Карты рая
Шрифт:
При всех странностях характера капитан Никсон умел держать слово. Так никогда и не выяснилось, почему найденной на острове девушкой не заинтересовались специальные службы. Тем не менее это случилось, и через трое суток после прихода «Эскалибура» на базу сержант Диксон Бричард и кандидат Сато Ишин получили двенадцатидневный отпуск.
За этот срок можно отвести душу, но его до смешного мало, чтобы разобраться почти с ноля, что такое человеческий мир. Впоследствии специальные службы так и не выяснили, где эти двое провели время. Известно только, что ровно через двенадцать дней они вернулись. Поправившийся килограммов на пять сержант взошел
— Я согласна на ваше предложение, сэр, — сказала она, встретившись с капитаном Никсоном.
— Очень хорошо, — ответил тот. — В таком случае будем считать, что приказ о вашем приеме в Гвардию входит в силу с настоящей минуты. Поэтому рад вам сообщить, что, если вы не спустите ноги на пол или сделаете что-нибудь подобное в следующий раз, вы получите дисциплинарное взыскание.
— Есть, сэр, — сказала Сато. Скрыть обиду ей не удалось.
— Скажите, сэр, — начала она, чуть помедлив. — Почему вы считали, что мне грозит одиночество, если я не останусь здесь?
Ей показалось, что капитан Никсон хотел бы не отвечать на этот вопрос.
— По нескольким причинам, — сказал он. — Самая главная из них: вы слишком не похожи на других людей. А здесь пока что единственное место, где вас готовы принять такой, какая вы есть.
— Но, сэр! — сказала Сато. — Люди все ведь не похожи друг на друга. А в том городе, где мы были, многие из них, наоборот, из кожи вон лезут, чтобы казаться не такими, как все.
Капитан Никсон обозначил улыбку.
— Я не знаю, — сказал он, — водятся ли на вашем острове какие-нибудь яркие птицы, где успех у самок вызывают именно самцы с более ярким оперением?
— Да, сэр, — подтвердила Сато. — Я помню таких птиц.
Капитан Никсон кивнул.
— А если взять в руки яйцо или птенца из гнезда, — продолжил он. — а потом вернуть на место, может так случиться, что, вернувшись, птица откажется кормить своего птенца. Или сразу его убьет.
— Ну и что? — спросила Сато.
— Просто мне пришло в голову именно такое сравнение. Это правда, что люди хотят казаться ярче других. Это очень понятное желание. Но если человек не похож на других по-настоящему, а не только расцветкой, люди реагируют на него, как птица или зверь на незнакомый запах. Не потому, что они боятся. Просто, если вы действительно не похожи на других, происходит то, что у психологов называется «реакцией отторжения». Вам подсказать ссылки?
— Спасибо, сэр, — сказала Сато. — Если будет нужно, я найду сама.
— Вот и прекрасно! — подытожил капитан Никсон. — А теперь к делу. Поскольку вы вступаете в Федеральную Гвардию, вам придется отправиться в один из ее учебных центров. Там вы получите необходимые знания и навыки. Желаю вам подтвердить мою рекомендацию и поскорей вернуться.
Одним из последних посетителей устроенного Барилем Альфонесом аттракциона оказался некий офицер Федеральной Гвардии, проводивший на Дум-Думе двое суток очередного увольнения. Аттракционные чудища его мало волновали, и он забрел в павильон случайно, не то спьяну, не то с похмелья. Увидев монстра, он только успел сказать «а-а-а?» — и затем прекратил существование как независимая личность.
В течение следующих двух дней заведение со снятой вывеской посетила дюжина его сослуживцев. Никто из посторонних ничего не заметил и, соответственно, не сделал выводов. Прошла еще неделя, и какой-то коммерческий корабль был остановлен в открытом космосе патрульным куттером
— Это еще зачем? — спросил он.
— О! — заверили его. — Это пустая формальность. Проверка личности. Все пройдет очень быстро.
И в самом деле, все произошло очень быстро. И тоже осталось незамеченным.
А еще через некоторое время упомянутый корабль в свою очередь возник в каком-то очень глухом районе космоса, где на много парсеков имелась одна-единственная фактория, хозяин которой вел уединенную жизнь робинзона. Ну, скажем так, робинзона, решившего остаться на острове после установления регулярной навигации и державшего свой бизнес на поставках козлятины проходящим кораблям и сдаче единственной бухты в аренду для крепования и мелкого ремонта.
Это был человек недоверчивый, склонный к отшельничеству, если не к мизантропии. Проходящие звездолеты он предпочитал обслуживать с помощью ремонтных киберов. Но в данном случае встретились два старых приятеля, неизменно отмечавшие столь редкое событие бутылкой рома. Хозяин фактории без колебаний поднялся на борт — и свел ближнее знакомство с Большим Квидаком.
И это тоже осталось тайной для огромного человечества.
Некоторое время спустя, уже располагая маленьким подпольным государством, Большой Квидак поставил вопрос о чем-то более масштабном, нежели перехват отдельных кораблей. Как всякий великий диктатор, он оформил свое решение представительным совещанием. Монстр уже обзавелся внушительным штатом советников, в число которых входили офицеры, политологи, экономисты, социальные психологи и еще всякого рода личности, не имевшие специального образования, но обладавшие большим практическим опытом. Пользуясь таким мозговым центром, как архимедовым рычагом, при благоприятном обороте событий можно было действительно захватить кусочек Вселенной, даже не прибегая к особым талантам монстра.
Совещание проходило на одной покинутой орбитальной станции, вращавшейся вокруг некоей планеты, также брошенной за ненадобностью. Наши старые знакомые участвовали в действе на уровне статистов: рыжий монстр в качестве охранника, а Гардинг в роли стюарда. Он как раз Разносил прохладительные напитки, когда слово взял один из экспертов. Это был отставной неполный генерал, уволенный после того, как при очередном тестировании он не смог пятьдесят раз отжаться от пола.
— Теперь, — сказал он, — нам надлежит приступать к захвату небольших планет на периферии Федерации.
Точнее сказать, генерал-то как раз был полным. В смысле толстым и жирным. Неполным он был в том смысле, что до отставки не успел получить полного числа звездочек на эполетах.
— Пардон, а почему небольших и почему на периферии? — возразил ему хмурый человечек по другую сторону стола. — Почему бы ни попробовать приобщить к нашей Великой Цели сразу Федеральный Конгресс и самого президента Федерации?
При последних словах губы отставного неполного генерала растянулись в улыбку.
— Действительно! — сказал он с сарказмом. — Как просто! А известно ли вам, мой друг, как надежно поставлена охрана членов Федерального Конгресса? Не говоря уже об охране самого президента? А сколько агентов Империи сейчас отдыхают в федеральных тюрьмах? Их всех отследили, едва только они появились в столичном секторе и прежде, чем они хоть что-то успели сделать. Это вам не мошенничества с фиктивным капиталом! — И победоносно выпил стакан минеральной воды.