Капитуляция

Квик Аманда

Она попыталась вернуться по карнизу назад и только теперь поняла, в каком трудном положении оказалась — руки не слушались ее. Вернуться назад было так же непросто, как и идти вперед.

Просто смешно. Виктория ругала себя, но двинуться с места не могла. Дрожа от холода, она закрыла глаза и плотнее прижалась к каменной стене, пытаясь собраться с мыслями и найти какой-то выход. Не может же она торчать здесь всю ночь. Виктория открыла глаза и заметила, что Лукас не запер свое окно.

— Лукас? Лукас, ты

меня слышишь?

Ответа не последовало, и Виктория почти отчаялась. Она могла бы завизжать в надежде разбудить кого-нибудь из слуг, но ей даже думать не хотелось о подобном унижении.

— Лукас! — чуть погромче позвала она, — Лукас, ты здесь? Черт побери, Стоунвейл, это ты во всем виноват. Проснись и помоги мне.

— Ад и все дьяволы! — рявкнул Лукас, внезапно появляясь в окне. — Мне следовало бы догадаться, на что ты способна. Какого черта ты тут делаешь?

Виктория мгновенно успокоилась.

— Вышла погулять, — проворчала она, — но, похоже, у меня небольшие проблемы с высотой.

— Стой спокойно. Сейчас я приду и сниму тебя.

— Я стою. — Виктория наблюдала, как появляется из окна и ступает на карниз босая нога Лукаса. — Боже мой, ты же совсем голый!

— Извини, если я вновь оскорбил твои деликатные чувства. Может быть, мне сначала одеться?

— Нет! Не смей! Сначала сними меня с ужасного карниза!

— Слушаюсь, миледи. К вашим услугам, миледи. Рад помочь, миледи. Не орите так, миледи, не то слугам будет о чем потолковать завтра поутру.

Сильные пальцы ухватили Викторию за запястье. Теперь она была в безопасности.

— Как же ты смог пройти здесь, когда пробирался в мою комнату?

— Уверяю тебя, я тоже не любитель прогулок по карнизам. Я был вынужден воспользоваться этим путем — ведь ты придвинула к двери туалетный столик. Насколько я понимаю, он все еще стоит там, и потому ты решила последовать моему примеру?

— Да, все обстоит именно так, — радостно согласилась Виктория, осторожно продвигаясь за Лукасом к его окну.

Спустя секунду она была уже в его комнате, в безопасности. Облегченно вздохнув, Виктория стряхнула невидимую пыль с рук.

— Благодарю тебя, Лукас. Должна признаться, мне там было в самом деле не по себе.

— Должен признаться, я чуть не поседел, когда увидел тебя там. — Он обхватил ее за плечи и страстно обнял. — Конечно, я счастлив увидеть, с каким энтузиазмом ты прорываешься в мою постель, но в другой раз, когда у тебя возникнет такое желание, лучше просто постучи в мою дверь.

Виктория нахмурилась:

— Не заноситесь, милорд!

— Вот как? Ты хочешь сказать, что вылезла на карниз только потому, что заскучала и решила немного развлечься, прогуливаясь от одного окна до другого?

Спорить было бесполезно. В самом деле, глупо отрицать, что она направлялась к нему в спальню.

— Не надо

дразнить меня, Лукас. Мне и так неловко.

Он улыбнулся своей медленной чувственной улыбкой:

— Тебе так трудно сознаться, что ты наслаждаешься нашими супружескими приключениями, радость моя?

— Дело в другом. Я сердилась на тебя весь день, а теперь ты решишь, что я заявилась к тебе для того, чтобы ты занялся со мной любовью.

— Разве у тебя другие намерения?

— Но отсюда вовсе не следует, что я была не права во всем остальном. Наверное, ты подумал, что я изменила свое мнение, или того хуже — что всегда сможешь ублажить меня, выманив на ночную прогулку. На самом деле все совсем не так.

Он тихо рассмеялся:

— Во всем случившемся нет ничего постыдного для тебя, Викки. Впрочем, если тебе будет легче, я согласен: твое присутствие здесь вовсе не означает, что ты простила меня раз и навсегда. Это тебя устроит? Завтра мы начнем наше сражение с тех же позиций, на каких остановились сегодня, если, конечно, тебе будет угодно.

— Лукас, ты неисправим. Ты прекрасно понимаешь, что завтра между нами будет все по-другому. Как я смогу держать тебя завтра на расстоянии, если сегодня мы займемся любовью?

— Действительно, — сказал он, подхватив Викторию на руки и укладывая ее в свою постель, — и как ты сможешь держать меня на расстоянии?

Сквозь ресницы Виктория следила, как Лукас опускается на постель рядом с ней.

— Наверное, мне лучше занять в твоей конюшне место Билли Симмса. Тогда я смогу отработать содержание, которое ты решишь мне выделить.

Лукас поцеловал ямочку на ее шее:

— Ты могла погибнуть или искалечиться, сорвавшись с чертова карниза, и все для того, чтобы продолжать наш спор? А не лучше ли нам все-таки заняться любовью?

Виктория вытянулась и обвила руками шею Лукаса:

— Я пришла сюда, чтобы позволить тебе исполнить твой супружеский долг и… быть любимой.

— Вот и прекрасно. — Его руки нежно сжали груди Виктории, и он прильнул поцелуем к ее губам.

Спустя какое-то время Виктория сонно пошевелилась в широкой постели. Открыв глаза, она увидела, что Лукас стоит у окна и уже одной ногой ступил на карниз.

— Боже мой, что ты делаешь?

— Надо убрать туалетный столик от твоей двери. Или ты хочешь, чтобы горничная обнаружила утром, как ты защищаешься баррикадами от своего мужа?

— Нет, конечно. Только осторожнее, Лукас.

— Я скоро вернусь.

Лукас растворился в ночи, и через пару минут Виктория услышала, как он передвигает на место тяжелый туалетный Столик. Дверь между комнатами распахнулась, и Лукас вошел в спальню. Виктория сердито покосилась на него.

— Что опять не так? — спросил он, укладываясь рядом с ней.