сидеть спокойно.
— У вас что, разрыв травы с собой не было?
— Не. Забыли, мля.
Кортес сурово посмотрел на Иголку. Тот заерзал на диване:
— А чё я? Я ничё. Контейнер забыл.
— И это первая ваша ошибка, — подытожил Кортес.
— А вторая? — поинтересовался Копыто.
— Вторая — в Перово. Когда Контейнер и Иголка вместе на улицу вышли. Надо было одному на этаже остаться.
— Ага! Думаешь, охота лишний раз по башке получать? — возмутился Иголка.
— Можно подумать, ты так меньше получил? Так бы, может, «пыльцой» обошлось.
На это возражение Иголка ответа не нашёл, и потому умолк.
Уточнив ещё некоторые детали, Кортес отпустил Красных Шапок с Мурцием и обратился к Артёму:
— В общем так, стажёр. Сегодняшнее задание ты выполнил. Но выполнил от-вра-ти-тель-но. Понял?
— Не совсем ещё. Получается, всё это было подстроено?
— Примерно так.
— Мурций с его рассказами, Шапки, чуды, люды…
— Нет, чуды с людами оказались у твоего дома случайно. Мурций просто их талантливо использовал.
— А на Курском-то что случилось?
— Ты хоть понял, на какой машине уехал?
— Да нет. А что?
— Это же машина скупщика краденого! Они там все — спецагенты полиции. Вот полицейские и бросились за тобой — своего выручать.
— А люды что?
— Ты думаешь, кому вся эта привокзальная площадь дань платит? Измайловскому домену. Так что и они тоже выручать.
— Ну надо же! Повезло мне.
— Да уж, везло тебе сегодня знатно. Для начала Шапки все на свете протормозили, дали тебе через чердак без боя убежать. Потом дверь…
— Ну уж нет! Дверь я так и так сам выломал. Была бы покрепче, перепилил бы язычок замка.
— Допустим. Ну а почему ты сразу, с самого начала не узнал, какие артефакты есть у Мурция? А если бы тебя поисковым заклятием повели? Кстати, автомобиль бросать надо как минимум в соседнем дворе. Молодец, хоть мобильник выкинуть догадался. С осами — это да, хорошо сработал. А в остальном, сразу скажу, напортачил ты знатно.
Кортес вздохнул и после небольшой паузы продолжил:
— А вообще с завтрашнего дня начинаю тебя учить самому главному. А именно — работать головой в условиях, максимально приближенных к боевым.
— Кортес, ты мне одно скажи, — мрачно произнёс Артём, — если я такой остолоп, на кой чёрт я тебе в напарниках?
— Да знаешь ли… — ответил Кортес. Помолчал. Потом быстро взглянул на Артёма и улыбнулся. — Так как-то. Как-то вот так…
Артём с сомнением посмотрел на него.
— Да ладно, не переживай! Если честно, я на своем первом самостоятельном учебном задании напортачил не хуже. Ерунда, через полгодика всему научишься.
— Если честно, я не об этом жалею. Но у меня сегодня должен был быть выходной!