Карат. Чёрное сердце

Синякова Елена

Найдем ли мы мистера Робстона и будет ли в этом какой-либо толк.

…а я думала о Карате.

Ругала себя и пыталась найти оправдание этим мыслям, но не получалось.

Говорила себе, что без него будет сложно. Без его хитрости, без его наблюдательности.

А еще думала, что я была виновата в том, что он не возвращался домой.

– Все в порядке?
– Сапфир посмотрел на меня через зеркало, что висело впереди над ним,- Выглядишь слишком задумчивой.

– Это все из-за туфель, - криво улыбнулась я, чувствуя себя неловко, и в сотый раз пытаясь натянуть подол платья

как можно ближе к коленям. Но не получалось даже не смотря на то, что материал был тонкий, эластичный и приятный на ощупь, - Как я буду драться в них в случае необходимости, когда едва могу ходить?

– Просто разуешься и все, - улыбнулся он своей шикарной белоснежной улыбкой.

– Поэтому нижнее белье у тебя кружевное и черное, - с улыбкой поддержала Мишка, - Если будешь махать ногами, как на тренировках, выглядеть будет очень красиво!

– Я вас покусаю, как только вернемся домой,- устало выдохнула я, прикрывая глаза и безуспешно пытаясь разобраться в себе.

Все это было так чуждо мне, и так тяготило.

Хотелось просто вернуться в бескрайние ледяные просторы, чтобы спокойно спать ночами и не подскакивать от каждого шороха. Чтобы быть уверенной в том, что каждый будущий день будет мирным и по давно заведенной традиции. Чтобы не чувствовать в своей крови яда его желания, которое опалило меня и оставило жженый след.

Секс никогда не интересовал меня.

Всю свою осознанную жизнь я хотела быть воином, достойным своего великого отца и братьев.

И вот моя прежняя жизнь рушилась и тлела каждый божий день, открывая во мне то, что я вовсе не ожидала отыскать…

– Относись к этому проще, - вдруг проговорил Сапфир, который кажется все это время внимательно наблюдал за мной, снова заставляя напрячься и сосредоточенно посмотреть в его серьезные спокойные глаза.

– Ты о чем?

– О сексе.

Только последние крохи самообладания удержали меня оттого, чтобы нервно не дернутся на эти слова, которые Сапфир сказал так буднично и спокойно, словно заговорил о погоде в эту ночь.

– Это все часть нашей жизни, Звезда. И только не людей, но и нас. Возможно для нас даже в большей степени, - мужчина пожал своими плечищами, затянутыми в рубашку, выглядя в этот момент непривычно человечным в том, как спокойно и умеючи управлялся с машиной.

 - Без преувеличения могу сказать, что для нашей сумасшедшей крови, секс это единственное спасение, чтобы не впасть в звериную сущность и не начать убивать всех подряд. Своего рода стабилизатор. Сначала верх берут инстинкты. Ты трахаешься до тех пор, пока не почувствуешь себя лучше и плевать на то, что чувствуют другие.

Сапфир покосился на притихшую Мишку, умоляюще выгибая брови:

– Прости, любимая, но это правда.

– Я понимаю, - быстро закивала отважная девушка, не испытывая неприязни или ревности к нему, потому что изучила своего мужчину настолько, что доверяла безоговорочно. А еще принимала его сущность, поняв ее и познав.

– Лишь со временем, когда огонь в крови утихает, и ты начинаешь контролировать себя достаточно, чтобы чувствовать что-то кроме похоти, тогда приходит осознание того, что можно заниматься сексом и даже любовью с тем, кто дорог тебе.

–

Зачем ты говоришь все это мне?
– тихо уточнила я, снова замечая этот странный взгляд, который мужчина бросил на меня.

– Не хочу, чтобы ты была в шоке, когда мы войдем в этот клуб, - он чуть улыбнулся, но было ощущение, что он явно что-то не договаривает.

– И это все?
– изогнула я бровь.

– Да.

– Говоришь так, словно уже бывал в таких местах, - отозвалась тихо Мишка, что сидела рядом со мной, распахивая свои голубые глазища, оттого что ее муж только неловко пожал плечами, явно давая понять, что бывал.

– Я никогда не был пай-мальчиком, любимая, - словно оправдываясь пробормотал Сапфир, улыбаясь виновато и так очаровательно, что едва ли Мишка смогла бы долго на него злиться.

Скоро машина остановилась у неприметного заведения, где на удивление было не очень-то многолюдно. Но те люди, которые стояли и курили у дверей, выглядели совершенно не так, как мы.

– Ты уверен, что это то самое место? – нахмурилась Мишка, подавшись вперед, чтобы рассмотреть получше ничем неприметных людей в джинсах, футболках и самой простой одежде.

– Адрес этот.

Я бы тоже начала сомневаться, если бы не увидела Райли, который вышел откуда-то из-за угла, махая рукой следовать за ним.

– Кажется, нам туда.

Заехав за угол этого заведения стало ясно, что здесь было двойное дно. И подземная парковка, где можно было увидеть не самые дешевые машины, что стояли рядами, строго по разметке на полу.

– Ты в таком виде собираешься идти внутрь? – вместо приветствия проговорил Сапфир, когда ловко выбрался из машины, галантно помогая нам с Мишкой выйти, и глядя на Райли, который улыбался нам, но при этом был в своей привычной полицейской одежде, - Сам же сказал, что здесь дрэсс-код.

– Сегодня черный цвет, - кивнул мужчина, извлекая из форменной куртки несколько черных конвертов, которые были словно обтянуты кашемиром с выбитым замысловатым знаком посередине, - Держите билеты. Без них не пропустят. И без этого.

Райли отошел к своей машине, чтобы достать из бардачка маски, под смешок Мишки:

– Ты серьезно? То есть кто-то действительно считает, что человека невозможно узнать вот в этой нелепости? Или хозяева этой тусовки неравнодушны к экранизации «50 Оттенков серого»?

Я только молчала, внимательно наблюдая за тем, как мужчина выдал каждой из нас по странной маске, закрывающей верхнюю часть лица до носа, с прорезями для глаз и подобием заячьих ушей сверху, оставив себе и Сапфиру похожие только что без ушей.

– Бред какой-то, - буркнула Мишка недовольно, но маску все таки взяла, как и я.

– Вход через парковку. Спускайтесь вниз на самый нижний уровень, там увидите черные указатели на полу и далее по ним.

– А ты? – Сапфир надел на себя маску, протягивая галантным жестом руки ко мне и Мишке, чтобы мы взяли его, но глядя при этом на Райли, который скинул с себя форменную полицейскую куртку, отстегнул кобуру и забросил все это на заднее сиденье своего потрепанного джипа, оставшись в темных брюках и черной обтягивающей футболке, которая только подчеркивала рельеф его стройного тела.