Карма
Шрифт:
— Я давно не играл. Может, даже звучать будет не так из-за уха…
— Хватит оправданий. Я вижу, что ты это любишь. Возможно, ты никогда не объездишь весь мир с выступлениями, но хочу, чтобы ты выступал для меня всю нашу жизнь, начиная сегодня. Давай, малыш, покажи, что ты умеешь.
Я не могу ей отказать, да и потребность играть тоже не отпускает. Выпрямляюсь и нажимаю первую клавишу, и всё возвращается. Не успеваю опомниться, как музыка заполняет пустой театр. Это пьеса, которую я много раз разучивал с учителем. Мне приходится подстроиться под звон в ухе, но вскоре глаза сами закрываются, и я отдаюсь мелодии целиком. Когда всё заканчивается,
— Я не особо разбираюсь в фортепианной музыке, но даже я знаю, что это было невероятно.
Я обнимаю её за талию и тяну к себе на банкетку, между моих ног, опуская подбородок ей на плечо.
— Спасибо.
— Всегда, — шепчет она, прижимаясь ко мне. — Сыграешь мне ещё?
Я улыбаюсь по-настоящему, беру её руки и прижимаю к клавишам.
— Давай сыграем вместе.
В пустом театре, где я когда-то мечтал выступать, я играю свою последнюю песню с женщиной, которую люблю. Младший я осуществляет свою мечту, пусть всего на одну ночь, и всё это благодаря ей.
Два месяца спустя…
— Я, вообще-то, пулю за тебя поймала, — раздражённо бурчу, пока доктор обрабатывает рану. Пуля прошла навылет и особого вреда не нанесла, раз попала в руку, но Кейн сверлит меня взглядом. Зейн стоит рядом, держит меня за другую руку, а Нео гладит по волосам. Я даже не пытаюсь объяснить им, что меня латали уже сто раз, потому что им плевать. Любой намёк на мою боль вгоняет их в панику. Однажды я просто ушибла палец на ноге, и они вызвали, мать его, врача. Ненормальные.
— Малышка, это из-за тебя в нас вообще стреляли, — мягко дразнит Зейн.
— И что? Я всё равно поймала пулю, — рычу я. Он целился в Кейна.
— Ты права, малышка. Абсолютно права, — он кивает, и мы все смотрим на Кейна.
— Ты наказана, — рычит он. Я знаю, что это из-за заботы обо мне, но я прищуриваюсь в ответ, подстраиваясь под его взгляд. — Я серьёзно, чертовка. Ты устроила драку с группой ассасинов. Ты вообще о чём думала?
— Мне было скучно, и я хотела посмотреть, кто победит, — бормочу, а потом тыкаю в него здоровой рукой. — И ты не имеешь права меня наказывать. Попробуешь – я разнесу дом так, что не к чему будет меня “привязывать”.
— Бэксли, — предупреждает он.
— Кейн, — огрызаюсь я.
— Ладно, ладно, что сделано, то сделано, — их отец вздыхает и грозит мне пальцем. — Больше никаких догонялок с ассасинами, — он ухмыляется Тейлор. — Ну же, дорогая, пойдём доиграем нашу партию в шахматы. Уверен, с уроками Бэксли ты однажды меня всё-таки обыграешь.
Тейлор кивает, бросая на меня убийственный взгляд.
— Наказана, — беззвучно произносит она, но всё же выходит за ним. Лорен и Томми играют в саду с Доджем, и я смотрю в окно, как Тейлор машет ему рукой и задерживается поболтать. Он улыбается, что стал делать всё чаще, и всегда ей. Подозреваю, что они трахаются, но каждый раз, когда я это озвучиваю, она меня бьёт. Ничего, однажды выясню. Я поставила камеры в его комнате, так что посмотрим.
Я даже не понимаю, как это случилось, но
— Готово. Через пару дней будете как новенькая, — заявляет доктор, и братья молчат, пока он не уходит, а потом Кейн вздыхает и щиплет переносицу.
— Ты меня в могилу сведёшь, чертовка, — ворчит он.
Я вскакиваю на ноги, целую его в щёку и прохожу мимо, чтобы посмотреть, как Тейлор проигрывает.
— Зато так весело, — я оставляю их разбираться и ускользаю, пока они не вспомнили, что вообще-то злятся на меня за то, что я опять умудрилась пострадать.
Выходя на улицу искать сестру, я оглядываюсь и вижу, как Кейн улыбается, хотя и качает головой, и я ухмыляюсь. Я дралась до последнего, когда они притащили меня сюда жить, но, признаю, это весело. Даже сказала им, что люблю их, прошлой ночью. Это было во время секса, так что хоть какое-то оправдание есть, но они мне этого не дают забыть. Если они продолжат, мне придётся убить одного из них, чтобы обозначить границы, или, может, я позволю им. Репутацию всё-таки надо поддерживать, но они, возможно, исключение из моих правил.
Только я им об этом не скажу.
Дверь распахивается, и я встречаюсь с обеспокоенным взглядом Кейна, когда он вопросительно приподнимает бровь.
— Рассуди наш спор. Твой брат считает, что Годзилла без рук и ног выиграл бы у Кинг-Конга без глаз и ушей.
Он проводит ладонью по челюсти, обдумывая, и я подхожу ближе.
— Кинг-Конг, — заявляет он.
— Спасибо! — кричу я, но тут раздаётся кашель. Вытягивая шею, я заглядываю в его экран и вижу там отражение рядов людей. — Упс, ты был на встрече? Привет, деловые люди.
Усмехнувшись, он усаживает меня к себе на колени.
— Останься, пока я закончу.
Фыркая, я устраиваюсь поудобнее, но довольно быстро отключаюсь от происходящего, пока терпение не заканчивается.
— Скукотища, — бурчу я, ожидая, что он меня проигнорирует, но он наклоняется вокруг меня, и его голос становится резким:
— Встреча окончена. Продолжим на следующей неделе.
— Но, сэр, мы же только начали, — начинает кто-то, прежде чем он завершает звонок и разворачивает меня к себе.
— Тебе скучно? Хочешь пойти поубивать людей со мной?
— Нет, мне нравится этот наряд. Не хочу запачкать его кровью, — вздыхаю я, когда Нео и Зейн заходят в кабинет и садятся, и мне в голову приходит идея. — Но есть и другие способы убить скуку.
— Я думал, тебе нравится этот наряд, — фыркает Кейн, но уже тянется ко мне, а я ускользаю от его рук, пританцовывая.
— Ну да, конечно, я его сниму, — смотрю на них, нахмурив брови. — Кажется, я вас люблю. Не из-за оргазмов или признаний в моменте, а… я вас люблю, — признаюсь я, а потом захлопываю рот, широко распахнув глаза, и перевожу взгляд с одного на другого, в ужасе от того, что сорвалось с языка.