Карантин
Шрифт:
— Прекрасно, — принимая из рук администратора билеты, сказал Чигур. — С одной стороны жаль, конечно, что из-за Барьера телепортация в пределах Земли также стала невозможной. Но с другой — это же отличный повод приобщиться к традиционному авиатранспорту, как вы считаете? Когда еще такое станет для нас возможным? Это же все равно, как в век аэробусов отправиться через океан на роскошном круизном лайнере или, скажем, на комфортабельном и взрывоопасном дирижабле… Гильза, ты готов хорошо отдохнуть?
— Что-то я не очень понимаю… — недоуменно проговорил курьер. — Какой же сейчас
— Твоя правда, — кивнул Чигур. — Сейчас не до отдыха. У нас гораздо более серьезные планы.
— Что-то, связанное с Маятником? — догадался Гильза.
— Да, — сказал Чигур. — Только я бы тебя попросил: с этого момента забыть это слово, и не произносить, пока я того не позволю. Понял?
— Ага… — отозвался Гильза.
Он ощутил удивительный душевный подъем: ведь скоро ему откроется одна из величайших тайн нашего мира! Ему, обычному курьеру, доверят то, чего не знают самые осведомленные люди на планете. Единственное, что не вполне понятно: с чего это вдруг такая честь?
— Я просто хотел, чтобы ты проникся курортным настроением, — продолжил Чигур. — Нам с тобой за границу отправляться, а на отдых с таким, как у тебя видом, не летают.
— А какой у меня вид? — буркнул Гильза. Он никак не мог понять, шутит регистратор или говорит серьезно.
— Слишком уж обреченный, — пояснил Чигур. — А, учитывая, что ты едешь отдохнуть вместе с прекрасной невестой — это может вызвать вполне обоснованные подозрения…
— Какой еще невестой? — опешил Гильза.
— Разреши представить: Лю, твоя невеста, — усмехнулся регистратор. — Как ты не понимаешь — у нас должна быть надежная легенда. Отправься я вместе с ней — это выглядело бы как-то… В общем, несоответствие. Так что, придется тебе отправляться с нами.
Лю смотрела на курьера и чуть заметно улыбалась — одними уголками губ. «Невеста… Легенда…» — мысленно повторил Гильза.
И тут его бросило в жар. Даже перед глазами поплыло — но вовсе не от приятных перспектив.
— Так что же, — проговорил он, — вы меня берете только для того, чтобы соблюсти конспирацию? Для отвода глаз?
— В целом, да, — признал Чигур. — Все регистраторы заняты — слишком напряженная ситуация. А тебе, как я понимаю, заняться сейчас особо нечем. Так что ты вполне можешь сыграть роль легкомысленного туриста, а может даже, и отвлечь на себя внимание противника. Пока мы будем выполнять основную миссию. Но надеюсь, до этого дело не дойдет. Идея, в общем, такова: если не произойдет никаких неожиданностей, всю операцию я проведу самостоятельно. Если со мной что-то случится — дело за Лю. В этом случае ты поступаешь в ее полное распоряжение…
Гильза смотрел в пол. Ему было обидно. Хотя понять регистратора можно: нельзя, наверное, доверять курьеру серьезную роль в такой важной миссии, как спасение Маятника.
Но куда больше Гильзу мучил самый обыкновенный стыд. Оттого, что Чигур, больше чем ему, доверял этой хрупкой девушке. Более того — иномирянке. Пусть даже она — супервайзер самого Великого Инквизитора. Пусть даже — предавшего ее.
Просто есть случаи, когда мужчине невыносима мысль о том, что его работу будет выполнять девушка. Тем более та,
Ему нестерпимо хотелось доказать, что он стоит чего-то большего, что он может внести собственный вклад в спасение родного ему мира. Но все, что он мог сделать сейчас — всего лишь сжать зубы и тихо сказать:
— Понятно, Владимир Иванович. Сделаю все, как надо.
10
Лю ждала во дворе, в такси, Гильза же вызвался помочь Чигуру собраться в дорогу. На самом деле ему было любопытно посмотреть, как живет ведущий регистратор сверхсекретной организации.
И был, мягко говоря, удивлен.
Маленькая квартирка в Черемушках, в чудом уцелевшей панельной «хрущобе», производила довольно гнетущее. Гильзе даже показалось, что Чигур заходил домой неохотно, как-то болезненно морщась.
Действительно, квартира имела совершенно нежилой вид. Коридор был завален кипами старых газет, каким-то древним хламом. В единственной комнате было не протолкнуться среди рухляди, которую представляла собой немногочисленная мебель, среди высоких пыльных штабелей книг — большей частью, специального содержания. Гильза, по вновь обретенной привычке, схватил было одну из таких книг — но тут же с отвращением положил на место: это оказался совершенно нечитабельный справочник по сопромату.
Вместо обоев здесь присутствовали пожелтевшие газеты с обвисшими и скрутившимися, как опавшие листья, углами, да и воздух был затхл и уныл.
Теперь Гильза уже не удивлялся — отчего это Владимир Иванович большую часть времени проводит на работе и так не любит возвращаться домой.
А может, причиной была не бытовая неустроенность, а, скажем, эти пыльные черно-белые фотографии, застывшие на стене?
На одной из них был портрет самого Чигура — моложавого, несмотря на странный, обгоревший комбинезон, напоминающий противоперегрузочный костюм летчика-истребителя. Регистратор был снят в компании с двумя смутно знакомыми людьми. За спиной у них дымились и догорали какие-то обломки.
— С кем это вы? — спросил Гильза.
Чигур отвлекся от собирания сумки, задумчиво посмотрел на снимок:
— А, это? Не узнал, что ли? Это же Королев. И Курчатов.
— А… — протянул Гильза. Фамилии ему ни о чем не говорили, видимо, остались где-то за границей, очерченной пулей. — А что это там, сзади, дымится? На ракету похоже…
— Кое-что испытывали, — уклончиво сказал Чигур. — Не очень удачно, по правде говоря. После чего меня оттуда и… В общем, не хочу говорить об этом.
— А это кто? — Гильза указал на портрет молодого человека в военной форме.
— Сын, — коротко ответил Чигур и чиркнул «молнией» сумки. — Все, поехали!
Путь в аэропорт прошел без эксцессов. Возможно, помогали серебряные талисманы, а может, Паутина просто не замечала их, игнорирующих сотовые телефоны. Но в каждом взгляде Гильзе мерещился недобрый блеск — ведь он знал, что в Паутину бессознательно втянуты многие и многие из тех, кто бродил по зданию аэропорта, сидел в кафе, скучающе стоял у стоек регистрации.