Капитан Мак. Игрок
Шрифт:
– Ты думаешь?
– Да, сир, и не нужно терять времени, – продолжал Ля Бурре, – потому что с горизонта надвигается хорошенькая гроза.
И доезжий показал рукой в сторону Амбуаза, вниз по течению Луары. И вправду, на горизонте, там, где лазурные небеса четко отделялись от черной земли, виднелась белесоватая полоска.
– Да, ты прав, – сказал король, – часов в одиннадцать-двенадцать дождь пойдет.
– Но мои собаки, – сказал герцог Орлеанский, – поведут кабана так хорошо, что и к одиннадцати мы его
– В погоню, господа! – воскликнул король.
Кабана подняли в густых колючих зарослях, и собаки взяли его след.
С самого начала кабан оправдал ожидания доезжего Ля Бурре: как старый матерый самец, он пустился бежать прямо перед собой. Собаки очень дружно пошли по следу.
Король пустил лошадь галопом, а его юный паж скакал рядом с ним.
– Решительно, – сказал ему король, – я сегодня развлекаюсь, как старый ландскнехт, дорогой мой.
Но, преодолев межу, король взял неправильный путь. И вдруг он остановился.
– Ого! – воскликнул он. – А это кто еще?
Сквозь деревья он увидел всадницу, которая неслась точно вслед за сворой.
Она сидела на черной лошади, и по шее животного, по его маленькой головке, по скорости сразу было видно, что это один из тех замечательных испанских жеребцов, покупка которого по карману только принцам.
– Кто эта женщина? – спросил Людовик у де Сабрана.
– Не знаю, сир.
– Пресвятое чрево! – воскликнул король, охотно пользовавшийся любимым проклятием Генриха Великого. – Сейчас я это сам узнаю!
И он бросил лошадь в галоп, преследуя амазонку, которая, перепрыгивая на лошади через изгороди и рвы, выказывала чудеса храбрости.
Однако, когда кабан, преследуемый по всем правилам, выскочил из лесу и ринулся через поле, она замедлила аллюр, и король смог ее догнать.
И Людовик увидел юную, прекрасную женщину, покрасневшую от смущения.
Габриэль де Сабран, который никак не участвовал в заговоре герцога Орлеанского и его фаворита дона Фелипе, подъехал прямо к ней и сказал:
– Сударыня, это король.
При этих словах амазонка изобразила величайшее смущение, легко спрыгнула на землю и прошептала:
– О, сир, простите мне невольную дерзость! Я думала, что это охотится герцог Орлеанский, и хотела присоединиться к охоте.
Король, потеряв дар речи от ее красоты, смотрел на нее с восторгом.
– Ну что же, сударыня, кто бы вы ни были, добро пожаловать!
По знаку короля Сабран спешился, встал на одно колено и помог амазонке сесть в седло.
– Сир, – продолжала она, – меня зовут донья Манча, я сестра дона Фелипе д'Абадиоса, и его королевское высочество соблаговолил разрешить мне жить в Шамборском замке и принимать участие в его охоте.
– Сударыня, – ответил король, – мой брат отлично сделал.
И, с изяществом поклонившись ей, добавил:
– А теперь, сударыня, в галоп!
Глава 6. Кардинал не дремлет
– Итак, король влюблен? – спрашивал в тот же вечер один из пажей его величества у Габриэля де Сабрана.
– Безумно влюблен, – ответил Габриэль. – Впрочем, эта испанка действительно очень хороша.
– Ах, – сказал первый паж, – ив самом деле? Красивее, чем мадемуазель де Отфор?
– О, без всякого сомнения! Король только о ней и говорил на обратном пути с охоты.
– Так она не вернулась в Блуа?
– Нет, король не хочет, чтобы она показывалась при дворе.
– Почему?
– Чтобы не будить подозрения господина кардинала, который считает, что король должен заниматься только двумя вещами.
– И чем же в первую очередь? – спросил Марк де Морвер.
Так звали пажа.
– В первую очередь, политикой.
– А во вторую?
– А во вторую заботиться о том, чтобы род его продолжился, и у трона был наследник.
– Да, и поскольку мы совсем рядом с Амбуазом, а королева находится именно там…
– Тсс!.. – прошептал де Сабран. – Может быть, его величество именно поэтому не хочет, чтобы донью Манчу видели?
– А, эту красотку зовут донья Манча?
– Да.
– И где же она?
– В Шамборском замке, живет в покоях Месье.
– Так я полагаю, – подхватил с улыбкой второй паж, – король теперь иногда будет охотиться в Шамборском лесу?
– Да, каждый день, черт возьми! – ответил де Сабран.
Этот разговор мальчики вели в королевской комнате, а король в это время, только что пообедав, прогуливался со своим братом герцогом Орлеанским по одной из террас замка. В это время дежурный мушкетер стукнул прикладом мушкета о плиты пола. Это был обычный знак.
– А вот и король, – сказал Гастон.
И действительно вошел король в сопровождении своего брата.
– Ах, и в самом деле, честное слово, – говорил король, обычно такой бледный и мрачный, а сегодня сияющий улыбкой, – мне надо было приехать в Шамбор, чтобы немного встряхнуться. Я себя сегодня превосходно чувствую, и охвачен такой приятной усталостью, что просплю без просыпу до завтрашнего утра.
– Конечно, завтра ваше величество охотиться не будет? – лукаво спросил Гастон.
– Но почему же? Напротив…
– Тогда, значит, на этот раз в лесу в Блуа?
– Нет, нет, в Шамборе, как и сегодня. Мы затравим еще одного кабана.
И король приказал снять с себя плащ и сапоги.
– Я вижу, вашему величеству пришлась по вкусу моя кабанья свора, – сказал Месье.
– И ваш ловчий, братец, – добавил король. – Любезный человек ваш дон Фелипе. Откуда вы его извлекли?
– Из Испании, сир.