Капо
Шрифт:
— Ты будешь той, кем я захочу тебя видеть. Чего ты не будешь делать, так это продолжать бросать мне вызов. Я изучу каждый аспект твоей жизни, если это то, что нужно, чтобы сохранить тебе жизнь. Точка. Так что, если у тебя есть какие-нибудь маленькие грязные секреты, лучше расскажи мне о них сейчас.
Я затаил дыхание, склонив голову набок и предоставляя ей возможность обнажить свою душу.
Вместо этого Делани попыталась и почти преуспела в том, чтобы приложить колено к моим драгоценностям. Я был готов снова перекинуть её через колено и хорошенько отшлёпать, чтобы она не
— Не смей, — прорычал я, делая свой голос громче, чем был у неё.
— Или что? Снова собираешься обращаться со мной как с плохой маленькой девочкой?
Я почти ожидал, что она снова назовёт меня своим дядей, просто чтобы потрепать мне нервы.
— Или я запру тебя в твоей комнате.
Наши губы были так близко друг к другу, что я почти мог ощутить их вкус. Когда Делани осмелилась поднять голову настолько, насколько это было возможно, они соприкоснулись, и она громко вздохнула, стон донёсся до моих ушей. Если бы она только поняла, какие развратные вещи я хотел с ней сделать, то она пришла бы в ужас от человека, которого, как ей казалось, она ненавидела.
Только я знал, что это не так.
— Сделай это, — осмелилась она.
— Что сделать? Взять то, что я хочу?
— Разве это не то, что ты всегда делаешь?
Теперь её слова были беззвучными, жар между нами нарастал до неизбежной точки. За все годы, что я провёл в окружении красивых женщин, ни одна из них не выводила меня из себя так, как она. Ни одна из них не завораживала меня так сильно, приводя в состояние постоянного возбуждения.
— Да… — я растянул слово, и Делани мгновенно обхватила пальцами мою рубашку, крепко сжав её.
Я убрал руку с ее горла, вместо этого обхватив ладонями её щеку, проводя большим пальцем назад-вперёд по её коже.
Даже не в состоянии сосредоточиться, я мог видеть свет и желание, танцующие в её глазах, голод, которому не было границ. Затем она повернула голову.
— Не испытывай меня, милая Делани. Тебе не понравиться то, что будет, если ты это сделаешь.
— Ты мне уже не нравишься.
— Тогда я справился со своей работой.
Мой рот оставался в опасной близости, и в момент полной потери контроля я прижался своими губами к её губам, жар между нами взорвался. Вкус был слаще, чем раньше, как будто она лакомилась тем самым мороженым, о котором упоминала ранее.
Я положил руку Делани на затылок и глубоко проник языком внутрь. Она прильнула ко мне, прижимаясь всем телом. Я был близок к полному безумию, но никак не мог насытиться ею. Исследовать тёмные уголки её рта было почти так же восхитительно, как трахать её.
Моя прекрасная куколка прервала поцелуй, с силой оттолкнув меня в сторону, хватая ртом воздух и вытирая губы предплечьем, словно испытывая отвращение.
— Просто… отойди от меня.
Фыркнув, я отступил на шаг и протянула руку.
— Дай мне свой телефон.
Было очевидно, что она не ожидала моего требования, потому что её брови удивлённо поползли вверх.
— Зачем?
— Потому что я тебя об этом попросил.
— Ты собираешься
Это был «Айфон». Его легко было взломать, но мало кто понимал это. Мне нужно будет раздобыть для неё одноразовый телефон. Я провёл пальцем по экрану, а Делани продолжала смотреть на меня.
— Какой код? — спросил я.
Она усмехнулась, и яд сочился из её рта, когда она ответила:
— Все шестерки.
Вероятно, она хотела, чтобы я бросил ей вызов. Я больше не хотел играть в её игры.
— Я введу свой номер телефона. Если когда-нибудь произойдёт что-то необычное или ты почувствуешь, что что-то не так, позвони или напиши мне. Мне всё равно, даже если это ничего не даст. Я ясно выражаюсь?
— Да, господин.
Этой женщине нравилось быть стервой. Жаль, что она так и не поняла, что я могу легко с ней справиться. Добавив контакт, я прокрутил страницу, чтобы найти её номер, и мысленно запомнил его, чтобы позже забить в свой телефон. Затем я быстро просмотрел её последние звонки. Чёрт возьми, её агент действительно доставал её. Это вывело меня из себя.
— Отдай его мне. — Делани выхватила телефон у меня из рук, зашипев, когда я отказался сдвинуться с места.
— Звонок или текстовое сообщение, которое ты отправишь, может быть твоим единственным спасательным кругом.
— О, ничего себе. Ты бессмертен. Верно? У тебя, наверное, есть плащ, супергерой?
Чёрт возьми, она нажимала на все возможные кнопки.
Делани оттолкнула меня и бросилась к лестнице. Игра, в которую она играла, будоражила меня изнутри, потребность в ней возрастала, но я должен был убедиться, что она полностью осознает и примет тот факт, что я полностью контролирую ситуацию, что это не игра. У меня было очень дурное предчувствие, что угроза, которую ей послали, будет только обостряться.
Я дёрнул её за руку в тот момент, когда она опёрлась о перила лестницы, поставил ногу на вторую ступеньку и перебросил Делани через своё колено.
— Отпусти меня, ты, чудовище.
Каждое её слово было пропитано ненавистью, но искра, которую мы разделяли, поддерживала боевой дух глубоко внутри. Садистская часть меня хотела сломить её. Тот, кто был реалистом, понимал, что лучше даже не пытаться этого сделать. Я задрал её платье, обнажив стринги, и шлёпал её рукой от одной стороны её обнажённой попки к другой.
— Нет. Нет! Остановись.
Делани извивалась в моих объятиях, вырывалась, вскидывала руку, как будто могла остановить меня. Я заломил её руку за поясницу, прижимая и удерживая её, легко беря всё под свой контроль. Порка продолжалась, жестокие звуки моей ладони, шлёпающей по её коже, ещё какое-то время будут отдаваться эхом в моих ушах.
— Нет, пока ты не поймёшь, что тебе грозит опасность.
Она ничего не сказала, только застонала в ответ, когда я ударил шесть, а затем и восемь раз подряд. Она нуждалась в том, чтобы у неё отняли волю к сопротивлению, хотя бы на одну ночь. Наконец, Делани перестала брыкаться и стала делать глубокие, но прерывистые вдохи.