Капитуляция
Шрифт:
— И сразу мне расскажешь!
— Слушаюсь, мадам!
Виктория, положив руку на плечо мужа, неожиданно серьезно заглянула в его глаза:
— Лукас, обещай мне, что будешь осторожен.
— Я уверен, никакая опасность мне не угрожает, — спокойно ответил он, — но я обещаю вести себя осторожно. — Нахмурившись, он бросил последний взгляд на ее платье. — Скорее, опасность угрожает тебе — как бы ты не простудилась сегодня.
Виктория усмехнулась:
— Я согреваюсь в танце. Иди, Лукас. И поскорее возвращайся.
Лукасу очень хотелось прижаться
— Викки?
— Да, Лукас?
— Ты по-прежнему считаешь меня всего-навсего «сносным мужем»?
— Вполне сносным, милорд, — радостно заверила она его.
Лукас повернулся, направляясь через толпу к одной из стеклянных дверей. Он шел не торопясь, не желая привлекать к себе излишнее внимание. Убедившись, что никто не следит за ним, он направился в сад, якобы подышать свежим воздухом.
Выбравшись из душного зала, он пошел не оглядываясь.
Перебраться через стену сада Атертонов было не так трудно после опытов в саду леди Неттлшип. Лукас отыскал трещины в камне, нащупал крепкую лозу, быстро вскарабкался наверх и благополучно спрыгнул по другую сторону стены.
Он очутился в узком, совершенно темном переулке. Здесь стоял затхлый неприятный запах, как это обычно бывает в закоулках Лондона. Однако Лукас быстро пробрался по переулку к парадному подъезду. Пройдя сквозь толпу зевающих кучеров и грумов, развлекавшихся игрой в кости, Лукас спрятался в тени какой-то кареты и попытался разглядеть, что делается за углом. Там, в стороне от остальных экипажей, стояла небольшая черная коляска, с виду довольно невзрачная. Кучер не слезал с козел, по всей видимости, кого-то поджидая.
Лукас прошел мимо карет, отделявших его от черной коляски, и сзади резко окликнул задремавшего кучера:
— Вы кого-нибудь ждете?
Кучер, вздрогнув, повернулся и уставился на Лукаса:
— Да, сэр, жду…
— Похоже, меня.
— Простите, сэр, это что ж получается… я не заметил, как вы вышли из дома, — почтительно отозвался кучер. — У меня тут человек, который хочет потолковать с вами.
Лукас осторожно заглянул в темноту экипажа и увидел в углу темную фигуру. Только тут он припомнил, что, стараясь покинуть бал незаметно, оставил в гардеробе свой плащ, а в карманах вечернего фрака он, разумеется, никогда не носил пистолет. И судя по всему, напрасно.
— Добрый вечер, Эджворт. Полагаю, вы ждете именно меня.
— У меня есть информация, которая, несомненно, заинтересует вас, Стоунвейл. Садитесь в карету.
Лукас взвесил все за и против и решил, что шанс получить ответ на мучившую его загадку стоит того, чтобы рискнуть. Он распахнул дверцу и поднялся в карету, намеренно хромая больше обыкновенного.
Он ничуть не удивился, когда из складок тяжелого плаща Эджворт извлек пистолет.
— Наверное, всякий раз, как нога разболится, вы вспоминаете день, когда вы едва не издохли, Стоунвейл?
— Надеюсь,
— Успокойтесь, Стоунвейл. Я не собираюсь сразу спускать курок. У моего напарника появились идеи, которые придется осуществить, прежде чем я доставлю себе это удовольствие.
— Наверное, вашего напарника зовут Сэмюэль Уитлок?
— Уитлок? Какая ерунда! — Эджворт дважды постучал в потолок кареты — и экипаж тронулся. Взглянув на Лукаса, негодяй громко расхохотался:
— Уитлок! Подумать только — у меня в напарниках покойник! Вот потеха!
Глава 19
Когда Виктория закончила танец с лордом Потбери, ей тоже подали на серебряном подносе послание. Она с улыбкой оглянулась на своего партнера, извинилась и раскрыла записку.
— Надеюсь, ничего серьезного? — спросил Потбери.
Виктория пробежала короткую записку, надеясь, что лорд не заметит, как дрожат ее пальцы в элегантных перчатках:
«Приходите немедленно, если дорожите жизнью и честью вашего мужа. На углу ждет карета с одеждой, в ней вы должны переодеться. Когда прибудете на место, кучер даст дополнительные инструкции. Торопитесь».
— Вы правы. — Виктория лучезарно улыбнулась Потбери. — Ничего серьезного. Записку прислала подруга — она хочет выйти в сад подышать воздухом и просит присоединиться к ней. Наверное, она не надеялась разыскать меня в толпе, а потому послала записку с лакеем. Вы отпускаете меня, лорд Потбери?
— Конечно. — Потбери галантно склонился над ее рукой. — Вам будет интересно: у леди Атертон необыкновенный сад. Еще раз примите мои поздравления. Стоунвейл — настоящий джентльмен.
— Да, не правда ли?
Виктория, стараясь не привлекать к себе излишнее внимание, послала одного из лакеев за своим плащом под предлогом прогулки в саду, где наверняка уже прохладно. Затем она осторожно пробралась к окну.
Минуту спустя она уже была в неосвещенном уголке тщательно ухоженного сада леди Атертон. Несколько рядов зеленой изгороди из причудливо подстриженных деревьев отделяли ее от окон большого зала. Виктория усмехнулась: сад Джессики Атертон походил на свою хозяйку, он был столь же красив, совершенен и… безупречен.
Взобраться на стену оказалось не так-то легко. Чтобы справиться со своей задачей, Виктории пришлось вздернуть юбку почти до бедер, и она мимоходом подумала, что бы сказал Лукас, увидев, как она обнажает свои ноги. Эта мысль вызвала у Виктории слезы, которые она тут же смахнула. Только бы добраться до Эджворта — и она покончит с ним, если этого еще не сделал Лукас.
Почуяв вонь в переулке, Виктория наморщила носик, завернулась в плащ и накинула капюшон. Быстрыми шагами она поспешила к углу улицы.