Карнавал Хилл

Валенти Сюзанна

— Привет, красотка, — пробормотал Джонни-Джеймс, глядя на меня сверху вниз, и на его губах заиграла улыбка, которая, казалось, была полна облегчения, хотя она снова исчезла так быстро, что я не могла быть уверена. — Ты хорошо себя чувствуешь?

— Мне бы не помешала вода, — ответила я, облизывая губы и ощущая вкус крови из пореза на одной из них.

Появился стакан с соломинкой, засунутой в верхнюю часть, и Джей-Джей поднес ее к моим губам, удерживая на месте, пока я пила и вздыхала.

— Ты можешь сесть, если хочешь, — сказал Джей-Джей, вручая

мне маленькую штуковину для управления кроватью, и я поиграла с ней, пока не села практически вертикально.

Я опустила взгляд на свою забинтованную руку, чувствуя тупую боль и в левой ноге, пытаясь собрать воедино то, что произошло, но часы, которые я провела, запертая в том сейфе, слились в один долгий кошмар, и я не была полностью уверена, насколько мои воспоминания об этом отражали реальность, а насколько были плодом моего воображения.

— У тебя жуткий порез на ноге, — мягко объяснил Джей-Джей, приподнимая одеяло, чтобы показать мне повязку, наложенную на левую икру. — Но его уже обработали и заклеили, так что через пару недель все будет в порядке. И они сказали, что твои пальцы просто сильно ушиблены и распухли — переломов нет.

Он ободряюще улыбнулся, снова укутывая меня одеялом, и я вздохнула, откинувшись на подушки и поправляя больничный халат здоровой рукой.

— Кто бы мог подумать, что обрушение на тебя здания окажется настолько… обыденным, — пробормотала я, осознавая произошедшее. Я явно была обезвожена и немного потрепана, но приходилось признать, что это почти чудо — отделаться лишь несколькими ушибами после такого кошмара.

Я оглядела роскошную больничную палату, в которую меня поместили. Меня окружали стены цвета лаванды, а на широком подоконнике стояла высокая ваза с цветами.

— Черт, — пробормотала я, взглянув на иглу, воткнутую в тыльную сторону моей ладони, и прикрепленный к ней пакет с жидкостью. — Мы должны убираться отсюда к чертовой матери, пока они не пришли спрашивать, как я собираюсь платить за это место.

— С этим разобрались, — твердо сказал Фокс. — «Арлекины» заботятся о своих.

— Ты хочешь сказать, что членство в банде предоставляет медицинскую страховку? — Я поддразнила, но, когда ни один из них не засмеялся, мое веселье сменилось хмурым взглядом. — Чего вы мне недоговариваете?

— Тебе нужно еще немного отдохнуть, — мягко сказал Джей-Джей, натягивая на меня одеяло, чтобы я получше укуталась.

— Просто выкладывайте, — потребовала я, пока он избегал моего взгляда, и Фокс вздохнул, опускаясь на стул рядом с моей кроватью и пристально глядя на меня.

— Они прекратили поиски, колибри. Они прекратили поиски выживших под обломками, — медленно объяснил он.

— И что? — Потребовала я ответа. Может, я все еще и была не в себе, но у меня было достаточно ясных минут, чтобы понять, что прошло уже несколько дней с тех пор, как они вытащили меня из-под обломков здания.

— То что… Чейз не выбрался, — выдохнул Фокс, на его лице была написана боль, когда эти слова слетели с его губ.

Я услышала их. Я поняла их. Но

они не проникли дальше в мое сознание. Я осознавала их смысл, знала, что они значат, но сразу же отвергала, едва только они достигали меня.

— Нет, — просто ответила я.

Я и раньше была вдали от своих мальчиков. Я была далеко, и мне было больно за них, и из-за всего, что они сделали, но глубоко внутри я все еще чувствовала, что они рядом. Иногда это было похоже на осколок стекла, вонзающийся в мое сердце, а иногда на поцелуй, прошептанный в мои губы, пока я спала, но в любом случае я их чувствовала. Я чувствовала их тогда, и сейчас, и всегда, и я все еще чувствовала его.

— Нет, — повторила я более твердо.

— Красотка, — прохрипел Джей-Джей, его рука снова нашла мою, и его медово-карие глаза наполнились слезами, когда он посмотрел на меня с такой болью в сердце, какую я никогда не считала возможной. — Мы оставались там несколько дней. Мы не спали, почти не ели… мы только и делали, что копали и копали, но прошло слишком много времени. Завалы стали слишком прочными. Власти отменили поиски выживших и…

— Нет! — Я закричала на него, вырывая свою руку из его и отвешивая ему пощечину, когда он попытался взять ее снова.

Джей-Джей дернулся назад, почувствовав, как моя ладонь ударила его по щеке, и боль в его глазах пронзила меня, как лезвия бритвы, но мне было все равно. Потому что этого вообще не должно было быть. В этом не было никакой необходимости.

— Я чувствую его, — прорычала я, ударяя себя в грудь над сердцем так сильно, что стало больно. — Он все еще здесь, а это значит, что он все еще где-то там. Так что перестаньте так на меня смотреть и давайте пойдем и найдем его.

Я схватилась за пластырь, удерживающий иглу в моей руке, и выдернула ее, выругавшись от боли, но сбросила с себя одеяло, даже не взглянув, чтобы посмотреть, насколько сильно у меня идет кровь.

Мне просто нужно было выбраться отсюда. Я должна найти его. Эта боль в моем сердце была связана с ним, и она притягивала меня к нему. Все, что мне нужно было сделать, это вернуться туда, и я знала, что разберусь во всем. Он ждал, что мы его спасем. Я чувствовала это. И я не собиралась его подводить, какое бы дерьмо ни произошло между нами.

Фокс и Джей-Джей схватили меня, пытаясь вернуть обратно в кровать, но я ударила их по рукам и оттолкнула, игнорируя то, что они говорили мне, и сосредоточившись на единственном, что имело значение.

Чейз был где-то там, и я была нужна ему.

Это было все, что меня волновало.

Я вскочила с кровати, но при попытке встать у меня вырвался крик, ноги подкосились, и я рухнула на пол.

Боль пронзила мои ступни и ноги, что было явно результатом часов, которые я провела взаперти в том аду в этих гребаных туфлях, неспособная сделать ничего, кроме как стоять в них и биться о стены в агонии.

Сильные руки обхватили меня и подняли с пола как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и в нее поспешно вошли несколько медсестер и врач.