Каролина

Райт Синтия

Спору нет, Гретхен умна и красива, но десятки не менее умных и красивых дам готовы явиться по первому зову Алекса. К сожалению, моей дочери недостает чувства юмора, доброты, бескорыстия и многих других положительных качеств. С тех пор как Алекс привез вас в усадьбу, она просто не в себе, почти на грани срыва. Мне крайне неприятно говорить такое, но уверена, вы сами это заметите, когда встретитесь с Гретхен. Она не желает делить Алекса ни с кем, даже с девушкой, которая, можно сказать, ему все равно, что дочь. Гретхен не видит или просто не хочет признать, что Алекс только дружески

привязан к ней. Ему приятно ее общество, не более того. Когда-нибудь она будет очень страдать, но сейчас я стараюсь не мешать ей — дети должны сами приобретать опыт. Так или иначе, не судите ее строго. По-моему, вы очень проницательная девушка, а потому поймете, что любовь порой побуждает человека к странным поступкам.

Катрин продолжала рассказывать о своей семье и о жизни в усадьбе, но у Каролины не выходили из головы ее слова об Алексе и Гретхен. Слова Катрин казались вполне невинными, однако, девушка подозревала, что в них прозвучало скрытое предостережение. Остатки ленча совсем остыли, когда хозяйка собралась уходить.

— О Господи! — воскликнула вдруг Катрин. — Как же я могла забыть о самом главном! Ведь я же пришла сказать вам, что Алекс просил подготовить для вас ванну! А потом, если почувствуете себя лучше, может, присоединитесь к нам внизу? Что вы об этом думаете?

— О, это великолепно, миссис… Катрин! Я слишком долго была лишена общества, поэтому с удовольствием присоединюсь к вам. Меня смущает лишь то, что у меня всего одно платье. — Охваченная внезапным порывом, Каролина соскочила с постели и накинула приготовленный для нее халат, открыла гардероб и увидела свое желтое платье. Она приложила его к себе.

— Я знаю, что оно ужасно старомодное, но у меня нет юбки с фижмами, как у Гретхен. Такие рукава сейчас не носят, а корсаж…

— Дитя мое, это очень красивое платье! В нем вы будете выглядеть очаровательно.

— Но у Гретхен такие прекрасные наряды, по крайней мере тот, в котором она была сегодня утром! Рядом с ней я чувствую себя Золушкой! У нее голубые глаза, волосы изумительного оттенка и великолепный цвет лица…

— О, Каролина. Хоть у вас и не такая белая кожа, но, на мой взгляд, ваш нежный персиковый цвет лица гораздо привлекательнее. Что же касается ваших глаз и волос, может, вы успокоитесь, если я скажу, что Алекс описывал вас в самых лестных выражениях. Он говорил нам, что у вас волосы золотисто-медного цвета, чудесные глаза и столь же приятный характер. Никто никогда не сказал бы о Гретхен таких лестных слов!

Каролина, прижав к себе платье, едва сдерживала слезы. Катрин взяла платье у нее из рук, повесила в гардероб и ласково обняла девушку за плечи.

— Сейчас вы отдохнете, а я распоряжусь, чтобы горничная приготовила вам ванну и сообщила, когда будет обед. Я пришлю вам вина, чтобы вы успокоились, хотя поверьте, дорогая, вам совершенно нечего опасаться! Вы здесь — среди добрых друзей.

* * *

Каролина проспала остаток дня, а, проснувшись, увидела в своей комнате фаянсовую ванну. Вскоре вошла горничная, а за ней несколько девушек с большими кувшинами горячей воды. Каролина по самые плечи погрузилась в теплую

душистую воду, пахнущую жасмином.

* * *

Как жаль, что сегодня утром они с Алексом поссорились! Если бы он не оставил ее такой подавленной, она сейчас чувствовала бы себя, как в раю!

После купания горничная Мэри помогла Карелине вытереть и расчесать волосы, искренне восхищаясь их необыкновенным цветом и блеском, и та попросила сделать ей простую, но элегантную прическу. Результат превзошел все ожидания, и, удовлетворенная плодами своих трудов, Мэри прикрепила к локонам девушки несколько белых и желтых цветов.

Незатейливое платье Каролины украшала лишь отделка из кружева ручной работы. Надев белые чулки и туфельки, девушка с замиранием сердца подошла к зеркалу.

Два дня, проведенные в постели, ничуть не испортили цвет ее кожи, хотя румянец на щеках, вероятно, был вызван нервным возбуждением. Каролина видела, что это простое платье ей очень к лицу. Лиф плотно облегал тонкую талию и выгодно подчеркивал грудь, карие глаза с золотистыми искорками выражали волнение и радостное предвкушение праздника.

Встречи с Алексом девушка боялась гораздо больше, чем с обитателями этого дома. Каролина с болью вспомнила обидные слова, сказанные им перед уходом, его холодное, сердитое лицо.

Мэри сияла от удовольствия, наблюдая за Каролиной.

— Если позволите высказать мне свое мнение, мисс, то, по-моему, вы выглядите просто великолепно и похожи на принцессу из волшебной сказки! Вам ведь рассказывали в детстве сказки про принцесс?

— Спасибо, Мэри, а когда миссис Ван дер Пат просила меня спуститься вниз?

— В семь, мисс, а сейчас пять минут восьмого.

Каролина надеялась, что Алекс зайдет за ней и представит ее своим друзьям, однако, к ее разочарованию, он так и не появился.

— Ну что ж, тогда мне пора спускаться. Спасибо за помощь, Мэри.

— О мисс это доставило мне удовольствие. Желаю вам хорошо провести время.

Каролина спустилась по лестнице и направилась через холл, с интересом оглядываясь по сторонам. Из любопытства она заглянула в первую же дверь и обомлела: в комнате, напоминающей библиотеку, в одиночестве сидел перед камином Алекс, курил и смотрел на огонь. 0на вошла тихо, поэтому Алекс, глубоко, погруженный в размышления, не слышал ее приближения. Лишь когда девушка остановилась перед ним, он в удивлении поднял на нее глаза. На краткий миг его лицо осветила восхищенная улыбка, но Алекс, быстро овладев собой, заговорил с обычной иронией:

— Боже правый, Каро, я уж было подумал, что это сон. Ты выглядишь просто великолепно — как первый весенний нарцисс.

Каролина присела рядом и робко улыбнулась. Только сейчас она разглядела его в полутемной комнате. На Алексе был превосходный костюм из мягкой черной ткани, украшенный серебряными пуговицами, и элегантный шелковый жилет голубовато-серого цвета. На шее — свободно завязанный белый галстук. Отблески огня плясали на его лице, и в этой игре света и тени оно казалось высеченным из камня. На фоне белоснежного галстука четко вырисовывался гладко выбритый подбородок: