Каратели

Хард Леона

Вскоре мне надоело смотреть на звезды, а мысль «где Диана?» с каждой минутой настойчивее трезвонила в голове. И звезды не настолько сильно привлекали.

Корпус поднял, удобно устроился на теплом песке, нагретом за целый день. Рядом лежал букет с цветами. Если подсчитать, сколько я здесь валялся, то выходит время больше десяти вечера, а гостьи на пляже не видел.

Насвистывать песню прекратил. Выудил голубую розу из букета, без шипов, полюбовался крупными лепестками нежно-голубого цвета. Каждый цветок в букете имел свой неповторимый цвет: зеленый, бордовый,

какой угодно.

От досады букет отшвырнул, а розу повертел, рассматривая со всех сторон. Один листок оторвал и произнес океану и белому песку:

– Сука.

Отпустил лепесток и тот красиво славировал на песок. Медленно, не спеша, он словно наслаждался секундным полетом и ощущением свободы.

– НЕ сука!

Оторвал лепесток, и он вслед первому плавно опустился на белый песок.

Начал подсчитывать. Сука — означало не придет. НЕ сука — хорошая девочка, придет.

И с каждым новым оторванным лепестком возникало желание отодрать цветок от стебля и полностью скормить Диане. Каждый лепесток заставить съесть. Как она всегда ухитряется испортить мне настроение взмахом пальчика? Сопротивление бесполезно изначально. Ведь захочу и возьму, смысл говорить «нет»?

– Гектор?
– сбоку присел Игорь, подтолкнул плечом с целью отвлечь мое внимание от розы и издевательств над ней. Подчиненный оглянулся по сторонам, будто за ним слежка. Удостоверился в тишине и моем одиночестве.

– Всё сделал?
– уточнил я, с наслаждением отдирая очередной лепесток от стебля.

– На двести процентов!
– гордо озвучил Игорь и наклонился к моему уху, а я унюхал алкогольные пары. Невероятные по насыщенности.

Оттолкнул мешавшее тело подчиненного.

– А обязательно было нажираться для дела? Как это на двести?

– Это значит два раза по сто!
– Игорь рукой с важным видом прочертил в воздухе линию.
– Алкоголь развязывает язык, тебе ли не знать!

– Мы сгорим в аду!
– подвел итог своей жизни.
– Вот сссууука!
– произнес, когда последний оторванный лепесток именно это и подтвердил, что сука «не придет».

– Кто? Я?
– искренне удивившись, воскликнул Игорь, пальцем указал себе на грудь, скрытую черной футболкой с изображенным черепом на ней.

– Да причем тут ты?
– отмахнулся от нелепого идиота, а ободранный, одинокий стебель швырнул вперед.
– Я тебя что ли собрался трахать? Вали отсюда. Не мешай мне. Исчезни. Испарись! Ты на сегодня свободен. Пшел отсюда!
– подтолкнул его в плечо, на что Игорь слегка завалился на бок, но рукой приостановил падение лицом в песок.

– Слушай...
– шепотом, едва слышно произнес Игорь. Вновь оглянулся по сторонам и продолжил. — Ты в курсе, что Диана собралась бежать?

Игорь хитро улыбался и ждал ответа.

– Предполагаю, что она настолько упертая и эта глупая мысль у нее есть.

– Нет. Она конкретно собралась бежать!
– Игорь по-идиотски повел бровью вверх-вниз, вверх-вниз. И с застывшим лицом и приоткрытым ртом ждал реакции. Любит он шоу и спецэффекты. Мне следовало его сейчас молить продолжить

доклад.

Я решил ограничиться подзатыльником.

– Быстрее!
– скомандовал после того, как звонко шлепнул ладонью по бестолковой голове подчиненного.

– Она списывается со своим дружком, - Игорь сощурился и погладил затылок, снимая неприятное ощущение.
– Представляешь почтовых голубей, вот это что-то типа того же. Только почтовый ворон. Увидишь на острове черного Ворона — сверни ему шею!

– Охраняй чертово дерево!
– указал на песок, чтобы сидел здесь и не двигался. Сам встал и побрел в сторону серпантина. Медленно, потом быстрее и быстрее.

Ускорял темп ходьбы. Потом рванул по песчаной дорожке, цепь привычно холодком ударила по бедру. Сквозь материал шорт отлично чувствовал ее холод. Темнота давила со всех сторон, тянула мерзкие руки и душила. Страх душил.

«Ты не посмеешь сбежать к нему!»

Сердце колошматило, больно долбило в груди. От этих ударов было физически больно.

Остановился возле знакомого деревянного, ветхого дома. Несколько секунд не решался открыть дверь. Пальцами, изуродованными корявыми венами, вцепился в металлическую ручку и замер. Опасался открыть дверь и узнать правду.

А если она сбежала?

Ждал...ждал.

Потом открыл и погрузился в темноту кухни. Здесь нет. Справа — в комнате, обнаружились два спящих ребенка, один в деревянной колыбели, другой на единственной кровати. В комнате слева тоже пусто.

Нет...нет...нет. Ее нет в доме. Дышать нечем в этом тесном доме.

Спокойно!

Пальцами перебрал непослушные волосы и убрал назад, чтобы не мешали ходить по кухне назад-вперед, тяжело дышать и трезво анализировать.

Я просидел больше двух часов возле дерева. Ее там не было, я не мог пропустить. Куда могла деться? Рано трубить тревогу.

«Я убью тебя, если посмеешь сбежать. Убью. Убью, если он еще раз к тебе прикоснется.»

Кровь бурлила в венах, сердце громко стучало и отдавалось во всем теле, а я задыхался от банального страха потерять девчонку.

«Каждую косточку в теле перебью и ему...и тебе. Так что не сможешь больше никогда бегать от меня.»

Диана — это имя. Чёртово имя. Проклятье на мою голову. Это имя пульсировало в висках, в ушах, на кончике языка, готового произнести вслух ее имя. Позвать. Спросить у темноты, где Диана.

Заглядывал в каждый чертов дом, пока не нашел ее подружку — Элю. Распахнул дверь в дом и шарахнул ею о стену. От громкого звука Эля в белой ночной рубашке спрыгнула с кровати, а выводок детей начал испуганно кричать.

– Где, бл*дь, твоя подруга?
– перекричал детские возгласы.

Как приведение, Клеймённая медленно отступала назад, пока не остановилась возле шкафа, спиной прислонилась к дверце, половина лица скрыта челкой, но по одному глазу и жестам понятно, что она напугана. Обхватила себя, согревая руки или прогоняя оцепенение от моего голоса.