Канцлер
Шрифт:
Молодой маг сделал несколько пассов.
– Готово.
Ламберт поднял голову. Встал, подозвал терпеливо ждавшего его жеребца и легко вскочил ему на спину.
– Открывай.
– Я с тобой, - решительно подбежала к нему Камилла.
– Ты останешься здесь, - сказал маг таким голосом, что девушка отшатнулась.
– И ты тоже, - перевёл он полыхающие синим пламенем глаза на шагнувшего вперёд Рогнара.
Потом всё же нагнулся к Камилле, и на мгновение синева отступила куда-то в глубину. На
– Я скоро вернусь. Я обещаю.
Быстрым движением она обняла его за шею и нежно поцеловала в губы. Отступила назад. С характерным гудением завибрировал воздух у открытого портала. Конь Канцлера с сомнением покосился на мембрану, но всадник ободряюще похлопал его по крутой шее:
– Пошёл.
Салем свёл ладони. Его первый портал с динамическими координатами схлопнулся.
Веймонский лес, 34 г. э. Леам-беат-Шааса
Его остановили уже у самого лагеря. То ли часовые так плохо знали своё дело, то ли...
– Ну вот что ты за зараза, фон Штосс, если тебя даже чума не берёт?!
– выступил на передний план барон Дорс.
– Я некромант, ты разве не знал?
– спокойно отозвался Канцлер, спешиваясь.
– Не шарь глазами, вон он, - Дорс махнул рукой в противоположную сторону обширного лагеря. Один из людей Лиги Севера вёл подростка, приставив к его горлу лезвие широкого охотничьего ножа. Как только они немного приблизились, Кайл крикнул:
– Ламберт, я ничего им не...
– лезвие прижалось к горлу сильнее, заставляя замолчать.
– Я знаю, Кайл. Не беспокойся, - Канцлеру хватило одного беглого взгляда, чтобы оценить повреждения, нанесённые пленнику за сутки пребывания в лагере недоброжелателей: лицо разбито, руки и ноги тоже в синяках и ссадинах, но кости, кажется, целы... а, нет, ребро, видно сломано - скривился от лёгкого тычка в бок. Ногти в порядке, уши на месте... в общем, отделался малой кровью.
– Что всё это значит, Дорс? Я передаю Канмару Абсолютное Оружие в комплекте с подробными инструкциями в обмен на безопасность мою и моего дома. И что я вижу, стоит мне вернуться в поместье? Мою деревню сожгли, мой человек похищен... Как прикажешь это понимать?
– Хватит заговаривать мне зубы, барон. Канмар ничего об этом не говорил. Давай сюда камень или мальчишка умрёт.
Канцлер снял с шеи медальон и бросил его главарю заговорщиков. Тот ловко поймал вещицу и достал из кармана ещё один, отобранный у Кайла. Уверившись в их идентичности, снова перевёл взгляд на спокойно стоящего перед ним мужчину.
– Заключать сделку с человеком, не держащим своего слова, всегда опасно, Дорс. Если Канмар нарушил обещание, данное мне, что помешает ему поступить так же с тобой, особенно теперь, когда он получил, что хотел?
– А мне кажется, что надуть меня пытается кто-то
– Оружие на землю!
– В меня сейчас целятся три боевых мага и четыре лучника, а тебя беспокоит мой меч?
– Давай без фокусов, Канцлер. Я видел тебя в деле. Видел, как ты стандартной рапирой отбиваешь залп стрел. Может, и против магии у тебя что-то припасено. Да-да, не морщись, я узнавал тебя на турнирах, хоть у тебя и была картошка вместо лица. Я сам когда-то учился у Фердинанда и умею видеть стиль, а не рожу. И твой ни с чем не спутаешь.
Ламберт отстегнул ножны и бросил далеко перед собой и короткий меч, и кинжал.
– Это всё?
– недоверчиво осведомился Дорс.
– Я что, по-твоему, аркани, чтобы на себе целый арсенал таскать? Я мирный чиновник.
– Знаем-знаем, какой ты мирный, - медленно проговорил барон, обнажая свой двуручник и делая осторожный шаг в сторону Канцлера.
– Если шелохнётся, стреляйте!
Ламберт хладнокровно посмотрел на кончик меча, коснувшийся его груди.
– Это новый костюм. Смотри, не испорти мне его.
– Будешь много болтать, я тебе шкуру испорчу, - огрызнулся Дорс.
– Отпусти мальчика, он ничего не знает об оружии, - невозмутимо сказал Канцлер.
– Если у Канмара возникли какие-то сложности, надо было сразу обратиться ко мне.
– И почему я должен верить, что Канмар меня обманул?
Ламберт театрально вздохнул.
– Могу договор показать.
– Валяй. Только если тебе жизнь дорога, не делай резких движений.
Мужчина неторопливо поднял руку и извлёк из внутреннего кармана камзола сложенный вчетверо листок.
Барон Дорс выхватил его из руки Канцлера и, не отводя взгляда от синих глаз, а острия - от груди, протянул бумагу в сторону.
– Гугри, прочти!
– А сам, что, не умеешь?
– невинно осведомился Ламберт, пристально глядя барону в лицо.
– Очень смешно, фон Штосс, - проскрипел зубами Дорс.
– Гугри три года был адъютантом Канмара, так что руку его ни с чем не спутает. И если ты вздумал...
– Всё в порядке, Дорс. Договор настоящий, - сказал Гугри.
– Здесь и подпись, и печать Канмара.
– Этот самодовольный гад поплатится, - глава Северной Лиги смачно сплюнул под ноги. Канцлер брезгливо поморщился.
– Послушай, Дорс, отпусти парня. Я в твоих руках, одинокий и безоружный. Если хочешь, отвези меня к Канмару, я сам с ним поговорю. Быть может, имеет место какое-то недоразумение...
Мужчина, уже подуставший держать нож у горла Кайла, вопросительно посмотрел на барона. Поймав его взгляд, тот произнёс:
– Кончай сопляка.
Барон Вайгель, наблюдавший за всей сценой, и считавший себя фигурой не менее значимой, чем Дорс, воскликнул: