Карма

Найт К. А.

Когда док заканчивает, я зову Доджа, и когда дверь закрыта, мы снова разговариваем.

— Меня правда накачали? — спрашивает Зейн, откидываясь на кровать, его рука с капельницей вытянута, будто он не хочет на неё смотреть. — Стоп, это была ты? — он смотрит на Бэксли. — Если да, тебе не нужно было меня накачивать… ай! — Кейн отвешивает ему подзатыльник, проходя мимо к кофе.

— Тебе повезло, что она заметила. Она, возможно, спасла тебе жизнь. И уж точно спасла твоё достоинство, — огрызается он.

— Достоинство?

У меня его никогда не было, — говорит Зейн, заставляя меня ухмыльнуться, но я это скрываю, когда Кейн сверлит нас взглядом.

— Ты помнишь прошлую ночь? — спрашивает Бэксли, выглядя немного отстранённой.

— Не особо, но я постараюсь, — Зейн вздыхает, закрывая глаза. — Сразу после того, как вздремну. Разбудите меня, когда капельница закончится.

Оставив его, потому что у него есть оправдание, я иду к столу, беру кофе, который размешивает Кейн, и, проходя к ванной, отдаю его Бэксли.

— Одежду скоро доставят. Я сначала умоюсь. Мы уйдём, как только Зейн будет готов, — кричу я.

— Смотри-ка, берёшь всё в свои руки, — дразнит Кейн, начиная без жалоб делать ещё один кофе.

— Кому-то же надо было, раз вы оба были слишком заняты тем, что трахались, — бурчу я, захлопывая дверь у них перед носом и вовсе не чувствуя себя обделённым.

Ни капли.

Организатор и менеджер отеля извинялись так усердно, что мы едва успели сесть в машины и уехать домой. Думаю, они просто боялись, что сделает Кейн. И правильно боялись. Я знаю, что он уже строит планы, потому что он всё утро в телефоне. Есть одна вещь, которую точно нельзя делать, так это лезть к его семье.

Когда мы возвращаемся, Бэксли уходит заниматься чёрт знает чем, но через двадцать минут находит нас в кабинете охраны со стаканом в руке. Она суёт его Зейну, а тот смотрит растерянно.

— Это полезно, поверь мне. Я однажды случайно приняла ЛСД, и эта штука спасла меня на следующий день.

— Как можно случайно принять ЛСД? — спрашиваю я.

— Тебе лучше не знать, — отмахивается она, устраиваясь в кресле и начиная крутиться перед экранами. — Что мы делаем?

— Просматриваем записи безопасности из отеля, надеемся увидеть, с кем встречался бармен, — признаюсь я, загружая следующий час и начиная прокручивать, высматривая знакомое лицо. Она подкатывается ближе, кладёт голову мне на плечо. Моё внимание разрывается между ней и экраном, и я едва не пропускаю его.

— Вот, — говорит она, и я перематываю назад и нажимаю воспроизведение. Она права. Это загрузочная зона вчера днём. Бармен там с кем-то ещё. Капюшон натянут, лицо скрыто, но он передаёт флакон. — Это и должно быть наркотиком. Есть чёткий кадр его лица?

Я пролистываю другие камеры, пока

нам не везёт, и когда он поднимает голову, чтобы перейти улицу, мы его видим.

— Ну конечно, — Бэксли смеётся, и мы поворачиваемся к ней.

— Ты его знаешь? — спрашивает Кейн, и она откатывается назад. Я тут же скучаю по её теплу и хочу снова притянуть её ближе.

— А кто не знает Флетча? Он… добытчик всего странного и чудного. Чем страннее, тем лучше. Он сделает что угодно за деньги. Я как-то слышала, что он украл для кого-то обезьяну, но, когда попросила, он не захотел выпустить львов из зоопарка для меня. Ублюдок. Дайте мне сделать пару звонков, выяснить, где он, и мы потом найдём его и спросим, кто его нанял.

Я смотрю, как она звонит, пока кто-то не отвечает, и включает громкую связь, всё ещё крутясь в кресле.

— Флетчер, ты хорёк, — приветствует она, но в голосе слышится веселье.

— Твою мать. Тут было тихо. Я думал, нам повезло, и ты сдохла, — отвечает ворчливый голос.

— Тебе так не повезёт. Мне нужна помощь, — она на мгновение перестаёт крутиться, пока мы наблюдаем за ней.

— Я уже говорил тебе, я не буду вламываться в кабинет президента и делать фальшивые нюдсы с ним. Не хочу, чтобы меня отправили в неизвестные места на всю жизнь. Просто забей.

Она смеётся.

— Не это мне нужно в этот раз, но приятно знать, что ты всё такое же ссыкло. Вчера в отеле «Opulence»¹⁵ ты дал одному мужчине наркотик, новый, дорогой уличный наркотик. Кто тебе заплатил? — спрашивает она.

— Бля, Карма, ты же знаешь, мои клиенты конфиденциальны. Я же не разболтал, когда ты разнесла к чертям весь адвокатский офис только потому, что они сказали, будто ты и Тейлор не подходите в опекуны…

Я приподнимаю бровь, и она выключает звук, глядя на меня.

— Не осуждай меня. Они были снисходительными ублюдками, пытаясь забрать у нас Лорен. Я просто научила этих импотентных дебилов не лезть, — она включает звук обратно. — Да, ну и я в тот раз не дала копам схватить тебя после того, как ты врезался на нашей машине в полицейского коня, так что выкладывай. Не заставляй меня искать тебя. Мы оба знаем, что ты не продержишься и минуты под пытками.

— У меня синяки легко остаются, — вздыхает он. — Ладно. Если они узнают, моей репутации конец…

— Флетчер, — предупреждает она.

— Ладно, ладно, господи, держи сиськи при себе, — сдаётся он. — Я не знаю его имени. Но лицо у него было приметное. Голубые глаза и шрам на шее под татуировкой мотылька. Жуткий ублюдок на харлее. Он сказал мне, где и что ему нужно. Хотел что-то, что не убьёт, но будет чертовски унизительно. Для шантажа, думаю. Это всё, что у меня есть.

— Хороший мальчик, возвращайся к роли химика, — говорит она.

Бэкс сбрасывает вызов и смотрит на нас, но я уже в раздумьях.