Канкан для братвы
Шрифт:
Резван обиженно засопел.
– Не слышу! Так ясно или нет?!
– Ясно, – Пифия зло зыркнул на мастера.
– Свободен, – старший ремонтников поставил размашистую подпись на акте. – Напишешь объяснительную...
Спустя час двое солдатиков с эмблемами железнодорожных войск в петлицах замызганных бушлатах забрались в кабину тепловоза с белым номером 02-Б на борту и погнали его в расположение складов военного имущества.
Им и в голову не пришло проверить комплектность запасной системы экстренного торможения. Все равно ею никто никогда не пользовался.
Сержант
– Слышь, Леня, ты чо от меня хотел?
– Ага, вот ты где! – обрадовался Петухов, потерявший подчиненного еще утром и уныло слоняющийся в одиночестве по гулким пустым коридорам аэропорта Пулково. – Мне опять техник все уши про какого-то постороннего прожужжал...
– А я тут при чем? – недовольным тоном спросил Каасик.
– Возьми Пиотровского и проверь тоннель под седьмой ВПП.
Сержант про себя обозвал настырного лейтенанта «инициативным фаллоимитатором» и сплюнул себе под ноги.
– Лева сейчас не сможет.
– Почему? – набычился Петухов.
– У него живот разболелся.
– Что-то серьезное?
– Вроде, да...
На самом деле старший сержант Пиотровский нажрался так, что показывать его публике было совсем небезопасно. Рано утром, через десять минут после начала смены, мучимый жаждой напарник Каасика залез в поисках опохмела в чемоданы рейса на Ереван, обнаружил в одном из них бутыль дорогого коньяку и ополовинил сосуд, понадеявшись на авось и абсолютно не рассчитав подорванные вчерашним возлиянием силы.
Теперь храпел на куче брезента в одном из утепленных ангаров, выводя сизым носом незамысловатые рулады.
Автомат Пиотровского Каасик спрятал в дежурке.
– Тогда ты один сходи, – принял лейтенант непростое решение.
– На фига? – сержант сыто рыгнул.
– Это наша обязанность, – Петухов воззвал к профессиональной гордости подчиненного.
– Вот пусть техник и проверяет, – нашелся Каасик. – Там его территория. А мне в зале патрулировать надо. – Сержант давно заприметил расположившихся в ожидании отлета таджиков и искал повод, чтобы к чему-нибудь придраться, завести бодягу с проверкой документов и поиметь с укутанных в цветастые халаты хлопкоробов немного наличных.
– Хорошо, – скис лейтенант. – Тогда я сам схожу. Если меня будут спрашивать, буду через час.
– Хоть через два, – повеселел сержант. – Но только зря идешь. Никого там нет и быть не может. Техник опять пургу гонит. Как со следами... Небось тень свою увидел и перетрусил.
– Не, он сказал, что двоих приметил, – Петухов поправил кобуру.
– А чо не окликнул?
– Говорит, что слишком далеко было.
– Тогда как он понял, что это посторонние? – задал Каасик логичный вопрос. – Скорее всего, грузчики проходили. Они часто под землей ползают, чтоб по ветру не шоркаться. Щас на поле такой дубак, в момент заледенеешь. Вот и лезут в тоннели.
– Ты думаешь, что не стоит идти?
– Сам решай. Я б не пошел.
Лейтенант был готов согласиться с сержантом, но переборол желание покемарить в теплой дежурке и решил исполнить свой служебный долг.
– Я
– Твоя воля, – зевнул Каасик. – Если что, я буду у касс...
Окончательный план избиения сатанистов выкристаллизовался только к вечеру. Денис поручил Кабанычу приобрести три автомобиля нужной марки и наварить на передние бамперы мощные стальные клыки. Садист вспомнил, что у Стоматолога есть какой-то знакомый бомж, классно управляющийся с горелкой и привыкший, в силу образа жизни, держать язык за зубами. Братки созвонились с владельцем свежеотремонтированного оранжевого «шевроле субурбана», и тот пообещал прислать в условленное место сварщика к девяти утра.
Самого Рыбакова Садист доставил к буддистскому храму возле метро «Черная речка», подвал которого занимал головной офис правоскинхэдовской организации «Солнцеворот». Параллельно с пропагандой положительного образа бритоголового борца за справедливость члены движения занимались и охраной культовых объектов, успешно отражая попытки проникновения в святилища охотников за цветными металлами и разной другой сволочи вроде скинхэдов левого маоистского толка и футбольных фанатов непитерских команд.
«Фюрер» организации, как обычно, присутствовал на рабочем месте.
Денис поручковался [30] с тремя членами политсовета и уместился на скамье возле длинного стола, сработанного из полированной сосны.
– Чай будешь? – спросил гостеприимный «фюрер» с простым русским именем Артем.
– Буду.
– Зеленый или черный?
– Зеленый.
Артем взял с полочки над столом пустую кружку и пронзил взглядом застывшего у дверей охранника.
– Сколько раз говорить – если жрете бульон из чашек, то как следует мойте?! Мы ж не в Средней Азии, масло в чай не добавляем!
30
У правых скинхэдов рукопожатие представляет собой не традиционное «ладонь в ладонь», а взаимное пожатие середины предплечья визави
Денис достал сигарету и покрутил головой в поисках пепельницы.
– Здесь нельзя, – Артем отвлекся от воспитания охранника. – Монахи не разрешают. Курить – только за территорией храма.
– Понятно, – Рыбаков убрал пачку. – А почему?
– Духи, – объяснил глава «Солнцеворота». – Называются «наги». Питаются запахами.
– У меня ароматизированные сигареты. Должны понравиться духам.
– Увы, – первый заместитель «фюрера» развел руки.
– А у меня к вам дело, – Денис взял быка за рога.
– Излагай, – Артем уселся напротив.
– Надо сатанистов погонять.
– Дело хорошее, – согласился «фюрер» и провел ладонью по бритой голове. – Давненько мы этих придурков не мочили. Где и когда?
– Видимо, завтра. На кладбище у Среднего проспекта.
– Сколько их будет?
– Человек двадцать.
– С пиками?
– Не знаю, – признался Рыбаков.
– Дубины возьмем, – сказал ответственный за идеологическую подготовку. – И цепи.
– Венедов среди них не будет? – уточнил Артем.