Карнавал теней
Шрифт:
– Опоздали на пароход, - негромко ответил Джоссеф Арлин, не поднимая глаз.
– О, да, - с насмешкой произнёс человек, в котором Рейне узнал вчерашнего гостя, инспектора цирковой полиции Сили Лаббера. – Надо быть внимательнее, если не хотите неприятностей.
– Учту на будущее, - буркнул Арлин и с усилием выпрямился.
Они стояли – никто не предложил им присесть, да свободных мест за столом и не было – перед Советом патронов, о котором втайне говорили, что власти у него больше, чем у Парламента и Совета Министров Тарры. Присутствовали не все, но патроны
Рейне взял Марику за руку и легонько сжал; она сжала его пальцы в ответ.
– В газетах пишут, - сказал Председатель, положив руку на раскрытый номер «Утреннего курьера», - что в «Цирке скитальцев» произошло нечто интересное.
Марика судорожно вздохнула. Арлин не шелохнулся.
– Это очень редкий случай, - продолжил Председатель с лёгкой улыбкой. – Никто не пользовался Законом карнавала вот уже тридцать с лишним лет. Попытки были, но мы всякий раз обнаруживали, что за ними крылось мошенничество. Наши правила, наша иерархия, Кодекс – всё это кажется слишком сложным, и есть немало патронов, которые хотели бы прославить свои цирки если не за счёт мастерства, то хотя бы за счёт скандала. Вы относитесь к их числу, господин Арлин?
– Вы же знаете, что нет, - хриплым голосом ответил патрон «Цирка скитальцев».
– Хорошо. – Председатель сплёл пальцы в замок и оглядел присутствующих. – Что скажете, господа? Предоставим нашему гостю возможность объясниться, а потом перейдём к вопросам? Или же сначала попробуем добиться ответов?
– У нас не так много свободного времени, - сказал светловолосый юноша, у которого за стёклами очков сверкали нечеловечески большие и яркие разноцветные глаза – зелёный левый и синий правый. Лай-Лило был уроженцем Инэра; у него, как и у женщины в сером, не было теней. – А позиция Арлина представляется мне ясной и без того, чтобы её выслушивать. Давайте начнём с вопросов.
«Точнее, с допроса», - подумал Рейне. Инэрец взглянул на него, приподняв бровь.
– Так и сделаем.
– Председатель кивнул. – Я начну. Джоссеф Арлин, скажите собранию, что вы знаете об особе, которая называет себя Бабочкой?
– Ничего, - ответил Арлин. – Она пришла позавчера ночью…
– Пришла? – перебил Лаббер, жадно подавшись вперёд. – Пришла?
– Появилась на паутине, - исправился Арлин. – Во время репетиции.
– В котором часу?
– Через минуту после полуночи.
– Да неужели?
– Есть свидетели, - пробормотал Арлин. – Вся танцевальная группа. Они видели её и слышали бой часов.
– Какое удивительное совпадение! – воскликнул Лаббер тоном, который яснее ясного говорил – ну вот, я же предупреждал, я же говорил, что всё подстроено… - И никто не знал о том, что она появится! Как тонко всё спланировано!
– Я ничего не планировал, - сказал Арлин
Председатель поднял руку, призывая к порядку.
– Джоссеф, вы же понимаете, что мы не можем доверять каждому вашему слову? По причине, которая хорошо известна и вам, и господину Лабберу, и всем присутствующим – по крайней мере, нам, членам Совета?
«Вот оно, - подумал Рейне, - вот то, чего он боится».
Арлин кивнул, униженный и полностью павший духом.
– Хорошо, - сказал Председатель. – Господин Сарро, вы были знакомы с особой, называющей себя Бабочкой, до нынешнего Карнавала?
Рейне выпрямил спину.
– Нет, я её не знал и не знаю. Я никогда не видел её без грима.
– И вы не знаете о ней ничего такого, что следовало бы сообщить Совету?
– Нет, не знаю.
Кай Морено хмыкнул и коснулся браслета на правой руке – грубого кольца из тёмного металла, похожего на часть кандалов. В тот же миг женщина в сером подняла голову и негромко сказала:
– Это ложь.
Наступила тишина. Рейне почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Если сейчас он не придумает, что сказать, им конец – им всем, всему «Цирку скитальцев». Главное, чтобы они не поняли, что Марика тоже знает нечто важное, главное, чтобы они не напоролись на тайну, которую можнораскрыть прямо сейчас…
– Я знаю, - сказал он очень медленно, взвешивая каждое слово, - что она танцовщица высочайшего класса и, следовательно, до Карнавала работала в «секунде». Я знаю, что ни один из ныне здравствующих танцоров, включая и меня, не сумел бы показать «полёт крылатки», следовательно, её способности уникальны. Что же касается её личных качеств, её прошлого… - он сделал паузу. – Я лишь могу предположить, что она гестийка.
– Вот как? – на лице Председателя отразился неподдельный интерес. – Почему же?
– По двум причинам, - сказал Рейне, стараясь даже краем глаза не смотреть ни на Арлина, ни на Марику. – Во-первых, я неоднократно слышал от своих учителей, что умения гестийцев превосходят все возможные и невозможные достижения циркачей, в чьих жилах течёт кровь любого из народов Таррии. Во-вторых, она носит гестийскую кисточку.
Женщина в сером кивнула, и Рейне постарался не думать, что это означало.
– Кисточка… - задумчиво проговорил Председатель. – Любопытно. Вы что скажете, господа?
– Это очень интересно, - сказал Лай-Лило, хищно улыбаясь. – С учётом того, что гестийцы, при всех своих неоспоримых умениях, не выступают в цирке, потому что им этого не позволяет Морской завет. С учётом того, что кисточка ещё не говорит о принадлежности к гестийскому народу. С учётом того, что мы ничего не знаем об этой Бабочке…
– Морской завет немного стоит после катастрофы, что случилась в Гестии, - возразил Реми Кабин, патрон «Танцующих звёзд», до сих пор хранивший молчание. – Да, я полагаю, она может быть из Детей побережья – это многое объясняет.