Каратели
Шрифт:
— Я здесь не поеду. Ни за что! Хоть убейте!
Душан часто закивал, соглашаясь с братом, — мол, стреляйте нас, режьте, но ни шагу вперед.
Что ж, этого следовало ожидать. Придется провести разъяснительную работу. Но сначала надо определить границы аномалий.
Я надеялся, что проход между аномалиями есть. Я ошибся.
— Нет прохода, — уверенно заявил Ворон. — К забору вплотную примыкают с двух сторон. И по центру между собой внахлест лежат.
Это
Быстрее? Медленнее? Тут я прикидывал на глаз. У гаек слишком маленькая масса, чтобы можно было уловить разницу в скорости. Зато я точно определил границы локальной зоны, где аномалии соприкасались. Предположительно, в этой зоне действие каждой из «воронок» ослабевало, ибо они с равной силой тянули к себе предмет. В результате, думал я, притяжение компенсировалось.
Вот тут-то и можно проскочить. Или хотя бы попытаться. Это наш единственный шанс попасть на другую сторону.
Вполголоса, так, чтобы не услышали братья, я изложил свои соображения сталкеру.
Ворон прикусил губу:
— Это может получиться, если идти медленно и четко по центру стыка. Но я не слышал, чтобы кто-нибудь отваживался на такое…
— Мы не будем тянуть спички, я пойду первым.
— Не надо так, Край… — обиделся на меня Ворон, но я его уже не слушал, я прикидывал, как бы мне преодолеть аномалии.
Удалось выяснить, что по стыку длина локальной зоны составляет что-то около восьми метров. Шестнадцать шагов. Всего-то. Или так: целых шестнадцать шагов. Я твердо знал, что мне их не пройти. Небольшое отклонение в сторону — и меня утянет к пятну. Пешком — никак. А это значит, что в ногах правды нет. Зато она есть в колесах!
Решение пришло ко мне внезапно. От порыва чувств я ткнул Ворона кулаком в живот. Сталкер отшатнулся и покрутил пальцем у виска. Ничего, мы еще посмотрим, кто из нас с головой не дружит!
Но посмотреть пришлось в другую сторону.
— А это еще что за бомжи? — Сван тронул меня за плечо и указал на людей, что брели по дороге, направляясь к нам. Карателей и путников разделяли полкилометра и две «воронки».
Бомжи? В Зоне не бывает бомжей. А называть так честных бродяг в высшей степени опрометчиво. За такое можно и в глаз получить. Штыком. Если у меня нет тихой квартирки в Чернобыле-4, это еще не делает меня бесполым существом, добывающим себе хлеб насущный из мусорных контейнеров!
Один, два… пять… восемнадцать штук насчитал я, глядя в оптический прицел. Я намеренно назвал количество в штуках. Ибо предметы, которые приближались к нам, не были людьми, их даже нельзя было назвать
— Ну и кто их звал? — процедил сквозь зубы я.
— И не говори, — согласился со мной Ворон. — Только зомби нам и не хватало.
Задача усложнялась.
— Зомби? — услышал Эмир. — Так это правда? Они бывают?
— Правда. — Ворон сплюнул на асфальт. — Кому интересно, могут полюбоваться.
Майор тут же приник к прицелу винтовки.
Что он увидел? Поверьте, ничего достойного вашего внимания. По дороге шли обычные живые мертвецы. Не так уж давно все они были, судя по форме, военнослужащими ВС Украины. А потом что-то произошло. Может, их накрыло выбросом или еще как не повезло, но все они погибли и восстали из мертвых, если пользоваться терминами дешевых ужастиков.
Интересно, что по поводу зомби сочиняют яйцеголовые академики? Сван молчал, а я не стал его расспрашивать. Надо было разобраться с «воронками» до прихода мертвецов.
Я завел мотоцикл, велел не поминать лихом и резко взял с места. «Ямаха» рванула прочь от аномалий, оставив моих спутников в растерянности. Макс Край спасовал перед первой же преградой?! Тот самый Край, известный бандит, намочил подгузник, увидав неполный взвод пехотинцев-зомби?
Что хотите, то и думайте. Главное, чтоб не стреляли по колесам и в спину, а остальное я как-нибудь переживу. Сквозь рев движка пробился крик Свана, ему вторил Ворон, но все это уже не имело значения. Я принял решение. И мне без разницы, поймут меня каратели или нет.
Кстати, по поводу пехоты. Я заметил на плечах некоторых трупаков автоматы. Очень сомневаюсь, что мертвецы сумеют ими воспользоваться (по крайней мере, я не слыхал о подобных прецедентах), но мало ли, чем Зона не шутит?
Метрах в ста от аномалий я притормозил и развернул мотоцикл на сто восемьдесят градусов. Я вовсе не собирался бежать, я не дезертир. Согласитесь, как минимум глупо скрываться от человека, который одним нажатием кнопки оторвет мне голову. У Свана есть пульт, я ни на мгновение не забываю об этом.
Выжав газ, я стартовал так, что покрышки задымились, оставив позади черный след. Кранты протектору. Ну да бог с ним, мотоцикл не мой, чего переживать.
Движок ревел, выхлоп отравлял воздух Зоны, а я наслаждался скоростью. Секунды казались вечностью. Говорят, мгновения счастья скоротечны, на то они и мгновения. Но тот короткий отрезок дороги, что отделял меня от «воронок», я прожил с искренним удовольствием. Потому что смирился с возможностью гибели. Я знал, что делаю. Шансы равны: классические пятьдесят на пятьдесят. Помните шутку о вероятности, выйдя из дому, встретить динозавра? Те же полста на полста — или встретите, или нет. Слава Хозяевам, своего динозавра я не встретил.