Канцлер
Шрифт:
– Но зачем? У нас же есть Канцлер, к чему эта бессмысленная резня, Дорс? То вы хотите преследовать деревенских жителей, то детей резать! Вы маньяк!
– А вы идиот!
– рявкнул Дорс.
– Вы что, не помните, как в лицее, где мы искали сначала, этот очкарик, ректор, кричал, что это сын фон Штосса? К тому же почти взрослый. Думаете, он не будет мстить?
– Вы же сами сказали, что это чушь! Что у фон Штосса не может быть детей такого возраста.
– Может, и сказал. А вы видите, как пацан смотрит на него? Это война! И мы не можем рисковать.
Кайл
– Что ж, возможно, вы и правы. Режьте, - обернулся он.
Кайл бросил последний, как он думал, взгляд на своего друга и учителя. Но Ламберт ни на йоту не утратил своей невозмутимости.
– Это было неверное решение, Вайгель. А я уж начал думать закончить дело миром.
И парень вдруг осознал, что смерть всё не наступает, а лезвие, прежде слегка подрагивавшее на коже, теперь совершенно неподвижно. Кайл попытался пошевелиться и не смог. Двигались только глаза. Канцлер отступил на шаг от застывшего на месте барона и неторопливо обошёл его, достал из его кармана оба медальона, взял свой и покачал им перед носом Дорса:
– Не берите чужого, барон, и будет вам счастье.
Затем мужчина спокойно подобрал с земли своё оружие и пристегнул его обратно к поясу. Подошёл к Кайлу, и прикосновение его рук вернуло юноше подвижность. Ламберт обнял его, стараясь не причинять боли повреждённым рёбрам.
– Посиди пока, отдохни. Я сам справлюсь.
Кайл, ощутивший на себе последствия шока первого ожидания смерти, послушно опустился на какой-то тюк.
Барон фон Штосс начал неторопливо связывать словно окаменевших людей по рукам и ногам, при этом он не забывал говорить, обращаясь преимущественно к Дорсу.
– Я понимаю, барон, что между любыми союзниками могут возникать внутренние разногласия. Однако согласитесь, что Канмар подписывал договор со мной от имени альянса, так что ваши с ним трения меня не касаются. В следующий раз, когда увидите его, передайте привет от меня и напомните, что Абсолютное Оружие, которое, как он считает, соответствует его божественной природе, получено им от меня, жалкого смертного, но я не настолько неосмотрителен, чтобы снабжать его таким мощным средством разрушения, не позаботившись о защите от оного. Ему не следует также забывать, что подобным же оружием обладаю и я сам. Человек я мстительный, но занятой. Я даю вашему альянсу месяц на то, чтобы моя деревня была отстроена, а сын Канмара предстал пред мои светлые очи. Как с ним поступить, я оставляю на своё усмотрение. Если хотя бы одно из двух условий не будет выполнено, я уничтожу Дом Канмара вместе со всем полуостровом, а всех Северных баронов до последнего уморю чумой. Надеюсь, я доступно излагаю?
Дорс бешено вращал глазами, взгляд Вайгеля, прикованный к Канцлеру, выражал неприкрытый ужас.
– Да-да, Вайгель, можете не сомневаться, я маньяк почище Дорса, количество жертв меня не остановит.
Повязав тройку боевых магов, Канцлер добрался до сжавшейся в комок девушки, замершей, закрывая лицо руками. Разведя их в стороны, фон Штосс обнаружил довольно миловидное создание лет шестнадцати
– Это она держала портал?
– Да, - ответил тот.
– Она не боевой...
– Угу, - Канцлер лёгким движением провёл по лицу девушки. Она осторожно открыла глаза. Вздохнула немного свободнее. Двигаться она всё ещё не могла, но говорить - вполне. Ламберт поставил её перед собой.
– Должен выразить вам своё восхищение, юная леди. Отличная работа. У вас есть причины ненавидеть меня лично?
– Нет, - быстро ответила она.
– Мне просто хорошо заплатили.
– Как вы нашли мою точку экстремума? Сканировали поле?
– Какое там!
– горестно вздохнула девушка.
– У вас же генерация белого шума запущена по всей системе. Да и сканирование я не факт, что осилила бы...
– Неужели Салем домучил генератор? Я уже надеяться перестал, - сказал Ламберт сам себе.
Кайл смущённо кашлянул.
– Вообще-то это мы с Наиной поставили. Я ещё и радиопомехи запустил. Принцип тот же.
– Так как же вы действовали?
– вернулся барон к разговору с девушкой.
– Достала в агентстве по недвижимости старую съёмку местности и геологические изыскания. Составила функции, описывающие рельеф и залежи магнитных руд. Решила систему. Взяла производные, первую и вторую. Ещё раз решила систему.
– Остроумно, - похвалил магистр теоретической магии.
– Хотя и довольно трудоёмко - рельеф там сложный, да и площадь приличная.
– Да уж, пришлось попотеть, - призналась она.
– Зато точка перегиба с точностью до метра.
– Что вы заканчивали?
– ВУ, факультет магии пространства.
– Не может быть, - усомнился Ламберт.
– Портал с динамическим координатами по лекциям старого маразматика Герфорда?
– Я читала вашу работу по этой теме. Вообще все ваши работы по теории магии, которые только издавались. Даже саламиниумский для этого выучила, - с жаром сообщила она.
– Польщён, - с долей удивления сказал маг.
– И при таком отношении всё равно полезли в мой дом?
– Да не знала я!
– почти простонала девушка.
– Это Кайл мне потом уже... Ну скажите, откуда мне было знать, что Леам-беат-Шаас это Ламберт фон Штосс? Я вообще не знала, что вы сивфанец, вы же печатаетесь только в Саламиниуме.
– Где печатают, там и печатаюсь, - улыбнулся он.
– Ладно, проехали. Аспирантура?
– Пока нет, - девушка опустила глаза.
– Пока работаю.
– Угу, - мужчина задумчиво глядел то на неё, то на Кайла, смотревшего на юную магичку без всякой враждебности, а даже как-то участливо.
– Слушай, - обратилась вдруг она к парню, - а ту ловушку, что у меня всю ману слизала, тоже ты поставил? Если бы не зелья...
– Да это и не ловушка даже...
– смущённо отозвался Кайл. - Это резервный маноуловитель на случай перегрузки системы. Во время вспышек на солнце у нас иногда магнитоэлектрические бури поднимаются, а там сток как раз. Систему-то мы замкнули.