Капитан
Шрифт:
Шон крякнул:
– Ну ты загнул, Робин! Нахватался глупостей у Зазнайки? За любой такой штукой наверняка стоит человек - монах или один из этих демонских «путешественников», - он сердито сплюнул, - ни один механизм не способен думать. Вспомни историю с Подгорным мастером, решившим сделать необычную машину, способную заменить его погибшего в бою сына… Не забыл, что из этого вышло? «Безумный сынок» прикончил папочку, с тех пор в Империи запрещено заниматься этим богомерзким делом…
И тут вылез Бин, а я уж было подумал, что мир изменился:
– Это всё проклятые
Я ждал этого неприятного вопроса, хотя и не придумал, как выкрутиться. На помощь пришёл Лекс:
– Это как раз понятно - им зачем-то понадобился Капитан, поэтому его и не тронули; вот что, Газ, держи бумагу - видишь, Робин, а ты смеялся над моей запасливостью - быстро перерисуй план, ничего не упуская. Возможно, от этого будет зависеть наша жизнь…
Бин подставил спину, пока Газ, усердно слюнявя карандаш, выводил хитроумные закорючки лабиринта, а мы с друзьями тихо переговаривались. Хотя я подозревал, что те, кто за нами наблюдал, всё прекрасно и видели, и слышали… О чём и рассказал посерьёзневшим ребятам. Шон тут же вспыхнул:
– Вот ведь мерзавцы, играют с нами, а мы даже не можем ответить. У меня руки чешутся начистить им рожи…
Щёки Лекса заалели:
– В этом я с тобой согласен, Верзила, но самим нам выхода не найти. Надо признать - мы в ловушке, придётся действовать по их правилам.
Как только Газ закончил свою работу, «зеркало» немедленно погасло, а ближайшая к нам дверь открылась, словно приглашая начать движение… Я вышел вперёд и вместо напутственной речи сказал уверенно и громко, чтобы услышали все:
– Один высокомерный тип на рынке устроил представление - запустил в хитроумный лабиринт крыс, приготовив для них уйму кровавых ловушек. Думал повеселиться и заработать на зеваках, но недооценил умных зверьков - они быстро учились и не только нашли выход, но и, вырвавшись на волю, набросились на мучителя, обглодав тому лицо…
Я пойду первым, Газ - за мной, будешь подсказывать направление, Шон - замыкающий. Всем держаться вместе, главное - не разделяться, и… с богом!
А то, что произошло дальше, не поддавалось объяснению. Коридор заполнил смех - обычный, весёлый, вполне дружелюбный, словно кому-то очень понравилась рассказанная история. Разве что в ладоши не похлопал, урод… Думаю, не только у меня по спине побежали мурашки, и это бесило.
Я не стал ругаться и кричать, а спокойно произнёс внезапно пришедшие в голову странные слова, от которых «голос» вдруг поперхнулся и замолчал:
– Shut up! Damn you… [1]
В голове вспыхнуло давно забытое, а может, и специально стёртое воспоминание: я, совсем ещё маленький, прячусь под кроватью и вижу оттуда только широкую бабушкину юбку и высокие сапоги незнакомца. Мне страшно - эти двое очень громко разговаривают, и от резкого женского смеха я весь покрываюсь
1
Заткнись! Чтоб тебя (англ)
– Вы никогда его не получите, свиньи!
– кричит она и добавляет те самые непонятные слова…
Человек уходит, хлопая дверью, а Нэни берёт меня на руки, целуя в лоб:
– Не бойся, дорогой, он больше не вернётся - бабушка прогнала это чудовище…
Кивнув отряду на дверь, я вошёл в полумрак комнаты. Сзади меня догнал жизнерадостный голос Бина:
– Здорово Вы его, Командир! Сразу заткнулся… Это было заклинание, да?
Я старался, чтобы губы не дрогнули в улыбке:
– Что-то вроде того…
– А что оно означает? Можно мне его выучить, Командир?
– Означает то же, что и всегда… Можешь выучить, если нравится, но, Бин - не сейчас… И помолчи, а то я вспомню своё обещание вышвырнуть кое-кого из Городской Стражи…
Мы без происшествий миновали первую комнату, а за ней ещё штук пять - все они были пусты, как и бесконечные пыльные коридоры с серыми стенами и навязчивым сладковатым запахом. Я поднял руку, давая знак остановиться, и повернулся к Лексу:
– Эй, господин Алхимик, этот душок тебе ничего не напоминает? Что-то знакомое, а вспомнить не могу…
Мрачный Лекс почему-то промолчал, и это был плохой знак. У стены ойкнул Бин, удивлённо рассматривая свои серые ладони:
– Командир, это не краска, а… пыль. Надо же, смотрите, стены-то коридора, оказывается, из стекла, вот чудеса, - он уткнулся носом в образовавшееся пятно, - ух ты, а там в комнате горит свет, и, кажется, что-то двигается…
Лекс подскочил к нему и, оттолкнув любопытного первооткрывателя, застыл, напряжённо вглядываясь в происходившее за стеной. К нему тут же присоединились Шон и Газ, расчистившие для себя «окошки», а обиженный Бин пытался просунуть нос над плечом напарника, жалуясь:
– Ну налетели, я первым нашёл… эту… как её…
– Лабораторию… - упавшим голосом продолжил за него Алхимик.
– Точно, точно, - непонятно чему обрадовался «страдалец», - прямо как у Вас, господин Лекс, только огромная. И смотрите, тут всё делается само собой - перемешивает, трясёт и выливает в разные склянки, проклятое колдовство… Значит, вот где монахи варят своё мерзкое зелье, попались…
Алхимик поморщился:
– Ну какой же ты невежа, Бин! Какое ещё колдовство? Это наука, только работающая не на благо людей, а совсем наоборот… И снова «умные машины»…
Я насторожился:
– Что ты имеешь в виду, Лекси?
Он повернул ко мне своё бледное и очень серьёзное лицо:
– Можешь не благодарить, Капитан Стражи, но я только что раскрыл дело, за которым ты гоняешься уже не первый год. Говоришь, странный запах? Ещё бы тебе его не знать… Здесь создают ту самую «ведьмину дурь», причём в больших количествах. Неудивительно, что она наводнила наш город, и не только его…
Я растерялся и потому, наверное, ляпнул:
– И что теперь делать?