Каратист: без компромиссов. Том 4
Шрифт:
Толпа вокруг собралась приличная, заполнила весь сквер и вскоре появились местные жандармы, спросили, что происходит. Я не понимал по-французски, они не говорили по-нашему, кое-как объяснялись на ломаном английском.
Любезно проводили меня обратно к гостинице, хорошо, что Крапивин уже ушел и не видел моего триумфального возвращения. Сами жандармы наверняка остались, поговорили с портье, уточнили, действительно ли я прибыл на соревнования, но я этого уже не видел.
Поднялся к себе в номер, принял душ и завалился спать. Ничего другого еще не оставалось,
Проснулся, как обычно, в темноте и посмотрел первым делом на часы. Вчера я уже успел выставить их на местное время и увидел, что сейчас тут уже шесть утра.
Как раз, то, что надо. В соседней комнате спал Щепкин. Я опять переоделся и отправился на пробежку. Пробежаться по утреннему Парижу, что может быть еще лучше.
Когда я прибежал обратно после восхитительной пробежки, нас уже позвали завтракать. А затем мы отправились на чемпионат.
Глава 18
Чемпионат
Соревнования проходили в «Стад Пьер де Кубертен», крытой арене вместимостью четыре тысячи мест, постройки тридцатых годов.
В нем два больших зала, в одном проводят соревнования по волейболу и баскетболу, а в другом — по дзюдо. Ну, а сегодня и мировой чемпионат по карате. Мы приехали на вчерашнем синем микроавтобусе «Renault Estafette», быстро выгрузились на площадке перед стадионом и отправились внутрь.
Тут же выяснилось, что мы прибыли даже немного поздно, и теперь надо пробираться сквозь массу народа. Ох ты ж, сколько тут привалило поклонников карате.
Целая толпа зрителей, по большей части, молодежи, почти непрерывным потоком заходила в центральные ворота на территорию стадиона, а там уже и сразу дальше, в здание. Ох, точно, я же совсем забыл, что это мировой чемпионат, а значит, сюда прибыли болельщики карате со всех стран.
Вернее, из стран-участников. А поскольку на этот раз участвуют двадцать три страны, включая СССР, то посмотреть на это зрелище собралась куча народу. Ну что же, хорошо, только как бы нам теперь пробраться внутрь. Мы пристроились в хвосте очереди и вместе с весело галдящими зрителями вошли в здание сталиона.
Итак, хорошо, что у нас там дальше? Внутри вся толпа без разбору устремилась направо по коридору, видимо, там и будут проходить соревнования.
Наш сопровождающий, к сожалению, уже успел убежать по делам. Схватил наши бумаги и скрылся в толпе впереди, только его и видали. Мы пытались его поймать, но он уже пропал из виду. И не оглянулся на крики.
Впрочем, когда мы сунулись было в зал, он вдруг тут же появился из толпы. Уже без бумаг, все такой же улыбчивый, мужчина среднего роста, чуть лысоватый, но тоже безумно влюбленный в карате.
Он замахал руками, не давая нам войти в зал, указывал дальше по коридору и кричал.
— Месье Лемар говорит, что переодеваться надо дальше, — сказал переводчик, тоже появившись рядом с нами. Надо же, как они вовремя вдруг все здесь объявились,
Ну ладно, не знаю, как у других, но у меня нет ничего ценного, только немного мелочи в карманах. Поэтому я с готовностью отправился дальше по коридору и вместе с другими нашими участниками быстро нашел раздевалку.
Действительно, просторное помещение с большими окнами и множеством шкафчиков и скамеечек, расставленных по периметру, вдоль стен. У входа находился стол служителя стадиона, он выдавал ключи от шкафчиков, а мне попался номерок сорок семь.
В помещении полно других спортсменов, все они переодевались в каратеги, некоторые поспешно и лихорадочно, а другие неторопливо и спокойно. На стене висели большие белые часы с черными стрелками, они показывали, что до начала соревнований осталось всего минут двадцать.
Мы нашли свои шкафчики и начали переодеваться, причем мне досталось место отдельно от остальных. Я успел натянуть куртку и штаны, размотал пояс и выравнивал его, когда услышал рядом крики и возню.
Оглянулся, а рядом горячо спорили двое парней. Один смуглый и мускулистый, похожий на тех кубинцев, что я видел в Гаване, он стоял в белых штанах, обнаженный по пояс, а короткие курчавые волосы на голове и груди интересного медного оттенка.
Сейчас он очень быстро жестикулировал и что-то объяснял на испанском своему собеседнику, белокожему высокому блондинчику с синими глазами и тонким носом, а волосы у него разделены надвое прямым пробором. Тот уже успел надеть и штаны и куртку, и даже повязал черный пояс, но сейчас что-то кричал в ответ медному испанцу.
И едва я успел на них глянуть, как горячие парни решили, что слов недостаточно и перешли к делу. Причем, даже нет, первым это решил смуглый, он чуть отклонился назад, взмахнул ногой и нанес своему собеседнику йоко гери в голову. Очень быстро и сильно, я даже не успел понять, как все произошло.
Бедолага блондинчик тоже не ожидал такой внезапной атаки, он едва поднял руки, чтобы поставить защиту, как получил пяткой в лицо, упал назад, сломал дверцу своего шкафчика, влетел внутрь и остался там без сознания. А его вещи вывалились наружу.
Впрочем, смуглый не угомонился, опустил ногу, снова поднял и нанес еще один удар, опять в лицо своему противнику, даже несмотря на то, что тот уже валялся в глубокой отключке. Металлический шкафчик от его удара жалобно задребезжал.
И, судя по всему, смуглый не собирался на этом останавливаться. Опять опустил ногу, опять решил ударить. Эй, зачем бить лежачего и оставшегося без сознания? В третий раз, он ведь уже не может ответить.
Поэтому я вмешался. Когда смуглый снова хотел ударить, я сам вытянул ногу и ударил по нему. Ну как, ударил. Просто пихнул в сторону.