Карандашом на стекле

Восковатая Анна Михайловна

Девушка молча обняла его в ответ.

— Я испугалась, что ты ушел… что не захочешь меня больше видеть. Прости меня… Я не должна была так реагировать.

— Ну, что ты, — пробормотал он в ответ, — это я виноват перед тобой… Очень виноват, — добавил после паузы, вспоминая не Сашу, а вкус губ Виктории.

26 (изменена)

26

Ссора с Мирой осталась в прошлом, как дурной сон. Уже почти неделю в их отношениях царила идиллия. Да и быт как-то сам собой состоялся. Андрей даже начал привыкать к чистоте в квартире и наполненному разными вкусностями холодильнику.

По

утрам Мира убегала в институт, поцеловав его в щеку. Днем он часто заставал свою девочку за мольбертом. Иногда Мира уходила на встречу с подругами, братом или… его матерью. Андрей не собирался в чем-то ограничивать свою девушку. А вечера они обычно проводили вместе и поэтому пытался не задерживаться на тренировке.

Саша не давала о себе знать. Позвонила на следующий день, сказала, что все нормально и ушла во всю в чемпионат, который двигался к логическому завершению.

Виктория исправно ходила на тренировку. Неловкость при встрече между ними продлилась ровно до тех пор, пока Вика в совсем неженской манере высказала ему все, что думает о его тренерской методике после того, как неудачно приземлилась на рампе с его подачи. Получила заслуженный ответ и после этого их отношения вернулись в область френдзоны.

Антон ожидаемо загулял и появился на площадке к концу недели с помятой рожей. Выслушал закономерную лекцию от капитана и извинился перед мелкой.

Влад исправно ходил на тренировки. И даже выполнял все, что просил Андрей как капитан команды, не особо сопротивляясь. О Мире они не разговаривали. Вообще Влад предпочитал не общаться с ухажером сестры. Но Андрей прекрасно знал, что он в курсе ее дел, так как Мира часто общалась с братом.

Жизнь вернулась к прежней рутине: дом, комп, скейты и баллончики с краской, площадка и редкие походы с Мирой на люди. Но в этот раз подобная ситуация его не напрягала, как раньше. Даже чувствовал какое-то удовлетворение, будто нашел то, что давно искал.

Сегодня возвращался с тренировки поздно. Димон предложил попробовать внести в их выступление новые компоненты и вся команда скейтеров увлеченно откатывала программу почти до ночи.

Погода ощутимо испортилась. До недавнего времени стояла теплынь, но октябрь брал свое. И на смену бабьему лету пришли заморозки и дожди. Андрей спешил домой, накинув капюшон куртки на голову, защищаясь от мелкой мороси. Его беспокоила только одна мысль: чем порадовать Миру и есть ли в круглосуточном магазине на углу дома рахат-лукум или стоит завернуть в супермаркет.

Но все его планам не суждено было сбыться. Завернув в арку, которая вела к дому, с удивлением уставился на трех мужчин, перегородивших ему путь. Выругался, когда понял, что и сзади появилась тройка подозрительных личностей.

Прекрасно понимал, что ситуация дерьмовая. Конечно, в клубе случались стычки и драки, но обычно не с таким численным перевесом. Его явно ожидали, так как быстро окружили, не оставляя ни малейшей возможности к отступлению.

Драка началась неожиданно. Растерявшись, Андрей едва успел уклониться от летящего в голову кулака. Но увернуться от всех, следующих друг за другом ударов с разных сторон, не мог. Кулак в бок заставил охнуть от боли и согнуться. Как следствие, пропустил следующий удар в лицо, а подсечка со спины по ногам повалила на землю. Упал на асфальт, судорожно кашляя и отплевываясь от крови из разбитого и скорее всего сломанного носа. Парень попытался подняться, но тут же получил еще один пинок носком ботинка в живот.

Выхода не было. Инстинкты подсказали,

что нужно пытаться спрятать живот и голову. Парень закрыл ее руками и скрутился, защищая внутренние органы, когда со всех сторон на него посыпались удары ногами. Шестеро нападавших избивали его от души.

Боль от ударов оглушала. Андрею казалось, что все тело перемалывают в мясорубке. Не мог сдерживать стоны. В тот момент не думал, за что его так жестоко бьют. Сознание уже балансировало на грани, когда удары прекратились.

Один из мужиков присел рядом и поднял ему голову за волосы. Андрей не мог разглядеть его лица, перед глазами все расплывалось. С трудом понимал слова.

— Тебе же ясно сказали, что девка другому принадлежит. Ты не послушался — влез. Зря! — с усмешкой пояснял ему один из напавших, а Андрей даже ничего не мог ответить на это. — Подумай хорошенько в больничке. По сути у тебя один вариант — уйди с дороги. Иначе… — перед лицом демонстративно мелькнуло лезвие выкидного ножа, — тебя уберут.

Нападавшие наконец оставили его в покое и скрылись на машине.

Андрей какое-то время лежал, не пытаясь встать. Кровь хлестала из носа. Разбитые губы шевелились с трудом. Все тело превратилось в очаг боли. Даже дышать больно. Вполне вероятно сломаны ребра.

Когда попытался встать, понял, что не факт, что куда-то сможет в таком состоянии добраться. Перед глазами все плыло, голова кружилась.

Как сквозь вату услышал чьи-то ругательства над собой.

— Вот же хрень, — пробормотал парень, присев рядом. — Встать можешь? — с трудом разбирал Андрей чьи-то слова, но ответить не смог.

От попыток прохожего поднять его на ноги и дикой боли в области груди, потерял сознание.

Очнулся в больнице. Чувствовал себя отвратительно, да и мало что помнил о первых часах в травматологии. В воспоминаниях остались только обрывки: уколы, голоса медсестер и врачей.

Сюрпризом стало то, что в больницу Андрея доставил Влад. Парень ушел раньше с тренировки, так как Мира позвонила и попросила о встрече. А на обратном пути наткнулся на избитого соперника в арке. Андрей же, справляясь с приступами головной боли и вспоминая слова одного из нападавших, уже давно сообразил кому обязан своим состоянием. Отцу Миры он явно сильно не нравился. Вполне возможно, что Влад даже знал о готовящейся подставе.

О событиях первого вечера помнил смутно. Вроде как Мира приходила, но могло и причудиться. Надеялся, что если девушка и была в больнице, то брат отправил ее домой. Андрей не знал, кто постарался, но все необходимые лекарства, как и сменка одежды, полотенце и остальные бытовые мелочи, лежали на прикроватной тумбочке.

Проснувшись утром, прочувствовал все прелести своего состояния. Лицо опухло, дышать мог только ртом, так как в носу ватные тампоны. Скорее всего появились синяки под глазами и вокруг носа, голова раскалывалась, тошнит, разбитые губы мешают говорить, ребра туго стянуты повязкой на груди и при дыхании пульсирует тупая боль в корпусе. Пытался вообще не двигаться. И мысль, что после аварии было хуже в сто раз не очень спасала.

Не оставалось ничего другого как рассматривать белый потолок и выкрашенные до середины синей краской стены стандартной четырехместной палаты хирургии. Койка напротив была явно занята, о чем свидетельствовали вещи на тумбочке. Но видимо «соседа» отпустили на ночь домой. На второй кровати за поднятой в растяжке ногой в гипсе тяжело было разглядеть ее хозяина. Андрей и не пытался. Не было настроения заводить новые знакомства.