Карты судьбы
Шрифт:
— Видно… сломан позвоночник… — проговорила она сквозь кашель. — Я ничего не чувствую… Беги, если можешь… а меня оставь… я все равно умираю…
— Ну нет, я тут тебя не брошу, — прохрипел я. — Тут поблизости должно быть озеро… Я перенесу тебя туда…
Я сбросил обвязанный вокруг пояса плащ и положил на него всадницу. Как мог осторожно, я прикрыл ее полами плаща, чтобы защитить от искр, и потащил на плаще в том направлении, где, как мне казалось, должно находиться озеро.
Мы пробирались сквозь меняющийся узор
Наконец я оказался по пояс в воде, поддерживая руками женщину.
Тогда я наклонился и откинул с ее лица полу плаща. Ее глаза были все еще открыты, хотя взгляд был неподвижно устремлен в пустоту. Прежде чем я успел нащупать пульс шейной артерии, она застонала, а потом произнесла мое имя.
— Мерлин… — прохрипела она, — мне… извини, что я…
— Ты помогла мне, а я не смог помочь тебе, — остановил я ее. — Это ты меня извини.
— Извини, что не смогла дальше… — продолжала она. — Я плохо справляюсь с лошадьми… Они идут за тобой…
— Кто? — спросил я.
— Они кликнули собак… Но огонь… это кто-то другой… я не знаю, кто…
— Я не понимаю, о чем ты.
Я плеснул немного воды на ее воспаленные щеки.
Под слоем копоти и копной опаленных волос было трудно рассмотреть черты ее лица.
— Тот, кто… идет по твоему следу, — сказала она.
Голос ее стал тише.
— И кто-то впереди… тоже. Об этом, впереди, я не знала… жаль…
— Кто ты? — спросил я. — Откуда ты меня знаешь? И почему…
Она слабо улыбнулась.
— Мы с тобой уже встречались… Больше никогда… я ухожу…
Ее глаза закрылись.
— Нет! — крикнул я.
Лицо ее исказилось, она со свистом втянула в себя воздух, потом выдохнула, и я едва сумел расслышать слова:
— Позволь мне остаться… здесь. Прощай!
Облако дыма закрыло от меня ее лицо. Я задержал дыхание и зажмурился, когда дым поглотил нас обоих.
Когда воздух, наконец, снова стал чистым, я всмотрелся в ее лицо.
Она уже не дышала, не было ни пульса, ни сердцебиения. И поблизости не было даже подходящего места для могилы.
Ушла.
Она знала, что уходит…
Я аккуратно завернул ее в свой плащ, превратив его в саван. Закончив, я закрыл полой ее лицо. Все складки я скрепил застежкой, которой я обычно застегивал плащ у шеи, когда надевал его.
Потом я побрел на глубину.
«Позволь мне остаться… здесь.»
Бывает мертвые погружаются быстро, бывает продолжают плыть…
— Прощайте леди, — сказал я. — Я хотел бы узнать ваше имя. Еще раз благодарю за все.
Я разомкнул руки и отпустил ее. Вода закружилась в водовороте, и через мгновение ее уже не было.
Некоторое время спустя
У меня было очень много вопросов и очень мало ответов.
Где-то вдалеке бешено ржала лошадь.
Глава 9
Несколько часов и много Отражений спустя я сделал передышку под чистым небом, в таком месте, где поблизости было мало пищи для огня.
Я выкупался в неглубоком ручье и вызвал из Отражений чистую одежду. Чистый и сухой, я прилег отдохнуть на берегу, вызвав себе еду.
Возникло ощущение, что теперь почти каждый день тридцатое апреля…
Казалось, что почти все, с кем я встречаюсь, знают меня, и почти всякий вел со мной тщательно продуманную двойную игру.
Вокруг меня погибали люди, катастрофы становились повседневным событием.
Как будто гигантская сеть сплеталась вокруг меня. Я чувствовал себя фигуркой в видеоигре.
Что же будет дальше? Чего я могу теперь ожидать? Метеоритного обстрела?
И как же быть с причиной? Есть ли ключ к загадке? Нет, ключ все-таки должен быть.
Безымянная наездница, пожертвовавшая своей жизнью, чтобы вытащить меня из огня, сказала, что кто-то преследует меня и что есть еще кто-то впереди, кто преграждает мне дорогу.
Что все это значило?
Должен ли я подождать появления преследователей, захватить их и выяснить, чего они хотят?
Или наоборот, следует пойти на прорыв, стремительно, в надежде поймать другого врага и учинить допрос уже ему?
Дадут ли оба один и тот же ответ, или они из разных группировок? Имеются ли два ответа?
Удовлетворит ли чью-то честь дуэль?
Я согласен драться.
Может быть нужна взятка?
Я могу заплатить.
Все, что требовалось, это ответ, за которым последует мир и покой.
Я нервно хихикнул.
Эта терминология чертовски напоминала о смерти. Но неужели только смерть могла быть решением…
— Вот дрянь! — прокомментировал я, ни к кому не обращаясь.
И швырнул в поток камень.
Потом я поднялся и подошел к воде.
На песке, на противоположном берегу, были начертаны слова:
«Возвращайся назад!»
Я прыгнул на них, растоптал и бросился бежать.
Мир вокруг меня вертелся в сумасшедшей пляске, я вошел в складку Отражения.
Растительность исчезла.
Скалы перешли в валуны, стали светлее и заискрились.
Я бежал через долину хрустальных призм под ужасным пурпурным небом.
Ветер среди радужных камней… Музыка Эола…
Одежду рвет ветер.
Пурпур над головой переходит в бледно-зеленый цвет.
Пронзительные, режущие слух звуки… земля трескается…
Еще быстрее…
Я стал гигантом, великаном.
Тот же пейзаж, но в уменьшенном масштабе…
Словно циклоп-великан, я переламываю камни под своими ногами.