Кандидат в маги
Шрифт:
На арену буквально выкатился низкорослый, но ужасно толстый клоун с лысой макушкой и торчащими в стороны рыжими клочьями оставшихся волос. Нос он имел, соответственно, красный, на тонкой резиночке, а намалеванная на все лицо веселая улыбка, отчего-то не вызывала симпатии. Может, все дело было в проступающей сквозь грим синюшней щетине.
– Господа! – заголосил толстый клоун. – Я, как представитель ответчика, то есть, всеми любимого Независимого Кандидата, категорически возражаю против того ушата грязи, который только что попытались вылить
Трибуны радостно зашумели, и адвокат ответчика церемонно раскланялся на все стороны, попутно рассылая публике воздушные поцелуи.
– Вот послушайте, что несет этот тощий адвокатишка… Кстати – тощий адвокат – значит, бедный адвокат. А бедный адвокат – это неудачник. Адвокат-неудачник – это проигранное дело! Единый Кандидат, считайте уже опростоволосился, не правда ли, почтеннейшая публика?! Ха-ха-ха!
Почтеннейшая публика дружно зааплодировала.
– Вы, все-таки, не зарывайтесь, адвокат ответчика! – сказал Тема и шлепнул по столу молотком.
Под куполом цирка в момент наступила тишина.
– Я больше не буду, ваша честь, – примирительно сказал толстый адвокат. – Я просто хотел сказать, что даже если факты нападений и имели место, какое отношение к этому имеет мой клиент? Ну, посудите сами: если какие-нибудь, чересчур ретивые сторонники моего клиента и решили таким вот образом поддержать своего Кандидата, то это их личные проблемы, а никак не ответчика…
Во время этой проникновенной речи все тот же гоблин в пальто снова умудрился пробраться на сцену. На этот раз за ним уже гналась охрана из манекенов в синей форме. Однако, охрана не поспевала: гоблин выскочил на середину арены и снова выставил в сторону руку с проводом и щелкнул кнопкой.
– Умри, лживый кандидатишка! Что?! Извините…
Преследуемый охраной, он убежал прочь.
– Вот видите, – огорченно сказал толстый адвокат. – Ну, разве мой клиент стал бы подсылать террориста, чтобы убить собственного адвоката?
– От вашего клиента всего можно ожидать, – заметил тощий адвокат.
– Вы думаете? – с сомнением произнес толстый и вдруг схватился за голову. – О, нет! Мы только что были на волосок от гибели! Мы все могли умереть!
И эффектно шлепнулся в обморок. Выглядело это смешно, и зал послушно заржал.
– Доктора! – приказал Тема.
Грянула веселая музыка, и на сцену выехала «скорая помощь». Сделав круг по арене, она остановилась. Из медицинского фургона степенно вышел всем известный, чем-то похожий на мультяшного Айболита Доктор, следом выбралась и миловидная Медсестра. Оба приветливо помахали почтеннейшей публике и принялись приводить в чувство отключившегося адвоката.
Когда Доктор делал тому искусственное дыхание, изо рта адвоката, почему-то, вырывались фонтанчики воды, как у утопленника. А когда над ним склонилась пышногрудая секретарша, у адвоката выскочили на пружинках глазные яблоки.
Публика была
– Нет, ну что это такое, – проворчал Тема. – Суд ведь все-таки!
– А чем суд отличается от других зрелищ? – философски заметил дирижер. – Только дурацкой игрой в серьезность.
– Дурацкая игра у них как раз и выходит, – сказал Тема и со всей силы стукнул своим молотком по столу.
Бессознательный адвокат мигом вскочил на ноги, словно судейский молоток оказался для него эффективнее электрошока. Доктор и Медсестра прыгнули на подножки «скорой помощи» и укатили в кулису под шумные аплодисменты.
– Продолжим, – как ни в чем не бывало, сказал толстый адвокат, водружая на место сдвинутый набекрень нос. – Как вы могли видеть, разговоры о покушениях совершенно не убедительны.
– Я протестую, – вяло сказал тощий адвокат.
– Протест принят, – сказал Тема. – Что вы хотите возразить?
– На моего клиента ответчиком оказывается психологическое воздействие, – сказал тощий. – Смотрите, истец от страха даже пакет на голову натянул…
– Я тоже могу пакет на голову надеть, – возразил толстый. – Это не аргумент!
– Согласен, – вздохнул тощий.
– У вас все? – спросил Тема. – Переходим к прениям сторон…
Его прервал отчаянный вопль: из-под самого купола до низу развернулся тонкий трос, и по нему прямо на арену рухнул все тот же коротышка-гоблин, с ног до головы обвешанный взрывчаткой. На это раз он не стал щелкать кнопками, дернул за какую-то веревочку с криком:
– Нашего Кандидата – в Маги! Да что за черт?!
Вместо ожидаемого взрыва раздалось тихо шипение, и по арене поползли клубы удушливого дыма.
– Пристав! – гаркнул Тема. – Прекратите, наконец, это безобразие!
Невидимый Станционный смотритель огласил стены цирка ревом и террорист-неудачник, вереща благим матом, кубарем укатился прочь.
– Продолжим, – сказал Тема. – Может, сам истец хочет что-нибудь сказать?
– Сейчас узнаю, – сказал тощий адвокат и приник к пакету, за которым прятался Единый Кандидат. – Ага. Он хочет сказать, что Независимый Кандидат оказывает на избирателей мощное магическое давление. А это нечестно…
– Честно, нечестно… – проворчал толстый адвокат. – Что вы, как маленький? Это же выборы, а не преферанс! Какая же тут честность…
– Разрешите сказать мне! – произнес вдруг громкий приятный голос. – Я благодарен своему адвокату, но хотелось бы и личного общения…
Трибуны сотряс невообразимый женский визг, и на арену неспешно вышел Независимый Кандидат собственной персоной.
Единый Кандидат вместе со своим насмерть перепуганным адвокатом попятился к краю арены. Но был настигнут Независимым Кандидатом и дружелюбно схвачен за руку. Момент исторического рукопожатия осветили очереди фотовспышек, в свете которых Независимый Кандидат предстал прекрасным цветущим принцем, а Единый Кандидат – перепуганным и загнанным заморышем.